Законодательство
Выдержки из законодательства РФ

Законы
Постановления
Распоряжения
Определения
Решения
Положения
Приказы
Все документы
Указы
Уставы
Протесты
Представления







"УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ"
(Б.Д. Завидов)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2004)

Дата
01.05.2004

Официальная публикация в СМИ:
Подготовлен для системы КонсультантПлюс

Автор
Завидов Б.Д.


Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 01.05.2004.



Подготовлен для системы КонсультантПлюс

УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ

(КОММЕНТАРИЙ)

Материал подготовлен с использованием правовых актов
по состоянию на 1 мая 2004 года

Б.Д. ЗАВИДОВ

Б.Д. Завидов - зам. главного редактора федерального журнала "Российский следователь", обладатель медали А.Ф. Кони, канд. юридических наук, член Союза журналистов России.

Статья 158. Кража

Комментарий к статье 158

I. О понятии хищения.
Новое уголовное законодательство (Федеральный закон от 31 октября 2002 г. № 133-ФЗ (далее - ФЗ № 133-ФЗ); Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ (далее - ФЗ № 162-ФЗ); Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 29)) несколько переориентировало представление правоприменителей на понятие кражи как имущественного преступления, расположенного в главе 21 УК РФ "Преступления против собственности". Забегая немного вперед, укажем, что законодатель, демократизируя санкции различных частей ст. 158 УК РФ, значительно снизил меры наказания за неквалифицированные и квалифицированные виды (разновидности) кражи, расширил понятие значительного ущерба, причиненного гражданину, - не менее 2500 рублей (было 5 МРОТ = 500 рублей), крупного - 250000 рублей (в старой редакции более 500 МРОТ, что было эквивалентно 50000 руб.), и ввел в примечание 4 к ст. 158 УК РФ понятие особо крупного хищения - 1000000 рублей. Многие положения и признаки кражи как хищения распространяются и на диспозиции грабежа и разбоя, что и будет рассмотрено ниже (см. комментарий к ст. ст. 161 и 162 УК).
Видовым объектом главы 21 УК РФ (ст. ст. 158 - 168) является собственность как экономическая и одновременно правовая категория.
Именно поэтому с точки зрения целесообразности уголовно-правовой анализ кражи необходимо исследовать с учетом примечания 1 к ст. 158 УК, так как "признаки" хищения, изложенные в нем, имеют предопределяющее значение не только для установления признаков кражи, но и для решения многочисленных вопросов иных преступлений против собственности.
Закон определяет кражу, во-первых, как хищение, во-вторых, как тайный способ хищения чужого имущества (ч. 1 ст. 158 УК РФ), что является предопределяющим способом совершения преступления, что и будет исследовано более подробно ниже.
Хищение - это родовое понятие по отношению к целой группе преступлений против собственности, имеющих общие объективные и субъективные признаки. И характерно то, что законодательное определение хищения не содержит исчерпывающего перечня его форм. Формами хищения являются: кража (ст. 158), мошенничество (ст. 159), присвоение или растрата (ст. 160), грабежи (ст. 161), разбой (ст. 162). Особое место отводится законодательством вымогательству. "С одной стороны, он ставит его в один ряд с хищениями по наказуемости, по конструкции составов (ст. ст. 158 - 163, 165, 175), <...> при характеристике способа преступления (ст. ст. 221, 226, 229 УК). С другой стороны, формулировка "хищение либо вымогательство" (данная в примечании № 1 к ст. 158 УК) как бы выводит вымогательство за рамки хищения. По-видимому, это связано с тем, что вымогательство, направленное на завладение чужим имуществом, подпадает под определение хищения, а вымогательство, не направленное на завладение имуществом, лишь частично отвечает признакам хищения" (см.: Борзенков Г.Н. Комментарий к ст. 158 // Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Под общ. ред. В.И. Радченко и А.С. Михлина. М.: Спарк, 2000. С. 308).
Объектом хищений, а равно иных преступлений, указанных в главе 21 УК РФ, являются отношения собственности. Родовым объектом преступлений против собственности также являются отношения собственности, выражающиеся в принадлежащих собственнику правах владения, пользования и распоряжения имуществом, именуемых в теории гражданского права "полной триадой собственности" (ст. 212 ГК РФ). В отношения собственности включают и право законного приобретения имущества (ч. 3 ст. 212 ГК РФ).
Необходимость уголовно-правовой защиты собственности опирается не только на положение ст. 8 Конституции РФ, но и на ее ст. 35 о том, что право частной собственности охраняется законом и каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.
Базовыми гражданско-правовыми нормами о собственности являются также следующие статьи Гражданского кодекса РФ: ст. 209 - "Содержание права собственности", ст. 213 - "Право собственности граждан и юридических лиц", ст. 301 - "Истребование имущества из чужого незаконного владения", ст. 305 - "Защита прав владельца, не являющегося собственником".
Помимо всего "охрана собственности от преступных посягательств" является одной из задач Уголовного кодекса Российской Федерации, закрепленных в ст. 2 УК. Значение уголовно-правовой борьбы с преступлениями против собственности обусловлено прежде всего их криминологической характеристикой. Среди всех преступлений, зарегистрированных в Российской Федерации за последние годы, удельный вес преступлений против собственности составляет около 60%. Значение данной группы преступлений видно также из расположения соответствующей главы в Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г. непосредственно за разделом о преступлениях против личности. Согласно современному представлению о системе социальных ценностей, право собственности расценивается как важнейшее из социальных благ личности. Следовательно, посягательства на это благо являются в широком смысле также посягательствами на личность" (см.: Борзенков Г.Н. Комментарий к ст. 158 // Комментарий к УК РФ / Под общ. ред. В.И. Радченко и А.С. Михлина. М.: Спарк, 2000. С. 172).
Повышенная общественная опасность хищений чужого имущества заключается еще и в том, что они привносят дезорганизацию в экономическую жизнь страны, создают возможности для паразитического обогащения одних за счет других, а также отрицательно влияют на тех граждан, которые поддаются влиянию и вовлечению в преступную деятельность.
В науке уголовного права существует мнение, что хищения нарушают также и отношения по производству материальных благ. Однако эти отношения нарушаются, во-первых, не всегда, во-вторых, не непосредственно хищением. Распределительные отношения нарушаются имущественными преступлениями как в своей динамике (процесс распределения), так и в статике (конечный момент распределения, состояние "присвоенности" материальных благ, обладания ими) (см.: Уголовное право Российской Федерации: Учебник. М.: Олимп-АСТ, 1997. С. 174).
Взгляд на собственность в роли объекта преступления как на общественные отношения позволяет понять, почему опасность каждого имущественного преступления не может определяться только размером материального ущерба, причиненного собственнику. Например, кража из кармана кошелька с небольшой суммой денег не причиняет значительного ущерба имущественным интересам потерпевшего. Но такая кража общественно опасна, потому что она противоправным образом нарушает условия реализации охраняемых законом общественных отношений собственности. Сказанное относится и к тем случаям, когда собственник вообще не несет материального ущерба (кража застрахованного имущества, неоконченное хищение) (см.: Уголовное право Российской Федерации. С. 174).
Хищение - всегда имущественное преступление. Это первый признак предмета хищения.
Предметом преступлений против собственности являются имущество и предметы, дающие право на получение имущества, т.е. конкретные вещи, предметы материального мира, флора, фауна, домашние животные и т.д.
Следует иметь в виду, что предметом преступлений против собственности может быть только чужое имущество. Это специально подчеркнул Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 25 апреля 1995 г. № 5 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности" (см.: БВС РФ. 1995. № 7. С. 2).

   --------------------------------

<*> В редакции Постановления Пленума ВС РФ № 29 от 27.12.2002.

Имущество - это предмет, по поводу которого совершается то или иное преступление против собственности.
При определении предмета важно уяснить, что признается имуществом в правовом смысле. Имуществом признаются различные предметы, имеющие стоимость и не изъятые из гражданского оборота, например, деньги, имеющие цену вещи, ценные бумаги. Предметы, не имеющие стоимости, например, записная книжка, фотография знакомого, дневник с собственными записями и т.д., имуществом не являются. Однако фотографии знаменитых людей, особенно с автографами, так же как и дневники, письма этих людей, которые могут быть предметом купли-продажи, выставляться на аукцион, должны признаваться имуществом. Предметом преступлений против собственности может быть только имущество, находящееся в обороте, владение которым не требует специального разрешения. Поэтому хищение предметов, изъятых из оборота, таких, как оружие, взрывчатые, наркотические и радиоактивные вещества, квалифицируется по специальным статьям, входящим в главу "Преступления против общественной безопасности" (ст. ст. 221, 226) и в главу "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности" (ст. 229).
Недвижимое имущество может быть также предметом таких преступлений, как вымогательство, мошенничество.
Российская уголовно-правовая доктрина придерживается той концепции, что имущество (вещи) обладает определенными физическими параметрами (числом, количеством, объемом, весом, массой и т.д.), т.е. вещными свойствами. Отсутствие вещного признака в предмете хищения означает отсутствие состава хищения. Поэтому не может быть предметом хищения в прямом смысле этого слова тепловая, электрическая и иная энергия. Тут будут другие составы преступлений: ст. 146 и (или) ст. 159 или ст. 165 УК - либо будет пробел в уголовном праве (телефонные пираты "фрикеры" с помощью устройства АНТИОН переадресуют телефонные переговоры со своего телефона на другие телефоны. Владельцам последних приходят счета на большие суммы, но здесь нет предмета хищения, а значит, и состава преступления, в смысле "прямого" мошенничества, но есть противоправное деяние в сфере высоких технологий (см.: Завидов Б.Д. Фрикерство, хакерство и радиопиратство // Российский следователь. 1999. № 2. С. 25 - 27)).
Второй признак хищения - экономический. Предметом хищения может быть только вещь, имеющая определенную экономическую ценность. Обычное выражение ценности вещи - ее стоимость, денежная оценка. Поэтому деньги, валютные ценности, ценные бумаги (акции, государственные облигации, ваучеры, депозитные сертификаты и т.п.), являющиеся эквивалентом стоимости, также могут быть предметом хищения. И напротив, не могут быть предметом хищения вещи, практически утратившие хозяйственную ценность, или природные объекты, в которые не вложен труд человека. Последнее обстоятельство имеет значение для отграничения хищений от ряда экологических преступлений (см.: Уголовное право РФ: Учебник. Особенная часть / Под ред. Г.Н. Борзенкова и В.С. Комиссарова. С. 180).
Не могут быть предметом хищения документы, не содержащие в себе какие-либо элементы имущественных прав, ибо они не являются средством платежа (квитанции, товарные чеки, товарно-транспортные накладные и т.д.). Лишь в том случае, если указанные документы похищались с целью их последующей подделки и как средство получения по ним в дальнейшем имущества или денежных средств, содеянное должно квалифицироваться как приготовление к мошенничеству. Иногда преступник ворует номерок либо жетон у потерпевшего, который сдал свои личные вещи на хранение в какой-либо гардероб ресторана, бара, кафе, театра. Как квалифицировать в этом случае действия похитителя? Полагаем, что при доказанности его умысла на последующее хищение, как правило, одежды такие действия виновного должны квалифицироваться как приготовление к краже (если он пойман с номером, жетоном) или кража (если одежда похищена). В данном случае жетон не является предметом хищения, но служит средством его совершения.
Третий признак предмета хищения - юридический. Таким предметом может выступать лишь чужое имущество. Пленум Верховного Суда РФ в п. 1 Постановления от 27 декабря 2002 г. № 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" разъяснил, что под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Такое толкование хищения соответствует примечанию 1 к ст. 158 УК РФ. Еще раз подчеркнем, что предметом хищения является чужое, то есть не находящееся в собственности или законном владении виновного, имущество. "Хищение" собственного имущества не нарушает отношений собственности. При определенных условиях такие действия могут рассматриваться как самоуправство или приготовление к мошенничеству, если виновный имел намерения получить возмещение за якобы утраченную вещь. Не образует хищения также тайное изъятие личного имущества, находящегося в общей совместной собственности субъекта и других лиц.
Как было сказано выше, предметом хищения может быть как движимое, так и недвижимое имущество. Признак движимости имущества не имеет значения для установления хищения. Некоторые виды недвижимого имущества по своим объективным свойствам практически не могут быть похищены тайно (дом, квартира, земельный участок), но могут быть похищены путем обмана, насилия или угрозы. Так, в последнее время участились случаи хищения приватизированных квартир. Кроме того, как показывает практика, "недвижимое" имущество в отдельных случаях может быть обращено в "движимое" (разбор и перевозка индивидуального жилого дома, снятие и увоз металлической ограды садового товарищества, демонтаж линии связи и т.п.) (см.: Уголовное право РФ: Учебник. Особенная часть. С. 181).
К предмету хищения, помимо имущества (движимого и недвижимого имущества - ст. 130 ГК РФ), ст. 132 ГК РФ относит предприятия как имущественный комплекс - объект недвижимости. Деньги также относят к имуществу. К нему же относят: вещи (ст. 133 ГК РФ), сложные вещи (ст. 134 ГК РФ), главную вещь и принадлежность вещи (ст. 135 ГК), плоды, продукцию и доходы (ст. 136 ГК), а также животных, если законом или иными правовыми актами не установлено иное (ст. 137 ГК РФ).
Предметом хищения может быть и имущество, изъятое из гражданского оборота. Но если похищается имущество, владение которым и оборот которого представляют угрозу общественной безопасности или здоровью населения (оружие, наркотические средства или психотропные вещества, радиоактивные вещества), то содеянное квалифицируется не как имущественное преступление, а по соответствующим статьям главы 24 УК РФ "Преступления против общественной безопасности".
   ------------------------------------------------------------------

--> примечание.
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - М.: Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 2000.
   ------------------------------------------------------------------

Особая разновидность ценных бумаг как предмета хищения. Предметом хищения, помимо денег, являются ценные бумаги, под которыми понимаются документы, удостоверяющие с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление и передача которых возможны только при их предъявлении. С передачей ценной бумаги частному или юридическому лицу к нему переходят все удостоверяемые ею права в совокупности (ст. 142 ГК РФ). К ценным бумагам относятся: государственная облигация, облигация, вексель, чек, депозитный и сберегательный сертификаты, банковская сберегательная книжка на предъявителя, коносамент, акция, приватизационные ценные бумаги, например ваучеры, и другие документы, которые законами о ценных бумагах или в установленном ими порядке отнесены к числу таковых (ст. 143 ГК РФ). Надо иметь в виду, что предметом оконченного хищения могут быть только ценные бумаги на предъявителя. В условиях рыночной экономики в товарно-денежном обороте все в больших масштабах используются гражданами пластиковые кредитные расчетные карты крупных российских коммерческих банков. Указанные обезличенные расчетные средства платежа, являющиеся эквивалентом соответствующих денежных сумм, также составляют предмет оконченного хищения чужого имущества (см.: Комментарий к УК РФ / Под общ. ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1999. С. 334).
В силу ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" закладная также является разновидностью именной ценной бумаги, хотя данный документ должен быть введен в гражданский оборот не федеральным законом, а Гражданским кодексом (см.: Завидов Б.Д. Комментарий к ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)". М.: Приор, 2000). Следует иметь в виду, что отныне допускается ипотека земельного участка, а арендные права на земельный участок могут быть предметом залога (см.: Федеральный закон от 5 февраля 2004 года № 1-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об ипотеке (залоге недвижимости)").
И еще одно обстоятельство, заслуживающее внимания. Так, при определении понятия хищения правоведы оперируют другими терминами: "изъятие" и "захват" (завладение), "изъятие" и "обращение в собственность", "извлечение" и "обращение" и т.д. Все эти слова определяют объективную сторону хищения.
Следующая ситуация как особенность хищения. Например, если имущество по тем или иным причинам уже выбыло из обладания собственника, то завладение таким предметом не образует хищения. Неправомерное присвоение найденной или случайно оказавшейся у виновного чужой вещи влечет лишь гражданскую ответственность. Находящимся в обладании собственника следует считать не только специально охраняемое или запертое имущество, но и такое, к которому открыт доступ - на территории предприятия, в помещении учреждения, на строительной площадке или в другом месте осуществления хозяйственной деятельности, на транспортном средстве, а также в любом месте, где оно временно находится без присмотра, если это имущество не является утраченным собственником.
В случае присвоения вверенного имущества виновный обращает в свою пользу имущество, которое фактически уже находится в его обладании. Однако присвоение вверенного имущества означает переход от правомерного владения к противоправному, что иногда называют "формальным изъятием" (см.: Уголовное право РФ: Учебник. Особенная часть. С. 182).
Не является хищением обращение в свою пользу имущества, которое еще не поступило в фонды собственника. Причинение имущественного ущерба путем непередачи должного (преступная экономия) при определенных условиях может квалифицироваться по ст. 165 УК.
И еще одна особенность в понятии хищения. Так, похитивший имущество устанавливает "господство над вещью". Поэтому он владеет, пользуется и распоряжается имуществом как своим собственным. Однако похититель юридически не становится собственником вещи, ибо невозможно приобрести право собственности преступным путем. Потерпевшее от хищения лицо не теряет права собственности на похищенное у него имущество.
Именно по указанным выше причинам законодатель включил в определение хищения "обращение чужого имущества не в собственность виновного, а в пользу виновного или других лиц". В то же время сказанное не означает, что хищением можно считать и временное корыстное пользование чужой вещью. В этом случае действия должны квалифицироваться по ст. 165 и (или) ст. 166 УК РФ.
Правоведы указывают на некоторую недоработку правовой конструкции примечания 1 к ст. 158 УК РФ. Так, они пишут, что употребление при характеристике деяния в примечании 1 к ст. 158 УК разделительного союза "или" (в скобках) нельзя признать удачным. Если допустить, что хищение может заключаться только в изъятии чужого имущества без обращения его в свою пользу, то это снижало бы опасность такого преступления и не позволяло бы отграничить его от уничтожения имущества и других действий, не преследующих корыстной цели. И напротив, считать хищением всякое "обращение в свою пользу", не сопряженное с изъятием (извлечением) вещи из обладания ("из фондов", "из имущественной сферы") собственника - значит чрезмерно расширить понятие хищения, включив туда и присвоение находки, и некоторые нарушения гражданско-правовых обязательств (см.: Уголовное право РФ: Учебник. С. 183 - 184).
Довольно важным вопросом является момент окончания процесса хищения. Обычно изъятие чужого имущества и обращение его в свою пользу совершается одним действием, т.е. осуществляется одномоментно. Однако если случается так, что сам процесс хищения имеет протяженность во времени, то с момента обращения имущества в пользу виновного наступает и сам момент окончания преступления. Имеется в виду тот случай, когда виновный получает возможность распоряжаться чужим имуществом как своим собственным. В этой связи укажем, что не утратил своей значимости п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. о том, что "хищение следует считать оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им распоряжаться по своему усмотрению или пользоваться им" (см.: БВС СССР. 1973. № 4).
Однако в том варианте, когда виновный не получил возможности распоряжаться похищенным имуществом как своим собственным по своему усмотрению или пользоваться им, то есть не довел преступление до конца по причинам, от него не зависящим, такое хищение нельзя считать оконченным (см.: БВС РФ. 1994. № 1).
В то же время в п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 29 сказано, что кража (как и грабеж) считается оконченной, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью или иным образом).
Зачастую бывают случаи того, что виновный возвращает похищенное или возмещает причиненный имущественный ущерб. Как быть в таких случаях? Вышеуказанные действия виновного лица не устраняют, как правило, состава преступления. Но все указанные действия виновного должны учитываться судом при индивидуализации ответственности и наказания.
Важно и другое обстоятельство. Например, для того, чтобы признать хищение оконченным, не требуется, чтобы виновный пользовался похищенным имуществом, извлекая из него какую-то выгоду, либо начал эксплуатировать его. Отсюда вытекает следующее: если виновный совершил определенные действия, направленные на завладение чужим имуществом, но еще не получил возможности распоряжаться этим имуществом как своим собственным, содеянное квалифицируется как покушение на хищение. Исключение составляют разбой и вымогательство, вопрос о моменте окончания которых решается иначе, о чем будет сказано далее.
Несколько сложнее в правоприменении решается вопрос об установлении момента окончания хищения с охраняемых объектов. Верховный Суд РФ в своем постановлении по конкретному делу указал, что хищение не может считаться оконченным, пока имущество не вынесено с территории охраняемого объекта, даже если это имущество было обособлено и подготовлено для последующего выноса или состоялся сговор с работником охраны (см.: БВС РФ. 1990. № 6. С. 15). Нельзя также считать оконченным хищение, если вынесена часть имущества при наличии умысла на хищение целого (см.: БВС РФ. 1990. № 3. С. 6 - 7). Перебрасывание похищенного через забор соучастнику, который тут же был задержан, также расценено как неоконченное хищение, поскольку виновные не получили возможности распоряжаться похищенным (см.: БВС РФ. 1991. № 10. С. 3).
При совершении хищения с территории охраняемого объекта преступление, как правило, считается оконченным с момента вывоза (выноса) такого имущества за пределы охраняемой территории. В то же время задержание с похищенным на проходной предприятия (организации) означает факт покушения на кражу. В этой связи Пленум Верховного Суда СССР в п. 10 действующего на сегодня Постановления от 11 июля 1972 г. "О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества" указал: "Работник охраны, умышленно содействовавший лицу, совершающему хищение, в выносе имущества, похищаемого с охраняемой территории, или иным способом устранявший препятствия для хищения, несет ответственность за соучастие в хищении государственного или общественного имущества".
По смыслу ст. 31 УК РФ лицо, изъявшее имущество и спрятавшее его на охраняемой территории с целью последующего выноса (вывоза), в случае возвращения этого имущества по своей воле не привлекается к уголовной ответственности на основании положений о добровольном отказе.
В законе не говорится о какой-то минимальной сумме ущерба при похищении. В примечании 2 к ст. 158 УК РФ законодатель вводит новеллу о значительном ущербе для гражданина: он определяется с учетом имущественного положения потерпевшего лица, но не может составлять менее 2500 рублей. В то же время это обстоятельство не исключает возможности освободить от уголовной ответственности лицо, совершившее хищение на малозначительную сумму и (или) другое ненасильственное хищение, но в том случае, если стоимость похищенного ничтожна и умысел виновного не был направлен на изъятие имущества в более значительном размере.
Размер ущерба - это одно из оснований для дифференциации ответственности за хищение, но при наличии соответствующих квалифицирующих признаков. С точки зрения гражданского права ущерб - это денежное выражение суммы имущества, похищенной виновным. Крупный размер ущерба для всей главы 21 УК РФ составляет стоимость похищенного имущества более 250000 рублей, а особо крупный, как было сказано выше, - 1000000 рублей (примечание 4 к ст. 158 УК РФ).
Следует согласиться с мнением, в силу которого законодатель, вводя новый признак хищения, имел в виду необходимость учитывать субъективное мнение собственника о том, причинен ли ему ущерб и требует ли он в связи с этим привлечения виновного к уголовной ответственности. Это положение соответствует понятию значительного ущерба, установленного в примечании 2 к ст. 158 УК РФ и определяемого "с учетом имущественного положения" гражданина.
Помимо указанного взгляда собственника на сумму ущерба, причиненного ему хищением, Верховный Суд РФ указывает, что "уголовная ответственность за кражу чужого имущества наступает независимо от стоимости (размера) похищенного", если речь не шла о мелком хищении государственного или общественного имущества (см.: БВС РФ. 1997. № 11). За мелкое же хищение государственного имущества ранее могла применяться только административная ответственность (см.: БВС РФ. 1997. № 8).
Статья 7.27 КоАП РФ (см.: СЗ РФ. 2002. № 1. Ст. 1) в редакции Федерального закона № 133-ФЗ от 31 октября 2002 года устанавливает административную ответственность за мелкое хищение чужого имущества (независимо от формы собственности), совершенное путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты, в виде штрафа в размере не менее одного МРОТ. При этом хищение чужого имущества признается мелким, если стоимость похищенного имущества не превышает одного минимального размера оплаты труда.
Вместе с тем не исключается возможность освобождения от уголовной ответственности за ненасильственное хищение ввиду малозначительности деяния (см.: БВС РФ. 1997. № 4).
О признаке противоправности в хищении. Данный признак хищения осуществляется не только способом, запрещенным законом (объективная противоправность), но и отсутствием у виновного прав на это имущество (субъективная противоправность). Отсюда следует, что завладение имуществом, на которое субъект имеет право, не является хищением, даже если оно совершено одним и способов, названных в ст. ст. 158 - 163 УК. Как и отмечено уже выше, такие действия могут быть при соответствующих условиях расценены как самоуправство (ст. 330 УК) (см.: Уголовное право РФ: Учебник. С. 187).
О безвозмездном изъятии имущества. Так, если в процессе завладения имуществом собственнику предоставляется соответствующее возмещение, то такие действия нельзя считать хищением, поскольку они не причиняют имущественного ущерба (уменьшения имущественных фондов не происходит). Частичное же возмещение стоимости изъятого имущества не означает отсутствия состава хищения, но может быть учтено при определении размера хищения (см.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по делу Трусова и др. // Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1979. № 10. С. 8 - 10). Вопрос о том, было ли предоставленное возмещение эквивалентным, решается судом на основе анализа конкретных обстоятельств дела, с учетом в необходимых случаях мнения потерпевшего.
Любое хищение с субъективной стороны характеризуется прямым умыслом и корыстной целью. Виновный при этом осознает противоправность своих действий, а также безвозмездность завладения чужим имуществом. Но ошибочное представление похитителя о принадлежности похищенного имущества тому или иному собственнику не влияет на квалификацию преступления. И напротив, отсутствие прямого умысла и корыстной цели исключает квалификацию завладения чужим имуществом как хищение (см.: БВС РФ. 1998. № 3. Ст. 18).
Не образуют состава кражи или грабежа противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество. В зависимости от обстоятельств дела такие действия при наличии к тому оснований подлежат квалификации по статье 330 УК РФ "Самоуправство" или другим статьям Уголовного кодекса РФ (абзац 1 п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
Субъектом хищения является вменяемое физическое лицо, достигшее установленного возраста. Возраст, по достижении которого наступает уголовная ответственность, неодинаков для различных форм хищения. Согласно ст. 20 УК, ответственность за кражу, грабеж, разбой, вымогательство (равно как и по ст. 166 и ч. 2 ст. 167) наступает с четырнадцати лет, а за мошенничество, присвоение и растрату (а также за иные преступления против собственности) - с шестнадцати лет. Установление пониженного возраста уголовной ответственности за большинство форм хищения обусловлено высокой общественной опасностью этих деяний, которая доступна для осознания подростками, а также относительной распространенностью данных преступлений среди совершаемых подростками (см.: Комментарий к УК РФ. М.: Спарк, 2000. С. 314).
II. О понятии кражи.
Выше нами указано, что ст. 158 УК определяет кражу как тайное хищение чужого имущества. При этом "тайность" похищения отличает кражу от других способов изъятия чужого имущества. Тайное - это такое изъятие имущества, которое происходит без согласия, воли и ведома собственника. Например, квартирная кража и (или) карманная кража, совершенные хотя и в присутствии владельца, но не заметные для последнего. Кражей является также изъятие имущества у потерпевшего, который не воспринимает происходящего: у спящего, пьяного, находящегося в обморочном состоянии, - либо даже изъятие имущества на глазах у лица, неспособного оценить преступный характер действий виновного в силу малолетства или психической болезни.
Характерно, что все рекомендации, которые давались прежде Верховным Судом РФ по отграничению кражи от открытого хищения (грабежа), сохраняют силу, равно как и традиционные положения об отграничении кражи от присвоения вверенного имущества (ст. 160 УК РФ), от присвоения найденного или случайно оказавшегося у лица имущества (теперь ненаказуемо), о моменте окончания кражи с охраняемых объектов, об условиях "перерастания" кражи в грабеж и т.д. (см.: Комментарий к УК РФ / Под ред. В.И. Радченко и А.С. Михлина. М.: Спарк, 2000. С. 314), но уже с учетом положений Постановления Пленума ВС РФ № 29.
Помимо "тайности" похищаемого имущества к характерному признаку кражи относится и ненасильственный способ хищения. Поэтому в тех случаях, когда тайному изъятию имущества предшествовало насилие или кража сопровождалась насилием, содеянное не может быть квалифицировано как кража. Например, потерпевшее лицо было заперто в помещении, отвезено в другое место, приведено в бессознательное состояние и т.д. Указанные действия в зависимости от характера примененного посягательства могут быть квалифицированы соответственно по ст. 161 и (или) ст. 162 УК.
В этой связи уместно воспроизвести содержание ранее действовавшего п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" от 22 марта 1966 г. № 31 (утратил силу: п. 26 Постановления Пленума ВС РФ № 29), где было сказано, что "введение в организм потерпевшего опасных для жизни и здоровья сильнодействующих веществ с целью приведения его таким способом в беспомощное состояние и завладение государственным, общественным или личным имуществом должно квалифицироваться как разбой". Очевидно, что чисто с практической точки зрения это положение имеет значение для квалификации преступного деяния.
В случае если с той же целью в организм потерпевшего введены вещества, не представляющие опасности для его жизни и здоровья, содеянное надлежит квалифицировать в зависимости от последствий как грабеж, соединенный с насилием, либо как покушение на это преступление.
Кражу надлежит отграничивать от грабежа, который совершается открытым способом. Так, в п. 3 Постановления Пленума ВС РФ № 29 сказано, что открытым хищением чужого имущества, предусмотренным статьей 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали они меры к пресечению этих действий или нет.
Однако в БВС РСФСР (1991. № 8. Ст. 12) по конкретному делу сказано, что если преступник ошибочно полагал, что совершает хищение тайно, а на самом деле его действия осознавал потерпевший и наблюдали другие лица, то согласно направленности умысла содеянное должно квалифицироваться как кража (см. также комментарий к ст. 161 УК).
В п. 2 Постановления Пленума ВС РФ № 29 разъясняется понятие тайности хищения в определенных ситуациях. Так, как тайное хищение чужого имущества следует квалифицировать действие лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества.
О совершении хищения с охраняемой территории см. комментарий к ст. 158 УК.
Субъектом кражи может быть вменяемое лицо, достигшее 14 лет и не обладающее никакими правомочиями по управлению, распоряжению, пользованию, владению, доставке или хранению того имущества, которым данное лицо решило завладеть. В то же время тайное похищение вверенного имущества является не кражей, а присвоением (см. комментарий к ст. 160 УК).
Обобщим признаки субъективной стороны кражи. Она совершается с прямым умыслом и корыстной целью. При этом сознанием субъекта должны охватываться следующие моменты: 1) имущество является чужим; 2) лицо не имеет права распоряжаться этим имуществом; 3) имущество изымается против воли собственника; 4) изъятие происходит тайно; 5) изъятие осуществляется ненасильственно.
Корыстная цель означает, что субъект намерен распорядиться похищенным имуществом как своим собственным.
III. О квалифицирующих признаках (видах) кражи.
Квалифицированные виды кражи предусмотрены ч. 2 ст. 158 УК. Это совершение кражи: а) группой лиц по предварительном сговору; б) с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище; в) с причинением значительного ущерба гражданину; г) из одежды, сумки и другой ручной клади, находящейся при потерпевшем.
Укажем, что законодатель еще до выхода в свет Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ исключил из состава квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 158 УК РФ такой признак, как "неоднократность". Очевидно, что в то время в этом вопросе сыграло свою роль Постановление Конституционного Суда РФ от 19 марта 2003 года № 3-П, касающееся трактовки понятия "неоднократности" во многих статьях УК, в т.ч. в ст. 158 УК РФ. Кроме того, из диспозиции ч. 2 ст. 158 УК законодатель убрал слово "жилище", тем самым введя другую терминологию - "помещение либо иное хранилище". Последние два понятия законодатель объясняет в примечании 3 к ст. 158 УК РФ, а определение понятию "жилище" он представляет в примечании 1 к ст. 139 УК РФ в ред. Федерального закона от 20 марта 2003 года № 26-ФЗ.
Часть 3 ст. 158 УК также описывает квалифицирующие признаки кражи, совершенной с проникновением в жилище либо в крупном размере.
Для квалификации кражи по ч. 2 или ч. 3 ст. 158 достаточно хотя бы одного из вышеперечисленных квалифицирующих видов кражи. Тем не менее в приговоре надлежит зафиксировать все квалифицирующие признаки, установленные по делу, с точным указанием соответствующих пунктов и части статьи. Отсутствие такого указания рассматривается как неточное применение уголовного закона, что влечет отмену приговора (см.: БВС РФ. 1998. № 3. Ст. 18).
В правоприменительной практике известны случаи, когда в одном (единичном) преступлении имеет место несколько квалифицирующих признаков деяния, предусмотренных ч. 2 и ч. 3 ст. 158 УК. Содеянное квалифицируется по ч. 3 ст. 158 и по ней определяется наказание. При этом "алгоритм" (сочетание) нескольких квалифицирующих признаков кражи не есть совокупность преступлений, ибо отсутствует множественность самих деяний.
Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору (п. "а" ч. 2 ст. 158).
Согласно ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Применительно к краже это означает, что сговор на совершение кражи должен иметь место до начала совершения преступления, хотя бы и непосредственно перед началом его по внезапно возникшему умыслу. Так, группа молодых людей, находившихся в состоянии опьянения, увидев, что торговый киоск в ночное время не охраняется, решила его обворовать, но в момент, когда участники группы пытались взломать дверь и проникнуть внутрь киоска, они были задержаны милицейским патрулем. Действия этих лиц следует квалифицировать как покушение на кражу, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Действия же соучастника групповой кражи, который не был исполнителем (соисполнителем), должны квалифицироваться по ст. 34 и п. "а" ч. 2 ст. 158 УК. В данном варианте отсутствует квалифицирующий признак, предусмотренный п. "а" ч. 2 ст. 158 УК, - "совершение преступления по предварительному сговору группой лиц".
Сговор о совершении кражи должен происходить как бы "заранее", т.е. до начала совершения преступления. Но в практике встречаются случаи того, что лицо пыталось совершить кражу в одиночку, но при этом потерпело неудачу. Однако для достижения поставленной цели такое лицо вступает в сговор с другим лицом, чтобы вновь предпринять попытку хищения. В этом случае сговор считается предварительным.
Если же речь идет о соучастии с разграничением видов соучастников (исполнитель, пособник, подстрекатель), то группы лиц в смысле ч. 2 ст. 158 УК не будет.
Поскольку закон в качестве квалифицированного вида кражи указывает на соучастие в форме соисполнительства по предварительному сговору, что предполагает совместный умысел на совершение преступления, все участники группы должны обладать признаками субъекта. Поэтому, если в составе группы один участник является субъектом, а остальные ввиду малолетнего возраста или невменяемости субъектами не являются, группы по предварительному сговору не будет. В этом случае единственный субъект будет отвечать по ч. 1 ст. 158 УК и по совокупности за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступления (ст. 150 УК), если он привлек к совершению кражи лиц, не достигших 14-летнего возраста. При этом надо иметь в виду, что, если лицо, являющееся субъектом преступления, заставив совершить кражу малолетнего, само не принимало участия в краже, оно отвечает за кражу как исполнитель путем посредственного причинения, использовав малолетнего как орудие преступления (см.: Уголовное право России: Учебник для вузов. Т. 2. Особенная часть / Под общ. ред. А.Н. Игнатова и Ю.А. Красикова. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1998. С. 182).
При совершении кражи по предварительному сговору группой лиц каждый из соучастников несет ответственность за это преступление в полном объеме похищенного, причем независимо от того, какая доля "упала" ему лично. В то же время имеет место тот факт, что лица, которые систематически скупают у похитителей краденное, не могут считаться соисполнителями. В этом варианте действия означенных выше лиц должны квалифицироваться по ст. 34 УК и соответствующей части ст. 158 УК (см.: БВС РФ. 1995. № 5. Ст. 6).
Продолжаемым хищением были признаны действия старшего мастера металлургического комбината, который в течение четырех месяцев неоднократно похищал с комбината различные строительные материалы с одной целью - использовать их на строительстве дачи (см.: БВС РФ. 1992. № 4. Ст. 4 - 5).
В случае совершения кражи несколькими лицами без предварительного сговора их действия следует квалифицировать по пункту "а" ч. 2 ст. 158 УК по признаку "группой лиц", если в совершении этого преступления участвовали два или более исполнителя, которые в силу ст. 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности за содеянное. Если лицо совершило кражу посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, его действия следует квалифицировать по ч. 1 ст. 158 УК РФ как действия непосредственного исполнителя преступления (ч. 2 ст. 33 УК РФ). Такая позиция изложена и в п. 12 Постановления Пленума ВС РФ № 29.
О стоимости похищенного уже было сказано выше.
Незаконное проникновение в жилище, помещение либо иное хранилище при совершении кражи признано законодателем обстоятельством, повышающим общественную опасность данного преступления. Этот признак заменил имевшееся в УК РСФСР 1960 г. понятие кражи с применением технических средств. Незаконное проникновение - понятие более широкое по сравнения с понятием "применение технических средств", так как может совершаться и без применения таких средств. Указанное квалифицирующее обстоятельство характеризируется следующими признаками: 1) незаконность, 2) проникновение, 3) помещение или иное хранилище. Все эти признаки требуют анализа для правильного применения закона.
Незаконным проникновением считается вторжение в помещение без согласия собственника, владельца или иного лица, ведающего соответствующим помещением. Так, проникновение ночью в магазин путем взлома замка или выдавливания витрины будет незаконным, а проход в магазин в рабочее время под видом покупателя и затем пребывание ночью незамеченным в подсобном помещении незаконным признано быть не может. Так, К., проживающий в комнате общежития совместно с потерпевшим, впустил в свою комнату Ш. для кражи вещей своего соседа по комнате. Судом действия Ш. и К. были квалифицированы как проникновение в жилище (помещение), но суд кассационной инстанции правильно указал, что нет оснований считать, что совершена кража с проникновением в жилище (см.: Уголовное право России: Учебник для вузов. Т. 2. Особенная часть / Под общ. ред. А.Н. Игнатова и Ю.А. Красикова. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1998. С. 182).
Под проникновением следует понимать вторжение в жилище или иное помещение или хранилище имущества с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. Оно может совершаться тайно или открыто, как с преодолением сопротивления людей и других препятствий, в том числе с использованием технических средств (отмычек, инструментов взлома дверей или запоров и т.п.), так и беспрепятственно, а также с помощью приспособлений, позволяющих виновнику извлекать похищаемые предметы без входа в жилище.
Так, если субъект, используя длинную палку с крючком на конце, извлек через открытое окно какой-либо предмет из комнаты, он совершает кражу с проникновением в жилище.
Кража с незаконным проникновением в жилище, по мнению законодателя, - преступление, представляющее собой повышенную общественную опасность не только в силу способа совершения преступления, но и с учетом того, что в жилом помещении хранится, как правило, наиболее ценное имущество граждан. Помимо всего, повышенная степень общественной опасности кражи с проникновением в жилище предопределяется еще и тем, что в данном случае хищение посягает не только на правоотношения собственности, но и на закрепленную в ст. 25 Конституции РФ неприкосновенность жилища.
Известный в России ученый-правовед Г.Н. Борзенков правильно указывает на "искусственно созданный, универсальный признак "кража с проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище", который оказался присущим большинству краж, что не позволяет считать его квалифицирующим. Всякое имущество где-нибудь хранится. В судебной практике стали встречаться случаи, когда квалифицированным по признаку "проникновения в иное хранилище" признавались кражи посуды и других бытовых вещей из незапертых кухонных столов, ларей, из картонных коробок из-под радиоаппаратуры, находящихся в коридорах общежитий и коммунальных квартир, при наличии свободного доступа к этим "хранилищам". Тем самым было принижено значение усиления борьбы с квартирными кражами как проявлением профессиональной преступности" (см.: Борзенков Г.Н. Комментарий к ст. 158 // Комментарий к УК РФ / Под ред. Радченко В.И. и Михлина А.С. М.: Спарк, 2000. С. 319).
О понятии жилища. Законодатель ввел в УК РФ новеллу, дополнив ст. 139 УК "Нарушение неприкосновенности жилища" примечанием следующего содержания: "Под жилищем в настоящей статье, а также в других статьях настоящего Кодекса понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания" (Федеральный закон от 20 марта 2001 г. № 26-ФЗ // РГ. 2001. 23 марта).
Таким образом, введение в закон словосочетания "а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания" позволяет правоприменителю толковать понятие "жилище" довольно широко.
Помещение - это "строение и сооружение независимо от формы собственности, предназначенное для временного нахождения людей или размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях". Таково новое законодательное определение понятия помещения (абзац 1 примечания 3 к ст. 158 УК). Оно может быть как постоянным, так и временным, как стационарным, так и передвижным" (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. // Сборник постановлений Пленумов по уголовным делам. С. 194).
Этот же Пленум определял иное хранилище как "отведенные для постоянного или временного хранения материальных ценностей участки территории, которые оборудованы оградой либо техническими средствами или обеспечены иной охраной; передвижные автолавки, рефрижераторы, контейнеры, сейфы и тому подобные хранилища".
Неогражденная и неохраняемая площадка, используемая для складирования материалов, не может считаться "иным хранилищем" (см.: БВС РСФСР. 1986. № 3. С. 15 - 16). Но и не всякая охраняемая территория (например, территория завода) может быть признана "иным хранилищем". К ним относится лишь специально отведенная для целей хранения материальных ценностей территория (см.: БВС РФ. 1993. № 1. С. 6 - 7).
Иное хранилище - это понятие введено в ранг закона. "Под хранилищем... понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории. Магистральные трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые оборудованы ограждением либо техническими средствами или обеспечены иной охраной и предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей", место, специально предназначенное для хранения имущественных ценностей, не являющееся ни жильем, ни помещением, например, железнодорожные цистерны, платформы, рефрижераторы, сейфы, контейнеры и т.п. Иным хранилищем может признаваться и территория, находящаяся под открытым небом, если она обнесена забором, оградой или специально охраняется. Так, нередко товар, который сложно поместить в закрытое хранилище, например, лесоматериалы, удобрения, уголь и т.п., размещается на территории предприятия или в специально отведенном месте. Если соответствующий участок охраняется или огорожен, это иное хранилище. Если же указанные признаки отсутствуют, например, завезенный на железнодорожную станцию уголь свален горой на открытом участке, то хищение угля нельзя квалифицировать как совершенное из иного хранилища.
О "проникновении" в помещение или иное хранилище. О "проникновении" может идти речь (п. "б" ч. 2 ст. 158 УК) только тогда, когда оно было противозаконным и было направлено на похищение чужого имущества.
Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 26 апреля 1984 г. № 2 указал, что "проникновение" - это тайное или открытое вторжение в помещение, иное хранилище или жилище с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. Оно может совершаться как с преодолением препятствий или сопротивления людей, так и без этого. "Проникновение" может быть осуществлено также с помощью приспособлений, когда виновный извлекает похищаемые предметы без входа в соответствующее помещение (см.: Сборник постановлений Пленумов по уголовным делам. С. 194).
Иногда лицо непосредственно само не участвует в хищении чужого имущества, не проникает на объект для похищения, но при этом содействует советами, указаниями либо заранее обещает скрыть следы преступления, устранить препятствия, не связанные с оказанием помощи непосредственным исполнителям преступления, сбыть похищенное и т.п. Такие действия надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном в форме пособничества со ссылкой на часть 5 ст. 33 УК РФ (см.: абзац 2 п. 10 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
Наиболее полно, кратко и емко обобщил судебную практику по делам о "проникновении" в жилище (помещение, иное хранилище), пожалуй, из всех авторов комментариев к УК (к ст. 158 УК) Г.Н. Борзенков.
"Если лицо имеет право находиться в помещении только в определенное время (в торговом зале магазина - в часы торговли, в цеху - во время работы), то проникновение в это помещение в неурочное время следует признать незаконным. Например, если лицо, спрятавшись днем в помещении магазина и дождавшись его закрытия, после ухода продавцов совершает кражу товаров, эта кража должна рассматриваться как совершенная с незаконным проникновением в помещение. Напротив, "кража из помещения во время работы не может квалифицироваться как совершенная путем проникновения" (см.: БВС РФ. 1989. № 1. С. 5 - 6).
Если виновный имел свободный доступ в жилое помещение (как временный жилец или член семьи) либо вошел туда на законных основаниях (в качестве гостя или для производства каких-либо работ), то совершение им в этой ситуации кражи не дает основания для применения данного квалифицирующего признака ввиду отсутствия признака незаконности проникновения (см.: БВС РСФСР. 1989. № 1. Ст. 15; БВС РФ. 1993. № 11. Ст. 16; 1996. № 11. Ст. 2). В судебной практике встречались случаи ошибочного осуждения за кражу с проникновением в жилище, когда установлено, что виновный правомерно оказался в жилище потерпевшего, а умысел на хищение сформировался у него уже при нахождении в жилище (см.: БВС РСФСР. 1991. № 5. Ст. 7 - 8; БВС РФ. 1992. № 2. Ст. 3 - 4; 1992. № 12. Ст. 8 - 9; № 11. Ст. 3 - 4).
Все составные элементы рассматриваемого квалифицирующего признака (место, откуда изымается имущество, - "жилище, помещение, иное хранилище"; способ - "с проникновением"; недозволенность проникновения - "незаконное") одинаково обязательны и должны оцениваться в единстве. При отсутствии хотя бы одного из названных элементов данный признак не должен применяться. Так, кража вещей с подоконника открытого окна без вторжения внутрь жилого помещения и без применения каких-либо приспособлений не может квалифицироваться как кража с проникновением в жилище (см.: БВС РФ. 1993. № 4. Ст. 14) (см.: Борзенков Г.Н. Комментарий к ст. 158 // Комментарий к УК РФ. М.: Спарк, 2000. С. 320 - 321).
О следующем квалифицирующем признаке кражи - "с причинением значительного ущерба гражданину" (п. "в" п. 2 ст. 158).
В решении указанного вопроса большую роль играет примечание 2 к ст. 158 УК РФ, о котором сказано выше: значительный ущерб не может составлять менее 2500 рублей.
В то же время признак значительности ущерба опирался на известное конституционное положение о принципе равной защиты всех прав собственности (см.: БВС РФ. 1995. № 9. Ст. 15) (ст. 1 ГК РФ). "Значительность" причинения ущерба при совершении кражи - оценочное понятие. В это понятие входят: "материальное положение физического лица, финансовое положение юридического лица, значимость утраченного имущества для собственника или иного владельца" (см.: БВС РФ. 1995. № 7. Ст. 2). Данное разъяснение в настоящее время сохраняет силу, но только в отношении одной категории собственников - физических лиц, ибо в новой редакции ст. 158 УК о квалифицирующем признаке речь идет конкретно в отношении гражданина. Между тем вновь приобрело актуальность ранее дававшееся разъяснение Пленума Верховного Суда по этому вопросу: "Решая вопрос о квалификации действий виновного по признаку причинения значительного ущерба потерпевшему, следует учитывать стоимость похищенного имущества, а также его количество и значимость для потерпевшего, материальное положение последнего, в частности, заработную плату, наличие иждивенцев" (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда СССР "О судебной практике о преступлениях против собственности" от 5 сентября 1986 г. № 11).
Суд, вынося приговор по принципу значительного ущерба, обязан указать обстоятельства, послужившие основанием для такого вывода (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебном приговоре" от 29 апреля 1986 г.) (см. также: БВС РФ. 1998. № 4. Ст. 15). Следует помнить правило о соотношении значительного ущерба к крупному как 1:10 (прим. к ст. 200 и ст. 260 УК РФ).
О краже из одежды, сумки или другой ручной клади, находящихся при потерпевшем.
В данном случае речь идет не только о так называемой "карманной" краже, но и о краже имущества, например, из дипломата, сумки или чемодана путем незаметного надреза острым предметом. Законодатель считает такую кражу квалифицированной.
IV. О других квалифицирующих признаках кражи.
В ч. 3 ст. 158 УК РФ заложено правило о повышенной степени общественной опасности кражи, совершенной:
а) с проникновением в жилище (но не в помещение либо иное хранилище);
б) в крупном размере.
Если в ч. 2 ст. 158 УК РФ, скажем, за незаконное проникновение в помещение или иное хранилище установлена максимальная уголовная ответственность в виде лишения свободы на срок до 5 лет, то абзацем 2 ч. 3 ст. 158 УК эта ответственность ужесточена - на срок от 2 до 6 лет.
Наиболее опасной признается кража, совершенная: а) организованной группой, б) в особо крупном размере (ч. 4 ст. 158 УК). В соответствии с п. 3 ст. 35 УК организованной группой признается устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.
О совершении кражи организованной группой. Это особо квалифицирующий признак хищения, который был известен прежнему уголовному праву: ст. ст. 144 - 148 (исключая ст. 146) УК 1960 г. в ред. ФЗ от 1 июля 1994 г.
Главный признак организованной преступности - это ее устойчивость. Другие ее признаки даны в ч. 3 ст. 35 УК (см. комментарий к ней). В силе остаются признаки оргпреступности, указанные Пленумом ВС РФ в Постановлении от 25 апреля 1995 г.: высокий уровень организованности, планирование, тщательная подготовка преступления, распределение ролей между участниками и т.п. При наличии устойчивых связей с другими членами организованной группы действия ее участника квалифицируются по п. "а" ч. 4 ст. 158 УК без ссылки на ст. 34 УК, даже если эти действия по своим объективным признакам не выходят за рамки пособничества.
Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, признака незаконного проникновения в жилище, помещение или иное хранилище, судам необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в помещении (жилище, хранилище), а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, грабеж или разбой, в его действиях указанный признак отсутствует.
Этот квалифицирующий признак отсутствует также в случаях, когда лицо оказалось в жилище, помещении или ином хранилище с согласия потерпевшего или лиц, под охраной которых находилось имущество, в силу родственных отношений, знакомства либо находилось в торговом зале магазина, в офисе и других помещениях, открытых для посещения гражданами.
В случае признания лица виновным в совершении хищения чужого имущества путем незаконного проникновения в жилище дополнительной квалификации по статье 139 УК РФ не требуется, поскольку такое незаконное действие является квалифицирующим признаком кражи, грабежа или разбоя (п. 19 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
В судебной практике вывод об устойчивом характере группы обосновывается обычно длительностью и многоэтапностью преступной деятельности (см.: БВС РФ. 1996. № 5. С. 11 - 12).
О понятии кражи, совершенной в особо крупном размере. Кража признается совершенной в особо крупном размере, если стоимость похищенного имущества превышает 1000000 рублей (примечание 4 к ст. 158 УК). Этот квалифицирующий признак, предусмотренный ч. 4 ст. 158 УК, относится как к хищению имущества граждан, так и к хищениям имущества, являющегося государственной, муниципальной или общественной собственностью.
Характерно, что крупный размер стоимости похищенного имущества в старой редакции УК РФ находился в ч. 4 ст. 158 УК, а теперь "перешел" в ч. 3 ст. 158 УК. Законодатель последовательно демократизирует (смягчает) "суровость" кражи в зависимости от суммы похищенного.
В случае совершения продолжаемого хищения путем кражи, когда из одного источника в несколько приемов похищается имущество при умысле виновного совершить в итоге хищение в крупном размере, следует суммировать стоимость всего похищенного имущества для определения размера хищения.
Если же одно лицо совершило несколько краж из разных источников, когда на каждое преступное деяние формировался умысел виновного совершить в итоге хищение в крупном размере, следует суммировать стоимость всего похищенного имущества для определения размера хищения.
В том случае, если кража совершена у нескольких потерпевших, но одновременно (при единстве способа и (или) едином умысле), то неоднократность отсутствует. "И напротив, несколько краж у одного потерпевшего (из одного источника) могут образовать неоднократность, за исключением случаев продолжаемого хищения" (см.: Комментарий к УК РФ / Под общ. ред. В.И. Радченко и А.С. Михлина. М.: Спарк, 2000. С. 317).
О "продолжаемом хищении" довольно подробно говорится в п. 11 действующего Постановления Пленума ВС СССР от 11 июля 1972 г. № 4 "О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества" (см.: Сборник постановлений Пленумов ВС СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. М.: Спарк, 1995. С. 95).
При совершении кражи группой лиц по предварительному сговору или организованной группой размер хищения определяется стоимостью всего похищенного имущества. Если размер похищенного является крупным, то все участники кражи отвечают за совершение кражи в крупном размере.
"Доказательствами стоимости имущества могут служить не только документы, но и показания свидетелей, а также объяснения потерпевшего. Разумеется, как и все доказательства, эти сведения подлежат судейской оценке (см.: БВС РФ. 1999. № 3. Ст. 19). В сложных случаях, требующих специальных познаний, стоимость имущества может быть установлена с помощью экспертизы (например, кража уникальной вещи).
Если стоимость имущества, имеющая значение для квалификации преступления, определяется исходя из цен, действовавших на момент совершения преступления, то размер ущерба, возмещаемого потерпевшему по гражданскому иску или по инициативе суда, определяется (в случае изменения цен) исходя из цен, действующих на день принятия решения о возмещении вреда, с последующей индексацией исчисленной суммы на момент исполнения приговора (см.: БВС РФ. 1993. № 10. Ст. 8; 1995. № 76. Ст. 2).
Совершение лицом нескольких краж чужого имущества, общая стоимость которого превышает в 500 раз минимальный размер оплаты труда (ныне - более 250000 рублей), должно квалифицироваться как кража в крупном размере, если все преступления совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупном размере (см. п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5). Здесь, по существу, речь идет о едином продолжаемом преступлении" (см.: Борзенков Г.Н. в кн.: Комментарий к УК РФ. М.: Спарк, 2000. С. 323).
Если лицо, совершая кражу, грабеж или разбой, незаконно проникло в жилище, помещение либо иное хранилище путем взлома дверей, замков, решеток и т.п., содеянное им надлежит квалифицировать по соответствующим пунктам и частям статей 158, 161 или 162 УК РФ, и дополнительной квалификации по статье 167 УК РФ не требуется, поскольку умышленное уничтожение указанного имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения хищения при отягчающих обстоятельствах.
Если в ходе совершения кражи, грабежа или разбоя было умышленно уничтожено или повреждено имущество потерпевшего, не являвшееся предметом хищения (например, мебель, бытовая техника и другие вещи), содеянное следует, при наличии к тому оснований, дополнительно квалифицировать по статье 167 УК РФ. Такова позиция ВС РФ в этом вопросе.
Наконец о максимальной санкции ч. 4 ст. 158 УК РФ, т.е. об ответственности за особо квалифицирующие виды кражи: она осталась такой же, что и была в ч. 4 ст. 158 УК РФ старой редакции: наказывается лишением свободы от пяти до десяти лет, но уже не с конфискацией имущества или без таковой, а со штрафом в размере до одного миллиона рублей либо без такового.

Статья 159. Мошенничество

Комментарий к статье 159

Мошенничество является формой (разновидностью) хищения, и потому ему присущи все признаки хищения. Между тем, квалифицируя мошенничество, следует обратить внимание на то обстоятельство, что определение мошенничества в ст. 159 УК РФ и в ст. 147 УК РСФСР 1960 года с первого взгляда мало чем отличаются друг от друга. Так, ч. 1 ст. 159 УК РФ определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. В то же время в ст. 147 УК РСФСР "Мошенничество" отсутствовал термин "хищение" и мошенничеством являлось "завладение чужим имуществом или приобретение права на чужое имущество путем обмана либо злоупотреблением доверием". Следовательно, основное отличие ст. 159 УК РФ и ст. 147 УК РСФСР состоит в терминологических словосочетаниях, соответственно "хищение чужого имущества" и "завладение чужим имуществом".
Представляется, что слова "хищение" и "завладение" не являются равнозначными, ибо термин "завладение" не всегда может являться "хищением" в прямом смысле этого слова. Так, можно "завладеть" чужим имуществом (например, одолжить у приятеля на время вещь, попользоваться вещью и т.п.) на определенное короткое время, не имея умысла и намерений похитить такое чужое имущество. Видимо, учитывая такое различие словосочетаний, законодатель счел необходимым подчеркнуть: "хищение", а не "завладение". И мы считаем, что с точки зрения юридической техники такая правовая конструкция уголовной правовой нормы оправдана, ибо сужается сфера, круг случаев привлечения лиц к уголовной ответственности за "хищение", но не за "завладение" чужим имуществом.
Предметом мошенничества, кроме имущества, является также право на чужое имущество как юридическая категория. Практика показывает, что некоторую сложность для работников следствия (дознания) может представлять характеристика такого чисто гражданско-правового понятия, как "право на чужое имущество". При этом право на чужое имущество может быть закреплено в различных документах, например, в завещании, страховом полисе, доверенности на получение тех или иных ценностей, в различных видах ценных бумаг. Имущественные права, удостоверенные именной ценной бумагой, передаются в порядке, установленном для уступки требований (цессии). Права по ордерной бумаге, т.е. с указанием лица, которому или по приказу которого должно быть произведено исполнение, передаются путем совершения на этом документе передаточной надписи - индоссамента. Индоссамент, совершенный на ценной бумаге, переносит все права, удостоверенные ею, на лицо, которому они передаются. Бланковый индоссамент вообще не содержит указания на лицо, которому переданы имущественные права (ст. 146 ГК РФ). Более подробно предмет хищения, в т.ч. ценные бумаги, описан в комментарии к ст. 158 УК.
Именно документы, содержащие указания на имущественные права, включая их приобретение, нередко бывают, как показывает практика, предметом различных мошеннических операций. Причем с момента получения мошенником такого документа, на основании обладания которым он приобрел право на имущество, преступление признается оконченным независимо от того, удалось ли мошеннику получить по нему соответствующее имущество в натуре или в денежном эквиваленте (см.: Комментарий к УК РФ. М.: Изд. группа ИНФРА-М-НОРМА, 1996. С. 350).
С внешней стороны специфичность данного преступления заключается в том, что собственник как бы "добровольно" передает либо отчуждает иным образом свое имущество преступнику. Преступник действует так, что правообладание на имущество действительного собственника переходит к нему якобы на вполне законных основаниях. Между тем следователям, прокурорам, осуществляющим надзор за расследованием дел данной категории, следует помнить, что согласно п. 2 ст. 209 ГК РФ отчуждение имущества может быть произведено только лишь с согласия и (или) по поручению собственника. Поскольку указанного согласия и своего волеизъявления на отчуждение имущества собственник не давал, то преступник путем обмана или злоупотребления доверием фактически изымает это имущество у титульного (непосредственного) собственника. Именно эти два действия и составляют признаки объективной стороны мошенничества.
С объективной стороны мошенничество состоит в "хищении чужого имущества" или "приобретении права на чужое имущество", но путем "обмана или злоупотребления" доверием. Законодатель не раскрывает понятий "обман" и "злоупотребление доверием". На практике под обманом понимают умышленное искажение или сокрытие истины с целью ввести в заблуждение лицо, в ведении которого находится имущество, и таким образом добиться от него добровольной передачи имущества, а также сообщения с этой целью заведомо ложных сведений (см.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1982. № 2. С. 14). Итак, обман - прежде всего сознательная дезинформация контрагента либо иного лица. Обман - это широкое понятие, включающее в себя не только представление ложных сведений, но и факт умолчания об истине либо замалчивание иных сведений. Поэтому сами факты искажения истинных действий (бездействия) должны носить исключительно предумышленный характер (прямой либо косвенный умысел). Нет умысла - нет состава мошенничества. Следовательно, наличие умысла как субъективной стороны преступления обязательно для того, чтобы признать хищение, совершенное таким способом, мошенническими действиями.
Отдельные аспекты квалификации мошенничества, связанные с обманом.
Мошенничество, которое связано с подделкой и использованием фальшивых документов, необходимо отличать от случаев устройства на работу на основании поддельного диплома, в том числе и получение при этом определенной зарплаты за выполнение круга обязанностей по должности, которое лицо не имело права занимать.
Вот характерный пример. Некто, гражданин В., предъявив в отдел кадров подложный диплом о высшем физкультурном образовании, был зачислен на должность директора спортивно-оздоровительного комплекса (СОК), где не так уж и безуспешно выполнял возложенные на него обязанности более двух лет. В данном случае отсутствует состав хищения денежных средств путем мошенничества, т.к. гр-н В. выполнял работу возмездно, получая за это заработную плату по штатному расписанию.
В этом случае лицо, подделавшее документ, может нести ответственность за подделку удостоверения (иного официального документа) (ч. 1 ст. 327 УК РФ) и за использование заведомо подложного документа (ч. 3 ст. 327 УК РФ).
При этом следует отличать подделку и использование документов с целью получения работы (т.е. вариант, когда лицо, подделав документ, все-таки работает) от того деяния, когда лицо использует поддельные документы, необходимые для получения права на повышенную зарплату либо получения процентной надбавки к окладу (диплом кандидата или доктора наук либо профессора или справки о стаже работы в р-нах Крайнего Севера и т.п.). Эти последние действия являются корыстными, преследующими одну цель - хищение.
В мошенничестве выделяют "активный" и "пассивный" обман. Активный обман имеет место тогда, когда его содержание составляют различные обстоятельства, относительно которых преступник вводит в заблуждение потерпевшего (искажение истины). Пассивный обман состоит в сообщении таких фактов, которые бы удержали лицо от передачи имущества. В содержание обмана зачастую входит ложное обещание, заключающееся не только в искажении "фактов будущего", но и одновременно ложная информация о своих подлинных намерениях в будущем.
Мошеннический обман многообразен. Он может быть как устным (словесным), так и письменным, а может проявляться в виде различных действий: шулерские приемы игры в карты или "в наперсток", передача "пачки денег" в свертке, именуемой "куклой", внесение искажений в программу ЭВМ и т.д.
Обман может выражаться, как и сказано уже выше, в форме подделки какого-либо документа в целях получения чужого имущества либо каких-то материальных благ.
При этом следует иметь в виду, что лицо, подделывая документ, изначально совершает только приготовление к хищению. Так, лицо, подделавшее документ, изначально совершает только приготовление к хищению (пенсионное удостоверение, больничный лист, справку ВТЭК, водительское удостоверение и т.д.) и, передав его другому для использования при хищении, несет уголовную ответственность не только за подлог, но и за пособничество в хищении путем мошенничества.
Зачастую мошенник "проводит" сделку, которая заведомо является фикцией, причем предметом сделки, за которую преступник может получить деньги, является несуществующая вещь (см.: БВС РФ. 1995. № 10. Ст. 5).
Рынок создал и, главное, сделал возможным появление новых видов обмана. Это - банковское мошенничество (хищения путем незаконного получения кредитов, использования поддельных авизо и т.д.), компьютерное и страховое мошенничество, мошенничество при сделках с недвижимостью (ипотеке), в сфере малого бизнеса, в сфере высоких технологий и многое другое. Но традиционное представление о мошенничестве, установившееся в уголовно-правовой доктрине, позволяет квалифицировать и эти новые формы мошенничества, правда, с некоторыми оговорками.
Одним из распространенных способов мошенничества - присвоение предпринимательскими структурами кредитов и ссуд. Многие предприниматели, особенно на этапе становления, берут в банках кредиты и ссуды. Однако нередко они используются не по назначению, своевременно не погашаются.
Кредитование предпринимательства предполагает вступление сторон в правоотношения по договору займа, в силу которого займодавец (банк) передает заемщику (предприятию), как правило, предпринимательской структуре, определенную сумму денег для использования по целевому назначению на основе срочности и возвратности. Но по действующему гражданскому законодательству с момента получения ссуды деньги переходят в собственность заемщика, который обязан вернуть полученную сумму в сроки, определяемые договором. За невыполнение условий договора предпринимательская организация отвечает своим имуществом (договор займа: ст. ст. 807 - 818 ГК РФ). Поэтому использование полученных ссуд и кредитов не по целевому назначению ранее влекло лишь гражданско-правовую ответственность (см. комментарий к ст. 177).
Но ст. 177 УК РФ, как говорится, почти не "работает". Это объясняется рядом объективных и субъективных причин.
Первая. В диспозиции ст. 177 УК указано, что уголовная ответственность за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности наступает только "после вступления в законную силу соответствующего судебного решения". Это говорит о том, что кредитная организация (банк) должна сначала добиться судебного решения, на что уйдет не один месяц. Наконец, если суд первой инстанции и вынесет решение в пользу банка, то подача кассационной жалобы, например, гражданином-ответчиком приостанавливает действие решения (ГПК РФ). Если это решение арбитражного суда, то подача апелляционной жалобы также приостанавливает решение арбитражного суда первой инстанции как минимум еще на один месяц (АПК РФ). Затем надо доказать, что ответчик именно умышленно не исполняет решение суда. Поэтому состав преступления ст. 177 УК представляется длящимся и, следовательно, труднодоказуемым.
Вторая. Наконец, ст. 177 УК, на что и указывают правоведы, находится в конкуренции с п. 1 ст. 312 УК ("Незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего конфискации") и "особенно со ст. 315 УК" - "Неисполнение приговора, решения суда или иного судебного акта" (см.: Комментарий к УК РФ. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1996. С. 405).
Незаконное присвоение кредитов в сегодняшних "рыночных" условиях может сопровождаться рядом неправомерных действий: созданием подставных фирм с целью получения и присвоения кредита; использованием подложных документов, дающих видимость финансовой состоятельности; представлением подложных или полученных неправомерным путем гарантийных писем солидных организаций; представлением в качестве залога неполноценного либо уже заложенного, а иногда и не принадлежащего заемщику имущества и т.п.
Если умысел преступников изначально направлен на присвоение кредитных средств, то их действия следует квалифицировать как мошенничество (ст. 159 УК РФ и ст. 327 либо ст. 292 УК РФ). Однако в ряде случаев практически невозможно доказать, что заемщик уже в момент получения кредитных средств (или товарно-материальных ценностей) предполагал не возвращать их. При необходимости предприниматель может объяснить невозможность возврата полученных сумм, например, коммерческой неудачей либо предпринимательским риском (ст. 2 ГК РФ). В ходе следствия необходимо собрать дополнительные доказательства неоднократного совершения подобных действий, умышленного несоблюдения условий договора и т.п., на что уходит немало времени, а тем временем злоумышленники имеют возможность заниматься этим длительный период, "прокручивая" деньги в своих интересах.
Нередко сами банки не проводят надлежащей проверки кредитоспособности клиента, чем нарушается один из основных принципов кредитования - обеспеченность кредита. Это способствует тому, что значительная часть выданных с нарушением условий кредитования сумм растрачивается и расхищается.
Итак, отграничение мошенничества (ст. 159 УК) от составов ст. 177, п. 1 ст. 312, ст. 315, а равно при необходимости квалификации их в определенной совокупности - дело затруднительное. Таким же образом не столь заметна "грань" различия между составами ст. 159 УК и ст. 176 УК "Незаконное получение кредита". Хотя отдельные правоведы и представляют свое видение такого разграничения. Так, В. Лимонов указывает, что "возникает необходимость разграничивать мошенничество и незаконное получение именно кредита, в том числе государственного целевого, причинившее крупный ущерб.
Критериями разграничения этих преступлений являются направленность умысла и время его возникновения. При этом мошенничество налицо тогда, когда при представлении заведомо ложных сведений указанного содержания, т.е. до получения кредита, умысел виновного направлен на хищение имущества, составляющего кредит. Причем представление заведомо ложных сведений о хозяйственном положении или финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации есть не что иное, как одна из разновидностей мошеннического обмана" (см.: Лимонов В. Отграничение мошенничества от смежных составов преступления // Законность. 1998. № 3. С. 40). Наконец, важно и следующее обстоятельство. Введение ст. 176 УК РФ ("Незаконное получение кредита") предполагает собой по сути ответственность за мошеннические действия, дает возможность привлечь злоумышленника к уголовной ответственности уже только за сам факт предоставления кредитору ложных сведений (а это, как известно, самый распространенный способ мошеннического получения кредита). Добавим, что этим составом охватывается обман с целью получения кредита не только в специализированном учреждении, но и у других лиц, т.е. правомерные кредитные отношения охраняются независимо от места их возникновения.
Другой распространенной формой мошенничества, на наш взгляд, является злостное (наказуемое) банкротство, предусмотренное статьями 195 - 197 УК РФ. Содержание обмана здесь довольно разнообразно: перевод денежных средств одной организации на счета другой, откуда они потом изымаются; подлоги; сокрытие имущества, его дарение, отчуждение в невыгодных сделках; искусственное увеличение пассива и (или) уменьшение актива должника и др.
Провести отличие мошенничества, предусмотренного ст. 159 УК, от других преступлений в сфере экономической деятельности, совершаемых с помощью обмана, можно все-таки по объекту. Так, мошенничество является однообъектным преступлением, посягающим на чужую собственность. Преступления в сфере экономической деятельности имеют два объекта (посягают не только на собственность, но и на нормальную экономическую деятельность хозяйствующих субъектов).
Введение подобных норм в УК мотивируется необходимостью поставить заслон на пути создания разного рода предпринимательских и лжепредпринимательских организаций, которые, получив кредит, прекращают свое существование в результате заранее планируемого банкротства, поскольку организаторы подобных акций при умелой маскировке своих действий остаются безнаказанными. Однако законодатель, на удивление, предусмотрел в санкциях статей за мошенничество сравнительно мягкие наказания (за незаконное получение кредита (ст. 177 УК) - максимально 2 года лишения свободы; за преднамеренное банкротство (ст. 196 УК) - максимально 6 лет лишения свободы). Для противопоставления отметим, что минимальный срок наказания за подобные действия в европейском уголовном праве - 10 лет лишения свободы.
Одним из самых распространенных и опасных видов мошенничества в кредитно-финансовой сфере является обман посредством использования подложных кредитовых авизо. На страницах прессы и других видов изданий уже раскрывалась суть этого способа мошенничества. Поэтому целесообразно остановиться лишь на моментах квалификации подобных преступлений, поскольку на практике возникают трудности при определении момента окончания этого преступления.
Если в результате "запуска" поддельного авизо произошло только зачисление денег на счет организации-получателя, но не последовало их использование, т.е. завладение ими, то это - покушение на мошенничество. Если же деньги юридическим лицом получены, то это - оконченный состав мошенничества.
Таким образом, для признания преступления оконченным недостаточно самого факта подделки авизо и передачи его в РКЦ. Разумеется, в совокупности с мошенничеством должна наступать и ответственность за подделку документов (ст. 327 УК).
Характерной особенностью мошеннических хищений с использованием поддельных авизо являются большие размеры преступного дохода. Так, Московским городским судом были рассмотрены дела о хищении с использованием поддельного авизо на самые разные суммы: от 7 до 800 миллионов рублей в ценах 1997 года.
Верховный Суд СССР, как бы предвидя все возрастающее многообразие форм мошенничества, наносящего ущерб потерпевшим, совершенного лицами, ищущими легкие пути "заработка" (наживы), дал еще в 1974 году следующее разъяснение: "Получение денег под условием выполнения обязательства, в последующем невыполненного, может квалифицироваться как мошенничество, если установлено, что обвиняемый не имел намерения выполнить взятое обязательство и преследовал цель завладеть деньгами" (см.: БВС СССР. 1974. № 6. Ст. 19).
Мошенничество иногда характеризуется дачей взятки, но, как правило, мнимой. Так, мошенник склоняет какое-либо лицо к "неизбежной" даче взятки должностному лицу. При этом мошенник, естественно, берет на себя функцию посредника, но присваивает себе предмет взятки. В данном случае, по конкретному делу (см.: БВС РФ. 1992. № 11. Ст. 14), Верховный Суд РФ разъяснил, что лицо несет ответственность не только за мошенничество, но и за подстрекательство к даче взятки. Лицо же, передавшее деньги лжепосреднику, отвечает за покушение на дачу взятки.
Другая форма мошенничества - злоупотребление доверием. Это менее распространенный способ мошенничества.
В данном случае преступник пользуется доверительными отношениями, сложившимися между ним и потерпевшим, коим является обычно собственник определенного имущества (учредитель, ген. директор, директор и (или) другой руководитель юридического лица либо его структурного подразделения). Как правило, указанные особые доверительные отношения вытекают из гражданско-правовых отношений (из договора поручения, хранения, страхования, комиссии, доверительного управления имуществом и т.д.). Такие отношения могут быть и трудовыми. Например, лицо, заключившее с собственником договор поручения на оказание услуг (выполнение работ), получает в подотчет, скажем, 900 руб., но фактически не выполняет никакую работу (не оказывает услуги) и, не имея также таких намерений, обращает подотчетную сумму в свою пользу. Налицо состав мошенничества в форме злоупотребления доверием.
Таким же образом следует квалифицировать действия преступника, получившего товар на реализацию и (или) комиссию (в кредит), обратившего этот товар, а равно выручку от его реализации в свою пользу и не имевшего никаких намерений оплатить долг кредитору-поставщику. Это так называемое незаконное владение товаром, а точнее, получение прав на такой товар на строго определенное время.
О проблеме хищения безналичных денег. В том случае, если мошенник зачислил деньги на банковский счет и может распорядиться этими деньгами как своими собственными, мошенничество следует считать оконченным преступлением. Мошенничеством считается также и получение путем обмана или злоупотребления доверием права на государственную жилую площадь.
Квалифицирующие признаки мошенничества в своем подавляющем большинстве совпадают с соответствующими квалифицирующими признаками кражи (см. комментарий к ст. 158 УК).
В ч. 2 ст. 159 УК говорится о совершении мошенничества группой лиц, а равно с причинением значительного ущерба гражданину. О совершении преступления группой лиц см. комментарий к ст. 35 УК РФ, к п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ.
О причинении значительного ущерба (сумма более 2500 рублей - примечание 2 к ст. 158 УК РФ). Правоведы указывают, что, хотя "значительность ущерба" и оценочное понятие, необходимо учитывать ценность похищенного имущества, а также его количество и значимость для потерпевшего, материальное положение последнего, в частности, заработную плату, наличие иждивенцев. Поэтому при определении значительного ущерба потерпевшему ориентируются в основном на его зарплату, учитывают ценность похищенного имущества и значение утраты этого имущества для потерпевшего (см.: Шахкелдов Ф.Г. Ответственность за мошенничество, лжепредпринимательство и незаконное получение кредита по новому УК // Юрист. 1998. № 5. С. 4).
Законодатель расширил диспозицию ст. 159 УК РФ. Теперь имеется часть 3 ст. 159 УК с такими квалифицированными признаками, как: совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере. О понятии совершения преступления с использованием своего служебного положения см. комментарий к ст. ст. 286 - 290 УК РФ, примечания 1 - 4 к ст. 285 УК и примечание к ст. 318 УК, а также в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. № 6 "О судебной практике по делам о взяточничестве" (см.: БВС РФ. 2000. № 4). См. также Указ Президента РФ "Об утверждении Общих принципов служебного поведения государственных служащих" от 12 августа 2002 г. № 885 (РГ. 2002. 15 августа).
Признак крупного размера ущерба, как и сказано уже выше, прямо установлен в уголовном законодательстве: примечание 4 к ст. 158 УК РФ.
Есть и другой взгляд на размер крупного ущерба, а точнее, на совокупность его условий (моментов), т.е. того, из чего складывается вся общая сумма ущерба.
Так, все тот же правовед В. Лимонов указывает: "Следует напомнить, что крупный ущерб может складываться из положительного ущерба, равного стоимости чужого имущества, и упущенной выгоды. В случаях, когда положительный ущерб меньше крупного размера имущества, которым виновный намеревался завладеть или право на которое приобрести, содеянное не может быть квалифицировано по п. "б" ч. 3 ст. 159 (ныне ч. 3 ст. 159 - Б.З.). В этих случаях при отсутствии других квалифицирующих признаков ответственность наступает по ч. 1 ст. 159 УК" (см.: Лимонов В. Отграничение мошенничества от смежных составов преступления // Законность. 1998. № 3. С. 40).
Подчеркнем, что следователю, аудитору и эксперту при доказывании ущерба в виде убытков (реальный ущерб и неполученный доход) надлежит руководствоваться ст. 15 ГК РФ, но только в обязательной ее совокупности со ст. 393 ГК РФ "Обязанность должника возместить убытки". Это - нюанс гражданского права. В ст. 15 ГК РФ нет прямой отсылочной нормы к ст. 393 ГК РФ, но в п. 2 ст. 393 ГК имеется бланкетная (прямая) норма к ст. 15 ГК. Кроме того, следует во всех случаях знать (при доказывании "упущенной выгоды") и правило п. 4 ст. 393 ГК РФ о том, что при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Сказанное означает, что кредитор сам должен предпринять все меры по предотвращению убытков в виде упущенной выгоды. Если он этого не предпринял, то упущенная выгода по общему правилу не должна взыскиваться.
Из нововведений, касающихся мошенничества, следует назвать появление нового квалифицирующего признака в ст. 159 УК РФ - "мошенничество с использованием своего служебного положения".
Законодатель ввел этот новый квалифицирующий признак не случайно, поскольку большое количество мошеннических хищений совершается лицами, использующими при этом свое служебное положение.
Специфика этого преступления состоит в том, что объективная сторона его складывается из двух действий, каждое из которых, взятое отдельно, составляет самостоятельное преступление: злоупотребление служебными полномочиями и собственно мошенническое хищение. При этом злоупотребление служебными полномочиями создает возможность хищения, предшествует изъятию материальных ценностей и поэтому часто отдалено от него по времени. Использование должностным лицом своего служебного положения предполагает реализацию тех прав и полномочий, которыми оно наделено по роду своей работы, служебных отношений с должностными лицами на своем и других предприятиях (организациях).
Злоупотребление должностными полномочиями для мошеннического хищения возможно лишь по месту службы должностного лица и в пределах тех функциональных обязанностей, которые на него возложены, причем в компетенцию виновного должны входить определенные правомочия в отношении имущества или по месту его работы, или в контролируемых им подразделениях. Если же должностное лицо, используя свой авторитет, положение, оказывает давление на других людей, склоняя их к совершению хищения, то оно подлежит уголовной ответственности за соучастие в преступлении.
Похищаемое имущество может перейти к расхитителю в результате совершения юридически значимых действий, дающих лицу определенные права на материальные ценности. Например, умышленное незаконное получение должностным лицом государственных или общественных средств в качестве премий, надбавок к зарплате, пособий и других выплат должно квалифицироваться по ч. 3 ст. 159 УК РФ как заведомо незаконное назначение или выплата должностным лицом в корыстных целях государственных или общественных средств в качестве платежей лицам, не имеющим права на их получение.
   ------------------------------------------------------------------

--> примечание.
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - М.: Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 2000.
   ------------------------------------------------------------------

Как хищение путем мошенничества должно квалифицироваться также обращение в свою собственность средств по заведомо фиктивным трудовым или иным договорам под видом зарплаты, вознаграждения за работу или услуги, которые фактически не выполнялись или были выполнены не в полном объеме, совершенное по сговору между должностными лицами и другими лицами, заключившими эту сделку (см.: Комментарий к УК РФ / Под общей ред. Скуратова Ю.И. и Лебедева В.М. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1996. С. 352). Указанный вид хищения с использованием своего служебного положения наиболее часто встречается в торговле, отраслях агропромышленного комплекса, строительстве, сфере бытового обслуживания и других сферах оказания услуг.
В последнее время усилилось незаконное получение и присвоение кредитных средств с помощью работников банков. Порой они даже бывают инициаторами подобных преступлений, получая из похищенных средств свою определенную долю. В других случаях работники банков обеспечивают изъятие полученных кредитных средств: за взятки не направляют кредитные средства по назначению, а зачисляют на расчетные средства других организаций или даже на личные счета участников преступлений. По УК такие действия работников органов управления, банка квалифицируются по ст. ст. 159, 160, 165 либо ст. ст. 33, 159, 160, 165 УК РФ и зависят от конкретных обстоятельств дела, правового статуса работника банка или органа управления, его роли в преступном деянии, а также формы собственности учреждения или банка.
Спецификой рассматриваемого преступления является то, что похищаемое имущество не вверено под материальную ответственность виновному и не находится в его правомерном владении. Здесь виновный, используя предоставленные ему полномочия по службе, отдает незаконное распоряжение относительно имущества, находящегося в подотчете у других лиц.
Таким образом, в ч. 3 ст. 159 УК РФ речь идет только о специальном субъекте - должностном лице, которое благодаря наличию у него права распоряжаться государственным или иным имуществом (либо таких должностных возможностей) способно побудить представителя организации передать принадлежащее организации имущество.
В последнее время немалое распространение получило также хищение путем мошенничества в страховой сфере. Страховой бизнес представляет собой деятельность компаний, берущих на себя обязательство в обмен на регулярные взносы выплатить компенсацию убытков в случае пожара, стихийного бедствия, аварии и т.п. Что же такое "страховое мошенничество"? Это попытки получить возмещение или отказаться от его выплаты без должных оснований, предусмотренных законом, правилами страхования или договором, неполное внесение страховой премии, сокрытие важной информации при заключении договора страхования, в результате чего появляется незаконная прибыль. Существует более десяти способов хищений путем мошенничества в сфере страхования.
Немаловажно то, что, помимо больших преступных доходов, страховое мошенничество сопряжено с совершением целого ряда опасных преступлений: подлога, должностных злоупотреблений, поджога и других форм умышленного уничтожения или повреждения имущества.
Чтобы устранить проблемы, связанные с мошенничеством в страховании, необходимо наличие специальных экспертов в страховых компаниях, проведение предупредительных мероприятий. Важным фактором является и совершенствование законодательства. Сейчас страховой бизнес опирается в основном на возможности гражданско-правовой, а не уголовно-правовой защиты, что явно не соответствует действительной опасности указанных правонарушений, размерам и характеру причиняемого ими ущерба. Об этом говорилось и на съезде страховых компаний, проведенном еще в декабре 1996 года в городе Москве.
Конечно, все способы хищения путем мошенничества в страховой сфере должны подпадать под действие ст. 159 УК РФ. Представляется, что она не отражает их специфику. В связи с большой распространенностью таких случаев и все возрастающей суммой ущерба от подобных преступлений, а также спецификой их совершения целесообразно выделить хищение, совершенное путем мошенничества в страховой сфере, в отдельную норму закона. Введение такой нормы продиктовано необходимостью выделить все объективные признаки этого преступления с учетом двойного объекта (собственность и нормальная деятельность страховых компаний), что было бы невозможно в рамках, например, одного квалифицирующего признака.
Другие, особо квалифицирующие признаки мошенничества изложены законодателем в части 4 ст. 159 УК: мошенничество, совершенное организованной группой лиц либо в особо крупном размере (примечание 4 к ст. 158 УК); о совершении хищения организованной группой, а также в особо крупном размере см. комментарий к ч. 4 ст. 158 УК РФ.
Субъективная сторона этого состава преступления, как и кражи, характеризуется умыслом и корыстной целью.
Субъектом преступления является вменяемое физическое лицо, достигшее 16-ти лет.

Статья 160. Присвоение или растрата

Комментарий к статье 160

Присвоение - незаконное безвозмездное обращение вверенного имущества в свою пользу путем его обособления от остального вверенного имущества и удержания у себя.
Видовым объектом присвоения и растраты следует считать отношения собственности.
Непосредственным объектом присвоения и растраты является та форма собственности, в которой находится похищаемое или растраченное имущество.
Полагаем, что реальная действительность требует расширения объекта уголовно-правовой охраны чужой собственности и включения сюда иных имущественных благ - интеллектуальной собственности, информации, авторских прав и др.
Предмет присвоения и растраты - вещи, включая деньги и ценные бумаги. Несмотря на то что предмет присвоения или растраты аналогичен предметам иных форм хищения, имеются определенные особенности, позволяющие дифференцировать эти формы хищения, которые заключаются не в физических свойствах вещи, ставшей предметом преступления, а в особом правовом положении похищаемого имущества.
В теории советского уголовного права традиционно отмечалось, что в отличие от других форм хищения предметом присвоения или растраты может стать не любое чужое имущество, а только то, которое было вверено виновному. Таким образом, обязательным свойством предмета присвоения или растраты является его предварительная вверенность лицу, которое, пользуясь сложившейся ситуацией, совершает хищение этого чужого имущества.
Понятие вверенности имущества нашло отражение не только в теоретических работах, но и в разъяснениях Пленума Верховного Суда СССР, посвященных проблемам квалификации хищений.
Под термином "вверенное имущество" в соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 марта 1962 г. № 5 "О судебной практике по делам о хищениях государственного или общественного имущества", принятого после вступления в силу уголовного законодательства 1960 г. (Постановление в настоящее время уже не действует), понималось такое имущество, в отношении которого виновное лицо в силу должностных обязанностей, договорных отношений или специального поручения государственной или общественной организации осуществляло определенные полномочия по распоряжению, управлению, хранению и т.д. Аналогичная формулировка содержится в тексте Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4 "О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества", которое действует и сейчас (оно было дополнено указанием на безвозмездность обращения этого имущества в собственность виновного или собственность иных лиц).
Анализ приведенных разъяснений показывает, что Пленум Верховного Суда СССР признавал важным аспектом вверенности чужого имущества наличие у виновного в хищении полномочий по владению, пользованию и распоряжению вверенным имуществом в тех пределах, которые определялись собственником либо иным владельцем этого имущества.
Изучение судебной практики в нашей стране показывает, что именно такой точки зрения придерживаются суды разных инстанций.
Например, по приговору Кузьминского районного суда г. Москвы кассир М. была обоснованно признана виновной в хищении денежных средств путем присвоения вверенного ей чужого имущества и осуждена по ст. 160 УК РФ, поскольку похищенные денежные средства на законном основании поступили в ее правомерное владение, чем она впоследствии и воспользовалась для совершения хищения <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Архив Кузьминского районного суда г. Москвы.

Наличие либо отсутствие полномочий по владению, пользованию или распоряжению чужим имуществом, поступившим в правомерное обладание виновного, служит той границей, которая отделяет присвоение и растрату от других форм хищения. Проведенное исследование показывает, что встречаются случаи хищения чужого имущества, на законном основании поступившего в ведение виновного, когда виновный не получил полномочий владения, пользования или распоряжения имуществом. К такого рода хищениям можно отнести, например, хищение шоферами, трактористами, комбайнерами, водителями других транспортных средств зерна и другой сельскохозяйственной продукции, если они не получили на эту продукцию экспедиторских или иных полномочий.
В зависимости от тайности либо открытости хищения рассматриваемой продукции такое деяние можно квалифицировать как кражу или грабеж. Однако, если указанные лица, помимо функций по транспортировке продукции, получили статус экспедиторов, то есть оказались наделенными определенными полномочиями в отношении этой продукции, получив соответствующую товарно-транспортную накладную либо иные официальные документы с указанием наименования, ассортимента, количества (веса), а иногда и стоимости продукции, их действия по хищению данной продукции должны рассматриваться как хищение вверенного имущества в форме присвоения или растраты <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Комментарий к УК Российской Федерации. В 2-х томах. Т. 1. М.: Новая волна, 1998. С. 28.

Отличительной чертой присвоения и растраты чужого имущества как в период действия УК РСФСР, так и в настоящее время является особое положение лица, совершившего данное уголовно-наказуемое деяние. Данное лицо правомерно, т.е. на законном основании, обладает этим имуществом, не являясь его собственником. Указанное имущество может быть ему вверено собственником или титульным владельцем. Обладание предполагает наличие определенных прав у лица в отношении имущества, которое было ему вверено. Законодатель при этом не обусловливает природу отношений между собственником или титульным владельцем имущества, с одной стороны, и виновным в его присвоении - с другой. Это могут быть гражданско-правовые, трудовые, иные не запрещенные законом договорные отношения. То есть виновное лицо на первоначальном этапе является обладателем ограниченных вещных прав на имущество.
Относительно термина "вверенное имущество" в теории уголовного права существуют различные точки зрения. Например, К.Ш. Уканов полагает, что вверенное имущество применительно к присвоению или растрате как формам хищения - это вещи материального мира, переданные добровольно и в установленном законом порядке собственником или иным владельцем другому лицу для совершения определенных юридически значимых действий <*>. И.А. Клепицкий полагает, что вверенным признается имущество, переданное в правомерное владение лица, а также имущество, полученное им на основании титульного закрепления, а также имущество, полученное на основании трудового договора, заключенного в соответствии с гражданским законодательством как в письменной, так и в устной форме <**>. В принципе поддерживая точку зрения И.А. Клепицкого относительно понятия вверенного имущества, автор предлагает свою формулировку, поскольку считает ее более полной. Таким образом, вверенное имущество - имущество, правомерно переданное во владение лица, которое может быть наделено в отношении этого имущества его собственником либо иным законным владельцем определенными правомочиями по пользованию или распоряжению.
   --------------------------------

<*> См.: Уканов К.Ш. Предупреждение хищений в Республике Казахстан: уголовно-правовые и криминологические аспекты. Алматы, 2003. С. 89 - 94.
<**> См.: Клепицкий И.А. "Вверенное имущество" в уголовном праве // Законность. 1995. № 12. С. 10.

Однако могут быть действия, связанные с осуществлением прав по пользованию, владению, а иногда и распоряжению вверенным чужим имуществом либо в комплексе, либо только отдельных видов права, т.е. объем правомочий в отношении чужого имущества может быть любым. Если же лицу имущество передано для осуществления определенных технических операций, т.е. оно имеет допуск к нему в связи с порученной работой или выполнением служебных обязанностей, и оно завладевает им, такие действия подлежат квалификации как кража.
Правомочия в отношении имущества лицу могут быть переданы не только организацией (юридическим лицом), но и гражданином, являющимся собственником или иным владельцем имущества на основании гражданско-правовых договоров (подряда, проката, аренды, комиссии и др.). Объем таких правомочий в отношении имущества может быть любым: распоряжение, управление, доставка, хранение и т.п. Виновный, совершивший присвоение или растрату вверенного ему чужого имущества, может обладать либо одним из указанных полномочий, либо всей их совокупностью.
При внешней схожести присвоение и растрата являются отдельными, самостоятельными способами обращения в свою собственность или собственность других лиц чужого имущества и не могут поглощаться друг другом либо быть частями друг друга. Каждая из указанных форм хищения обладает определенными, присущими только ей признаками, в том числе моментом окончания преступления, а следовательно, является самостоятельным составом преступления.
В судебно-следственной практике часто возникают трудности при квалификации этих форм хищений. И нередко в ходе практической деятельности правоприменителями одна форма хищения подменяется другой. Законодательные дефиниции анализируемых форм хищения в современном российском уголовном законодательстве отсутствуют. Не содержится также понятия указанных форм хищения и в действующих постановлениях пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации), что, на наш взгляд, существенно затрудняет применение уголовного закона на практике.
Причинение собственнику или иному владельцу имущества ущерба предполагает наличие прямого имущественного ущерба на сумму более пяти минимальных размеров оплаты труда. Данное положение зафиксировано во вступившем в законную силу с 1 июля 2002 г. Кодексе РФ об административных правонарушениях. Однако, на наш взгляд, указание на минимальный ущерб при совершении уголовно наказуемого хищения, в том числе при присвоении и растрате чужого имущества, вверенного виновному, должно быть отражено в уголовном законе. Не признается ущербом упущенная в результате хищения выгода, а также моральный ущерб. Поэтому вопрос о возмещении такого ущерба должен разрешаться в гражданском порядке.
В юридической литературе существуют два подхода к определению присвоения чужого имущества, вверенного виновному, как одной из форм хищения: а) пассивное поведение, т.е. бездействие, заключающееся в невозвращении имущества; б) активное поведение, выражающееся в изъятии и обособлении имущества.
На наш взгляд, похитить имущество путем бездействия невозможно, и общественно опасное деяние виновного, присвоившего или растратившего вверенное имущество, заключается только в действии.
Для ответа на вопрос, может ли быть присвоено имущество путем его изъятия либо только путем обращения, необходимо поддержать идею О.В. Белокурова, который предложил вверенное виновному или находящееся в его правомерном ведении имущество разделить на две категории: статическое и динамическое <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Белокуров О.В. Ответственность за хищения, совершенные путем присвоения, растраты или злоупотребления служебным положением. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. М., 1991. С. 84 - 87. Указание в законодательном определении косвенного умысла на нежелание наступления определенных последствий, как нам кажется, не совсем корректно и даже излишне. Более приемлемой была редакция ст. 8 УК РСФСР, где волевой момент эвентуального умысла был описан как сознательное допущение наступления общественно опасных последствий.

Динамическое имущество, т.е. находящееся за пределами места постоянного нахождения (перевозка и т.д.), нет необходимости изымать, его можно только обратить в свою пользу или пользу иных лиц, переместив, например, не в указанное место, а совершенно в другое с последующим созданием условий его невозвращения. Так, действия начальника поезда "Владивосток - Москва", получившего от Г. взятку за провоз официально оформленного багажа, принадлежащего ему, а затем вскрывшего багаж и похитившего из него вещи на сумму 860 тысяч рублей (май 1993 г.), судом правильно квалифицированы как получение взятки и присвоение чужого имущества <*>. Однако присвоение вверенного имущества в данной ситуации виновным совершено, безусловно, путем его обращения в свою пользу.
   --------------------------------

<*> См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ. 1994. № 17.

По нашему мнению, статическое имущество, т.е. находящееся в состоянии покоя, невозможно просто обратить в пользу виновного или иных лиц, физически не изолировав, не обособив, иными словами, предварительно не изъяв его.
Объективная сторона присвоения и растраты имеет некоторые различия, поскольку речь идет хотя и о близких по ряду моментов, но все же разных способах хищения вверенного виновному чужого имущества.
Объективная сторона присвоения и растраты сформулирована законодателем как материальный состав преступления и состоит из трех обязательных элементов: а) деяния; б) последствий; в) причинно-следственной связи между ними. В данном случае это действия виновного, направленные на причинение имущественного вреда собственнику.
Анализ упомянутого определения показывает, что в целом оно отражает основные черты присвоения как формы хищения, хотя и нуждается, на наш взгляд, в некоторой корректировке.
Прежде всего автор считает, что присвоение может осуществляться только в активной форме. В этой связи представляется недостаточно обоснованной позиция тех ученых, которые полагают, что по своему существу присвоение представляет собой пассивное неправомерное удержание (невозвращение) чужого имущества с целью обращения его в свою пользу лицом, которому это имущество было вверено <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М.: Юрист, 1996. С. 411.

Дело в том, что из указанной формулировки вытекает возможность совершения присвоения путем бездействия, то есть обычного невозвращения вверенного имущества собственнику или иному владельцу. Такая позиция вряд ли правильна, поскольку не отражает характера присвоения как формы хищения. Как справедливо отмечают Владимиров В.А. и Ляпунов Ю.И., удержание или невозвращение по своему содержанию являются разновидностями пассивного поведения, бездействия человека. Однако похитить что-либо путем бездействия, как это общепризнанно, практически невозможно. По одной этой элементарной причине присвоение как форма хищения не может состоять в простом удержании ценностей <*>.
   --------------------------------

<*> Владимиров В.А., Ляпунов Ю.И. Ответственность за корыстные посягательства на социалистическую собственность. М.: Юрид. лит., 1988. С. 125.

Вместе с тем в определении присвоения, предлагаемом Ляпуновым Ю.И., имеются, на взгляд автора, и спорные моменты. Например, он полагает, что при присвоении преступник сначала должен изъять вверенное ему чужое имущество (либо часть его) из имущественного фонда собственника и лишь затем обратить его в свою пользу. С такой интерпретацией вряд ли можно согласиться по следующим основаниям. В законодательном определении понятия хищения (примечание 1 к ст. 158 УК РФ) подчеркивается, что под хищением понимается совершенные с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного. Союз "или" свидетельствует о том, что существуют формы хищения, в которых отсутствует изъятие чужого имущества у собственника либо другого владельца. Именно к таким формам следует, на наш взгляд, отнести присвоение и растрату, поскольку собственник или иной владелец сам на законном основании вверяет свое имущество виновному. Следовательно, незаконного изъятия имущества у собственника или иного владельца не происходит, так как он добровольно передает его преступнику. При такой ситуации нет оснований утверждать, что при присвоении или растрате имущество было незаконно изъято у собственника либо иного владельца. Если же речь идет об обособлении и изъятии похищаемой части имущества от всей вверенной виновному массы, то это не меняет существа дела, поскольку все имущество в целом не было незаконно изъято у собственника или иного владельца, а поступило к виновному на законном основании.
Итак, можно обоснованно полагать, что присвоение как форма хищения представляет собой с объективной стороны незаконное обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц без признака незаконного изъятия этого имущества у собственника либо иного владельца.
Ряд авторов утверждает, что при присвоении происходит противоправное обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц <*>. С этим мнением можно согласиться, поскольку любое отчуждение вверенного виновному имущества в пользу других лиц, если оно выбыло из владения виновного в хищении лица, остается присвоением. В этой связи, по нашему мнению, в определении понятия присвоения было бы правильным подчеркнуть, что присвоение имеет место только до тех пор, пока вверенное виновному имущество обращено только в его пользу или пользу других лиц, но не истрачено, не передано третьим лицам, то есть физически продолжает находиться в его незаконном обладании. Иными словами, можно совершить присвоение в пользу других лиц, а не только в пользу самого виновного. Это важный момент, общий для присвоения и растраты вверенного чужого имущества, который не получил должного освещения в специальной литературе.
   --------------------------------

<*> См.: Кочои С.М. Преступления против собственности (комментарий главы 21 УК РФ). М.: Прометей, 2001. С. 33.

Исходя из анализа изложенных выше и других точек зрения, результатов проведенного социологического исследования, автор предлагает следующее определение. Присвоение - это одна из форм хищения, совершаемая с корыстной целью и представляющая собой противоправное безвозмездное обращение чужого имущества, вверенного виновному, в свою пользу или пользу других лиц, причинившая ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества, если виновный еще не истратил или не произвел отчуждение указанного имущества.
Присвоение признается оконченным преступлением с момента, когда виновный незаконно обратил вверенное ему чужое имущество в свою пользу, причинив таким образом ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.
Другой формой хищения вверенного чужого имущества является его растрата. Существует немало близких по содержанию определений этого понятия. Например, растрата представляет собой обращение имущества, вверенного преступнику, не в свою пользу, а в пользу других лиц (друзей, родственников, любых третьих лиц) <*>, или растрата - это противоправное безвозмездное обращение вверенного имущества в пользу виновного либо иных лиц путем его отчуждения от потребителя. При этом имущество, вверенное виновному для осуществления определенных правомочий, незаконно расходуется, продается, передается третьим лицам либо потребляется самим субъектом преступления.
   --------------------------------

<*> См.: Гуев А.Н. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (для предпринимателей). М., 2000. С. 49.

Например, Измайловским районным судом г. Москвы осужден главный бухгалтер завода "Синтез" С., который с корыстной целью похитил вверенные ему денежные средства на общую сумму 941 тысяча 792 рубля. При расследовании его действий выяснилось, что 591 тысяча 30 рублей находились у виновного, были им присвоены, а остальные деньги он похитил и истратил на личные нужды.
Суд обоснованно квалифицировал хищение С. на сумму 941 тысячу 792 рубля как присвоение, а на сумму 350 тысяч 762 рубля - как растрату вверенного ему чужого имущества <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Архив Измайловского районного суда г. Москвы.

Например, Московским областным судом П. осуждена по ст. 158 ч. 3 УК РФ за то, что она, работая заведующей складом на предприятии в г. Подольске, в течение 1999 - 2000 годов систематически похищала находившийся у нее на складе спирт и выдавала его без документального оформления для личных целей осужденным по данному делу К., П. и С., расхитив таким образом 275 литров спирта.
Президиум Верховного суда РФ 24 июня 2000 г. оставил без удовлетворения протест заместителя прокурора РФ, в котором ставился вопрос о квалификации действий П. по ст. 160 ч. 1 УК РФ. В протесте Председателя Верховного Суда РФ ставится вопрос о квалификации действий П. по ст. 160 ч. 1 УК РФ. Пленум Верховного Суда РФ находит, что П. необоснованно признана судом виновной в хищении, предусмотренном ст. 158 УК РФ.
По смыслу закона для обвинения в хищении необходимо установить, что виновный обратил в свою пользу или в пользу других лиц вверенные ему ценности. Между тем из материалов дела видно, и это признано установленным в приговоре, что действия П., приведшие к образованию недостачи в количестве 275 литров спирта, выразились в том, что она отпускала спирт со склада без оформления соответствующих документов, не списывая его с подотчета.
На предварительном следствии и в суде П. показала, что она выдавала спирт руководящим работникам предприятия, а сама при этом спирт не похищала. Отпуская спирт без оформления в установленном законом порядке, она при этом вела внутренний учет.
Эти объяснения П. не находят подтверждения ни в показаниях свидетеля Р., ни в показаниях руководящих работников завода. Никто из допрошенных по делу свидетелей не подтвердил, чтобы П. выдавала спирт без соответствующих документов.
Содеянное П., выразившееся в бездокументарном отпуске указанным лицам, не содержит признаков кражи с ее стороны, а образует состав растраты и было необоснованно расценено судом как преступление, предусмотренное ст. 158 УК РФ.
Учитывая изложенное, Пленум Верховного Суда РФ, соглашаясь с протестом, постановил: Постановление Президиума Верховного суда РФ от 24 июня 2000 г. в отношении П. отменить. Действия П. со ст. 158 ч. 3 переквалифицировать на ст. 160 ч. 1 УК РФ <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. // БВС РФ. 2003. № 2. С. 24 - 25.

Исходя из приведенных выше аргументов, автор предлагает следующее определение понятия растраты. Растрата - это одна из форм хищения, совершенная с корыстной целью, заключающаяся в противоправном безвозмездном обращении чужого имущества, вверенного виновному, в свою пользу или пользу других лиц, причинившем ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества, если к моменту обнаружения факта хищения виновный уже истратил либо произвел отчуждение указанного имущества.
В отличие от присвоения растрата признается оконченным преступлением не с того момента, когда собственнику либо иному владельцу похищенного имущества причинен ущерб, хотя это требование так же обязательно для растраты, как и для присвоения, а в момент отчуждения чужого имущества в любой форме.
Субъектом присвоения и растраты может быть физическое вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности, которому имущество вверено в правомерное владение. Уголовной ответственности по данной статье подлежат лица с 16-летнего возраста. Между тем, например, в соответствии с Кодексом законов о труде договор о материальной ответственности может быть заключен только с лицом, достигшим 18 лет. Практика показывает, что в большинстве случаев субъектом рассматриваемого преступления является совершеннолетнее лицо. Исключение могут составлять лица, эмансипированные согласно гражданскому законодательству, а также иные категории лиц, не достигших совершеннолетнего возраста, но обладающих полномочиями по хранению либо иным операциям с вверенным им чужим имуществом.
Субъектами присвоения и растраты с использованием служебного положения (ч. 3 ст. 160 УК РФ) являются те должностные лица предприятий, организаций и учреждений, которым имущество было вверено на правах оперативного управления.
Специальными субъектами присвоения и растраты являются материально ответственные лица, которым непосредственно вверены товарно-материальные ценности и которые в силу этого постоянно или временно осуществляют в отношении них определенные полномочия. Субъектом рассматриваемого преступления могут быть как должностные, что на практике встречается значительно чаще, так и недолжностные лица, как штатные, так и нештатные работники различных организаций, в том числе коммерческих структур, достигшие 16-летнего возраста. Кроме того, субъектом рассматриваемого деяния может быть и обычный гражданин, получивший определенные правомочия в отношении конкретного имущества в юридически установленном порядке.
Субъективная сторона присвоения и растраты характеризуется прямым умыслом и корыстной целью. Виновный сознает, что неправомерно и безвозмездно использует или отчуждает вверенное ему имущество, предвидит, что своими действиями причиняет собственнику или иному владельцу прямой реальный ущерб и, действуя из корыстных побуждений, желает этого.
На прямой умысел виновного могут указывать признаки объективной стороны деяния, например совершение действий, направленных на объяснение (мотивировку) невозвращения присвоенного или растраченною ранее имущества. Это может быть умышленное запутывание отчетной документации, составление заведомо ложных документов, ложное сообщение о якобы имевших место краже, грабеже или разбое и т.д. Нередко эти действия планируются заранее, еще до обращения имущества в пользу виновного или иных лиц.
Кроме того, при присвоении или растрате чужого имущества, вверенного виновному, умысел может быть как внезапно возникшим, так и, чаще всего, заблаговременно обдуманным. Иными словами, виновный еще на стадии приготовления к преступлению обдумывает и сам факт совершения хищения посредством одной из анализируемых форм, и способ, место, время, а также мотивировку причины пропажи либо невозвращения имущества и т.д.
При растрате вверенного имущества виновный нередко не задумывается о фактическом характере своих действий, направленных на отчуждение вверенного имущества, рассчитывая на то, что впоследствии сможет скрыть недостачу либо объяснить его пропажу. Часто растрата вверенного имущества происходит на протяжении относительно длительного периода времени, и виновный может даже не помнить об отдельных фактах реализации, дарения либо потребления этого имущества.
Безусловно, виновный, совершивший такое преступление, как присвоение или растрата, должен осознавать, что именно данное имущество ему вверено (договор, контракт, должностная инструкция и т.д.). Кроме того, он должен осознавать также и все квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки данного преступления. Это особенно важно в случае совершения преступления группой лиц по предварительному сговору и организованной группой. При этом каждый из виновных должен в обязательном порядке осознавать, что присвоение или растрата осуществляются двумя или более лицами, действия одного взаимно дополняют действия другого и все они стремятся к наступлению единого для всех преступного результата.
Помимо умышленной формы вины в виде прямого умысла, субъективная сторона данного состава преступления характеризуется корыстной целью. То есть цель, будучи факультативным (необязательным) признаком субъективной стороны состава преступления, в данной ситуации выступает в роли обязательного признака хищения.
Аксиоматичным является тезис, что всякое сознательное поведение нормального человека является мотивированным и целенаправленным, в том числе умышленные преступления, к числу которых относятся и присвоение и растрата чужого имущества, вверенного виновному. Мотив и цель любого преступления тесно связаны с виной. Они не входят при этом в ее содержание и потому имеют факультативное значение для субъективной стороны.
Под целью преступления в уголовном праве традиционно понимается идеальная (мысленная) модель будущего желаемого результата, к достижению которого стремится правонарушитель посредством совершения преступления. В одних преступных деяниях (в первую очередь в хищениях) цель придает им уголовную наказуемость, в других - обосновывает усиление уголовной ответственности за то деяние, которое и без этой цели признается законодателем преступным и наказуемым. В третьих случаях цель преступных действий может быть обстоятельством, смягчающим либо отягчающим наказание, например совершение преступления с целью скрыть или облегчить свою участь за ранее совершенное преступное деяние.
В уголовно-правовом смысле о корысти можно говорить как о мотивационной деятельности человека, а также о ее целевом направлении. В основе данной мотивации человека лежат материальные потребности (стремление получить деньги, ценности, имущество и т.д.) либо стремление избежать каких-либо материальных затрат (долг, возвращение вещи и др.).
Цель совершения преступного деяния существенно отличается от его мотива, являясь своеобразным предвосхищением в сознании виновного результата (мысленная модель), на достижение которого направлена его деятельная активность. Цель показывает, для чего виновный действует именно таким образом, к чему он стремится. Цель и мотив являются близкими, но не тождественными понятиями. Мотив в отличие от цели - это побуждения, обусловленные определенными потребностями личности. Мотив отвечает на вопрос, почему виновный действует именно таким образом, что его побуждает к достижению намеченного. Мотив появляется прежде, чем возникает определенная цель совершения преступления; ему же в свою очередь предшествуют определенные потребности <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Эриашвили Н.Д. Субъективные признаки присвоения и растраты // Закон и право. 2002. № 11. С. 32 - 34.

Мотив, как и цель, может быть корыстным. Корыстная мотивация действий виновного также может быть признаком основного (ст. 285 УК РФ) либо квалифицированного (п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ) состава преступления.
В этом отношении показательно дело в отношении Ш., осужденного Ленинским судом г. Курска по п. "в" ч. 2 ст. 160 УК РФ. Ш. был признан виновным и осужден за присвоение, т.е. хищение чужого имущества, вверенного ему, с использованием служебного положения. Работая экспедитором в столовой и являясь материально-ответственным лицом, он должен был получить 10 т муки в ООО "Сибирь" и реализовать ее с прибылью в размере 10%. Получив муку, Ш. повез ее в г. Смоленск, где, по словам его знакомого, ее можно было удачно реализовать. Однако цены на муку в Смоленске оказались такими же, как и в Курске, поэтому мука была реализована без прибыли. Из вырученных денег часть Ш. отдал водителю в качестве платы за работу, а на другую часть в Москве он приобрел продукты питания с намерением выгодно реализовать товар.
В Курске Ш. обо всем сообщил директору столовой Т., которая принять продукты отказалась и настаивала на получении суммы, эквивалентной стоимости муки с 10%-й прибылью.
Курским областным судом был удовлетворен протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ и прекращено уголовное дело в отношении Ш. в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР за отсутствием в его действиях признаков состава преступления по причине недоказанности умысла на хищение имущества, вверенного виновному <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. № 1. С. 19.

Корыстная цель предполагает стремление виновного распорядиться похищенным как своим, например, обратить в свою собственность, подарить, уничтожить и т.д. Если лицо, даже и незаконно завладевшее чужим имуществом, не стремится распорядиться им как своим, в его действиях отсутствует такой состав преступления, как хищение.
Корыстная цель, таким образом, представляет собой субъективный критерий для отграничения хищения от ряда других преступлений, например, от злоупотребления полномочиями, злоупотребления должностными полномочиями, уничтожения или повреждения имущества, самоуправства, хулиганства и др. Хищение, в том числе путем присвоения и растраты, может быть совершено только с корыстной целью, в противном случае это не может быть хищением.
Определение момента окончания присвоения и растраты, связанное с наличием реальной возможности пользоваться либо распоряжаться похищенным, вносит неопределенность в разрешение конкретных уголовных дел, ибо законодатель не разработал четких критериев для выявления этого момента. Поэтому целесообразно при решении данного вопроса исходить из объективных признаков преступной деятельности, то есть хищение имущества, вверенного виновному, следует считать оконченным с момента противоправного изъятия чужого имущества, с момента потери собственником контроля над ним, так как именно с этого времени наносится ущерб преступным деянием, а признание лица субъектом на более раннем этапе совершения преступления будет одним из способов усиления защиты собственности от посягательств <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Яни П.С. Мошенничество и иные преступления против собственности: уголовная ответственность. М.: ЗАО Бизнес-школа "Интел-Синтез", 2002. С. 124 - 127.

С введением новым Уголовным кодексом Российской Федерации уголовной ответственности за присвоение имущества, принадлежащего отдельным гражданам, потерпевший может вверить свое имущество частным лицам, не являющимся работниками какой-либо организации, с наделением их определенными правомочиями по распоряжению, управлению, доставке или хранению имущества. Такие правомочия в том или ином объеме могут быть переданы гражданином - собственником имущества другим гражданам на основании гражданско-правовых договоров подряда, аренды, комиссии, проката и аренды транспортных средств, в том числе и с предоставлением услуг по управлению и технической эксплуатации и т.д., в соответствии со статьями 626 - 641 ГК РФ. Понятно, что частные лица, получившие определенные правомочия от собственника по гражданско-правовому договору, могут преступно злоупотребить ими и присвоить переданные им в целях реализации договорных прав и обязательств сторон имущественные ценности или денежные суммы.
Законодатель изменил диспозиции ч. 2 и ч. 3 ст. 160 УК РФ.
Квалифицированным признаком присвоения или растраты по ч. 2 ст. 160 УК РФ являются:
а) совершение деяния группой лиц;
б) совершение деяния с причинением значительного ущерба, который в силу примечания 2 к ст. 158 УК РФ не может быть менее 2500 рублей.
Хищения, совершаемые должностными лицами, обладают повышенной общественной опасностью, поэтому хищение с использованием служебного, в том числе должностного, положения законодатель рассматривает в качестве квалифицирующего признака присвоения или растраты. Таким образом, субъектом преступления по ч. 3 ст. 160 УК РФ являются все служащие государственных и негосударственных организаций, в том числе должностные лица и лица, выполняющие управленческие функции в коммерческих и иных организациях. По ч. 3 ст. 160 УК РФ квалифицируется и деяние, совершенное в крупном размере (более 250 тыс. руб. - примечание 4 к ст. 158 УК РФ).
Изъятие вверенного виновному имущества путем замены его на менее ценное, совершенное с целью присвоения или обращения в пользу третьих лиц, квалифицируется по статье 160 УК РФ. Присвоение и растрату необходимо отграничивать от смежных деяний. Прежде всего присвоение и растрату следует отличать от временного заимствования, при котором лицо пользуется вверенными ему материальными ценностями или деньгами, намереваясь в дальнейшем вернуть данное имущество собственнику либо возместить его стоимость. Например, продавец в магазине, где работает, берет продукты или товары, рассчитывая внести сумму после получения заработной платы, кассир берет своеобразную ссуду из кассы, намереваясь постепенно возвратить деньги, и т.п.
Присвоение или растрату чужого имущества следует отличать от кражи. Основным разграничительным признаком указанных форм хищения является то, что при присвоении или растрате имущество вверено виновному. При краже субъектом выступает лицо, которое не имеет никаких полномочий относительно похищаемого имущества. При краже нарушаются три, а во время присвоения имущества - два правомочия собственника: а) пользование имуществом; б) распоряжение имуществом.
Что же касается владения, то виновный использует это правомочие на законных основаниях, поскольку данное имущество ему было вверено. Например, мастер, осуществляющий ремонт аппаратуры, присваивает ее, кассир, бухгалтер, кладовщик, экспедитор присваивают государственные, кооперативные и иные деньги или материальные ценности.
Отграничение данного состава от мошенничества представляет определенную сложность ввиду того, что как при мошенничестве, так и при присвоении или растрате собственник сам добровольно передает преступнику свое имущество. И в том и в другом случаях виновный совершает хищение, злоупотребляя доверием собственника либо законного владельца. Разграничение можно провести по следующим критериям:
А) При мошенничестве имущество передается под влиянием обмана или злоупотребления доверием. При присвоении или растрате - на законных основаниях.
Б) При мошенничестве передача имущества носит законный характер только внешне, на самом деле сделка ничтожна. При присвоении или растрате сделка носит законный характер как по форме, так и по содержанию.
В) Различаются полномочия, которые передаются виновному лицу. При мошенничестве имущество может передаваться в собственность. При присвоении или растрате передача собственности или права собственности на имущество виновному лицу невозможна, ему передаются только отдельные правомочия права собственности.
Г) При мошенничестве умысел виновного на завладение переданным имуществом возникает до передачи имущества. При присвоении или растрате умысел возникает в тот момент, когда имущество находится у виновного на законных основаниях.
Присвоение или растрату, совершенные лицами с использованием своего служебного положения, необходимо отличать от злоупотребления должностными полномочиями (статья 285 УК РФ) и от злоупотребления полномочиями лицом, осуществляющим управленческие функции в коммерческих и иных организациях (статья 201 УК РФ). При злоупотреблении субъект не всегда руководствуется корыстными мотивами, он может использовать свое служебное положение из иной личной заинтересованности (карьеризм, родственные отношения и т.д.). Хищение совершается только с корыстной целью. Поэтому, если по делу будет установлено, что лицо действовало не из корыстных побуждений, применению подлежат статья 285 или статья 201 УК РФ. При корыстных мотивах разграничение проводится по признакам объективной стороны. Хищение выражается в изъятии имущества из фондов собственника. При злоупотреблении действия виновного не связаны с изъятием вверенного им имущества в свою пользу или пользу других лиц. Материальный ущерб в данном случае может выражаться как в упущенной выгоде, так и в прямом реальном ущербе без обращения имущества в свою пользу (расходование денег на устройство банкетов, приемов и т.п.).
Не является субъектом изучаемых деяний должник, взявший у кого-либо взаймы определенную сумму денег, ибо их собственник никакими правомочиями в договоре займа другую сторону не наделяет, кроме обязанности вернуть долг в обусловленное сделкой время. Вместе с тем, если будет доказано, что гражданин, беря в долг деньги, с самого начала имел намерение не возвращать их собственнику, а растратить на себя, он совершает мошенничество.
Особо квалифицированный состав присвоения и растраты (ч. 4 ст. 160 УК РФ) предусматривает ответственность за деяния, если они совершены:
а) организованной группой;
б) в особо крупном размере (один миллион рублей - примечание 4 к ст. 158 УК РФ).

Статья 161. Грабеж

Комментарий к статье 161

Законодатель, видоизменивший Федеральными законами от 31 октября 2002 г. № 133-ФЗ и от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ основные признаки кражи как хищения, так или иначе изменил и основные критерии в понятиях грабеж и разбой. В этом смысле и основные положения Постановления Пленума ВС РФ "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" от 27 декабря 2002 года № 29 (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 29) привнесли много разъяснений по вопросам грабежа и разбоя, что и будет исследовано далее в комментариях к ст. ст. 161 и 162 УК РФ.
Грабеж представляет собой открытое хищение чужого имущества. В Постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" от 22 марта 1966 г. в редакции Постановления Пленума от 21 декабря 1993 г. дается разъяснение, что открытым хищением является такое хищение, которое совершается в присутствии потерпевшего, лиц, в ведении или под охраной которых находится имущество, либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее хищение, сознает, что присутствующие при этом лица понимают характер его действий, но игнорирует данное обстоятельство. Таким образом, при грабеже виновный изымает чужое имущество на виду у других лиц, но сознательно пренебрегает этим, проявляя изворотливость и дерзость. Следует также отметить, что посторонними лицами, в присутствии которых совершается хищение, следует считать тех, кто сознавал характер преступных действий виновного и мог помешать осуществлению преступного умысла.
Новое Постановление Пленума ВС РФ № 29 также разъясняет, что открытым хищением чужого имущества, предусмотренным статьей 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий, независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.
В п. 4 Постановления Пленума ВС РФ сказано, что, если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не сознает противоправность этих действий либо является близким родственником виновного, который рассчитывает в связи с этим на то, что в ходе изъятия имущества он не встретит противодействия со стороны указанного лица, содеянное следует квалифицировать как кражу чужого имущества. Если перечисленные лица принимали меры к пресечению хищения чужого имущества (например, требовали прекратить эти противоправные действия), то ответственность виновного за содеянное наступает за грабеж.
Если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия - как разбой (ст. 162 УК).
Типичным и наиболее распространенным видом грабежа является "рывок", резкое движение всем телом и руками, обескураживающее потерпевшего своей неожиданностью и внезапностью. Рассматриваемое деяние посягает на один родовой, один видовой и один непосредственный объект. Родовым объектом являются общественные отношения в сфере экономики, видовым - собственность. В качестве непосредственного объекта выступает тот вид собственности, в котором находится похищаемое имущество.
Предметом грабежа является чужое имущество. Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 25 апреля 1995 года "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности" дает определение чужого имущества как имущества, не находящегося в собственности или в законном владении виновного <*>. Если предмет грабежа находится в обычном гражданском обороте, то преступление будет квалифицировано по ст. 161 УК РФ.
   --------------------------------

<*> Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 7. С. 7.

Пленум ВС РФ в Постановлении № 29 указал, что не образует состава грабежа завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования (п. 7).
Если во время грабежа похищают предметы, имеющие особую ценность, свойства и качества которых определяются не стоимостным выражением, а индивидуальными качествами культурных ценностей, раритетностью, редкостью, а порой неповторимостью (в Законе РФ "О вывозе и ввозе культурных ценностей" от 15 апреля 1993 года, а также Законе РФ "О музейном фонде РФ и музеях в РФ" от 26 мая 1996 года речь идет о культурных ценностях как родовом понятии), тогда квалифицировать данное деяние необходимо по ст. 164 УК РФ.
Если во время грабежа похищают радиоактивные материалы (это понятие дает Закон РФ "Об использовании атомной энергии" от 21 ноября 1995 года (см.: СЗ РФ. 1995. № 48. Ст. 4552)), тогда деяние надлежит квалифицировать по ст. 221 УК РФ.
Если во время грабежа похищают оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства, содеянное квалифицируется по ст. 226 УК РФ. В этих двух случаях объекты грабежа изменяются. Родовым объектом становится общественная безопасность и общественный порядок, видовым - общественная безопасность, а непосредственными - безопасный оборот радиоактивных веществ или оружия (основной объект) и тот вид собственности, в котором находятся радиоактивные вещества, оружие, боеприпасы и др. (дополнительный объект).
Если во время грабежа похищают наркотические средства или психотропные вещества, тогда квалифицировать данное деяние необходимо по ст. 229 УК РФ. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 года в редакции Постановления Пленума Верховного Суда от 21 декабря 1993 года дает разъяснение вопросов ответственности за хищение указанных предметов. В этом случае, как и в двух предыдущих, также меняются объекты преступления. Так, родовым становится общественная безопасность и общественный порядок, видовым - здоровье населения и общественная нравственность, непосредственными - здоровье населения (основной объект) и тот вид собственности, в котором находятся психотропные вещества и наркотические средства (дополнительный объект).
В тех случаях, когда виновным похищаются документы, которые имеют не материальную, а иную ценность (например, удостоверение личности, паспорт, диплом, свидетельство о браке и т.п.), квалификация происходит по соответствующей части ст. 325 УК РФ.
Большое значение для правильной квалификации действий виновного при грабеже имеет вопрос о правовом статусе похищаемого имущества, его принадлежности к различным формам собственности. Например, государственное, муниципальное, частное или иное имущество может быть похищено у отдельных лиц, если оно было им вверено для определенных целей (перевозки, ремонта и т.п.). Точное установление, каким имуществом хотел завладеть преступник, позволяет правильно решить вопрос о правильной квалификации содеянного и возмещении ущерба. Имущество как предмет преступного посягательства при грабеже должно быть чужим по отношению к похитителю. Чужое имущество как предмет грабежа - это имущество, не принадлежащее виновному, причем он не имеет ни действительного, ни предполагаемого права на распоряжение этим имуществом как своим собственным.
Это не означает, что имущество в момент его хищения обязательно должно находиться у его собственника. Оно может быть во временном владении, ведении или под охраной другого лица. Хищение находящегося у отдельных лиц государственного, муниципального, частного и др. имущества должно рассматриваться как посягательство на соответствующий вид собственности. Одного факта присутствия кого бы то ни было недостаточно для наличия в преступлении состава грабежа. Так, например, не будет грабежом хищение имущества в присутствии других лиц из вагона железной дороги, из палатки, где продаются товары, когда похититель делает вид, что выполняет служебные обязанности или берет имущество по поручению собственника или владельца. Не будет грабежа и тогда, когда присутствующие видят и сознают, что совершается хищение, но виновный убежден, что его действия остаются незамеченными. Другими словами, открытый характер хищения при грабеже должен сознаваться и виновным, и потерпевшим или присутствующими. Во всех вышеуказанных случаях в содеянном содержатся признаки не грабежа, а кражи.
Объективная сторона грабежа предусматривает деяние в форме действия - открытого хищения, совершенного против воли граждан. Объективная сторона грабежа сформулирована законодателем как материальный состав преступления, то есть состоит из общественно опасного действия и наступившего преступного результата, а также причинной связи между ними. Это обязательные признаки рассматриваемого состава преступления.
Характерной особенностью объективной стороны состава грабежа как формы хищения является способ его совершения. В соответствии со смыслом закона, грабежом признается и такое хищение чужого имущества, которое совершается не только в присутствии собственника или других лиц, ведающих, распоряжающихся, пользующихся имуществом, но и в присутствии третьих лиц, посторонних по отношению к изымаемому имуществу, за исключением, конечно, соучастников преступника, укрывателей или лиц, обещавших не донести о преступлении.
При открытом хищении потерпевший, как правило, сознает, что у него изымается принадлежащее ему имущество. Наличие такого сознания у потерпевшего вызывает у него желание воспрепятствовать хищению. Попытка воспрепятствовать, в свою очередь, вызывает применение похитителем насилия над обладателем имущества для того, чтобы изъять последнее. Сказанное в известной степени относится не только к потерпевшим, но и к третьим лицам, которые наблюдают и осознают факт хищения.
Открытость хищения чужого имущества определяют три основных момента: 1) хищение всегда совершается в присутствии потерпевшего или третьих лиц, посторонних по отношению к изымаемому имуществу; 2) преступник сознает, что он действует открыто, с незаконным проникновением в жилище, т.е. он понимает, что вся ситуация совершения преступления дает возможность потерпевшему или третьим лицам не только осознать противоправный характер его действий, но и воспрепятствовать хищению имущества, даже задержать его, однако игнорирует это; 3) потерпевший или третьи лица, посторонние по отношению к изымаемому имуществу и не являющиеся соучастниками преступника, укрывателями или лицами, обещавшими не донести о преступлении, осознают, что имущество похищается.
Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что для квалификации хищения как грабежа вовсе не обязательно наличие одновременно всех указанных моментов. Первые два признака являются главными, решающими, третий же играет вспомогательную роль и в ряде случаев может вообще отсутствовать.
Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" грабеж признается оконченным с момента завладения имуществом. В Постановлении Пленума Верховного Суда СССР "О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности" от 5 сентября 1986 г. в редакции от 30 ноября 1990 г. вносится уточнение по вопросу о моменте окончания грабежа: данное преступление считается оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность пользоваться или распоряжаться им по своему усмотрению. Эту позицию Пленум ВС РФ в Постановлении № 29 не изменил.
Если виновный задумал совершить тайное хищение чужого имущества, но, будучи застигнутым потерпевшим или посторонними лицами, осознавшими факт хищения, продолжал реализовывать преступное намерение, то при условии полного завладения имуществом речь может идти о перерастании кражи в грабеж. Действия же лица, пытавшегося совершить хищение тайно, но застигнутого на месте преступления и ради спасения от преследования бросившего похищенное, не могут квалифицироваться как грабеж.
В тех случаях, когда незаконное изъятие имущества совершено при хулиганстве, изнасиловании или других преступных действиях, необходимо устанавливать, с какой целью лицо изъяло это имущество.
Если лицо преследовало корыстную цель, содеянное им в зависимости от способа завладения имуществом должно квалифицироваться по совокупности как соответствующее преступление против собственности и хулиганство, изнасилование или иное преступление (абзацы 2 и 3 пункта 7 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
Если организатор, подстрекатель или пособник непосредственно не участвовали в совершении хищения чужого имущества, содеянное исполнителем преступления не может квалифицироваться как совершенное группой лиц по предварительному сговору. В этих случаях в силу части третьей статьи 34 УК РФ действия организатора, подстрекателя или пособника следует квалифицировать со ссылкой на статью 33 УК РФ.
Пленум ВС РФ указывает, что при квалификации действий виновных как совершение хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору суду следует выяснять, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества, состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления. В приговоре надлежит оценить доказательства в отношении каждого исполнителя совершенного преступления и других соучастников (организаторов, подстрекателей, пособников) (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
Исходя из смысла части второй статьи 35 УК РФ, уголовная ответственность за кражу, грабеж или разбой, совершенные группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу части второй статьи 34 УК РФ не требует дополнительной квалификации по статье 33 УК РФ.
Действия лица, непосредственно не участвовавшего в хищении чужого имущества, но содействовавшего совершению этого преступления советами, указаниями либо заранее обещавшего скрыть следы преступления, устранить препятствия, не связанные с оказанием помощи непосредственным исполнителям преступления, сбыть похищенное и т.п., надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном в форме пособничества со ссылкой на часть пятую статьи 33 УК РФ.
При квалификации действий двух и более лиц, похитивших чужое имущество путем кражи, грабежа или разбоя группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, судам следует иметь в виду, что в случаях, когда лицо, не состоявшее в сговоре, в ходе совершения преступления другими лицами приняло участие в его совершении, такое лицо должно нести уголовную ответственность лишь за конкретные действия, совершенные им лично (п. 11 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
Субъект грабежа общий. Им является лицо, совершившее данное деяние и способное нести за него уголовную ответственность. Система обязательных признаков, характеризующих субъект грабежа, образует соответствующий элемент состава преступления. Таких признаков, характеризующих лицо как общий субъект преступления, три: а) физическое лицо; б) вменяемое лицо; в) лицо, достигшее возраста уголовной ответственности за грабеж.
Согласно ст. 20 УК РФ возраст, с которого наступает уголовная ответственность за совершение грабежей, установлен с 14 лет. Таким образом, речь идет об общем субъекте - физическом лице, вменяемом, достигшем возраста 14 лет.
Субъективная сторона грабежа. Грабеж является таким умышленным преступлением, при совершении которого вина преступника выражается только в виде прямого умысла, направленного на завладение чужим имуществом с корыстной целью. Совершая грабеж, виновный сознает общественно опасный характер своих действий, направленных на открытое хищение чужого имущества, предвидит общественно опасные последствия этих действий в виде нанесения ущерба собственнику или иному лицу и желает наступления такого ущерба. В этом проявляется единство сознания и воли виновного, являющееся необходимым условием наличия субъективной стороны грабежа.
В частях 2 и 3 ст. 161 УК РФ речь идет о квалифицированных составах грабежа. В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. под хищением, совершенным по предварительному сговору группой лиц (п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ), предлагалось понимать такое хищение, в котором участвовали два или более лица, заранее договорившиеся о совместном его совершении. Все участники должны обладать признаками субъекта этого преступления, т.е. быть вменяемыми и достигнуть 14-летнего возраста. Все участники группового грабежа по предварительному сговору выступают в качестве соисполнителей. Соисполнитель - и тот, кто взламывает дверь, и тот, кто шарит по шкафам, отыскивая ценные вещи, и тот, кто выносит вещи из квартиры, и тот, кто транспортирует похищенное, ибо все они по частям выполняют объективную сторону кражи. Способ совершения преступления, говорится в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. "О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности", - важный признак объективной стороны преступления. Поэтому действия преступников, непосредственно на месте обеспечивающих изъятие имущества, входят в объективную сторону грабежа (см. также комментарий к п. "а" ч. 2 ст. 158 УК).
Лица, систематически скупающие у непосредственных похитителей награбленное, являются соучастниками грабежа, но, поскольку они не могут считаться соисполнителями, их действия квалифицируются по ст. 34 и соответствующей части ст. 161 УК РФ.
От хищения, совершенного неоднократно, следует отличать продолжаемое хищение, состоящее из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление.
Однако в случаях, когда лицо совершило несколько хищений чужого имущества в различных формах (например, кража и грабеж) либо совершило несколько краж, грабежей или разбоев, квалифицируемых соответственно различными частями статей 158, 161 или 162 УК РФ, за которые лицо не осуждалось, содеянное образует совокупность указанных преступлений. При этом второй и последующие по времени эпизоды преступлений квалифицируются и по признаку "неоднократно".
В случае совершения кражи, грабежа или разбоя при отягчающих обстоятельствах, предусмотренных несколькими частями статей 158, 161 или 162 УК РФ, действия виновного при отсутствии реальной совокупности преступлений подлежат квалификации лишь по той части указанных статей Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой предусмотрено более строгое наказание. При этом в описательной части приговора должны быть приведены все квалифицирующие признаки деяния.
Квалифицирующий признак "грабеж с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище" (п. "в" ч. 2 ст. 161 УК РФ) появился в уголовном законодательстве в 1982 г. Пленумы Верховных Судов СССР и РСФСР неоднократно раскрывали содержание понятий "проникновение", "жилище", "помещение" и "иное хранилище".
Жилище - это строение или помещение в нем, предназначенное для постоянного или временного проживания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице или общежитии, дача, садовый домик и т.д.). Пленум Верховного Суда СССР в вышеупомянутом Постановлении от 5 сентября 1986 г. предложил судам считать жилищем также составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балконы, застекленные веранды, кладовые и т.п.).
О жилище см. также комментарий к примечанию к ст. 139 УК РФ, а о понятии "помещение либо иное хранилище" - комментарий к п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.
Верховный Суд РСФСР в опубликованном обзоре судебной практики по делам о хищениях обратил внимание на то, что действия лиц, совершающих грабежи имущества граждан, занятых на строительстве железных дорог, ЛЭП, участников геологических и изыскательских партий, охотничьих промыслов, проживающих в вагончиках, сборных домах, палатках и других помещениях, в которых находится их имущество, следует квалифицировать как хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище. Однако к жилищу нельзя относить любое место временного нахождения людей, не предназначенное для проживания (например, купе поезда, каюту теплохода, кабину и кузов грузовика, салон легкового автомобиля, больничную палату, шалаш, сеновал и аналогичные места, где люди остановились на ночлег, для принятия пищи и т.д.). Вместе с тем грабеж из каюты, служащей временным жилищем для команды теплохода, может квалифицироваться как грабеж, совершенный с проникновением в жилище.
Помещение - это строение, сооружение, предназначенное для размещения людей или материальных ценностей. Оно может быть как постоянным, так и временным, как стационарным, так и передвижным. К помещениям могут быть отнесены любые сооружения (склады, кладовые, зернохранилища, гаражи и т.п.), предназначенные для складирования либо хранения материальных ценностей, а также любые сооружения иного значения, в которых постоянно или временно находятся материальные ценности, необходимые для работы расположенных в них организаций. К помещениям следует относить не только специально охраняемые объекты, но и помещения или отдельные этажи или комнаты, куда вообще нет доступа посторонним либо вход в них невозможен без пропуска или согласия соответствующих должностных лиц, отвечающих за режим предприятия или учреждения.
Под "иным хранилищем" понимаются отведенные для постоянного или временного хранения материальных ценностей участки территории, которые оборудованы оградой либо техническими средствами или обеспечены иной охраной, передвижные автолавки, рефрижераторы, контейнеры, сейфы и тому подобные хранилища. Следует учитывать, что не вся охраняемая территория предприятия является иным хранилищем, а, как разъяснил Верховный Суд РФ, лишь специально отведенная для целей хранения материальных ценностей.
Участки территории (акватории), предназначенные не для хранения, а для выращивания какой-либо продукции (сады, огороды, бахчи, выпасы для скота и т.п.), не могут рассматриваться в качестве "иных хранилищ", даже если находятся под охраной. Неогражденная и неохраняемая площадка также не может быть признана хранилищем. Не может рассматриваться как грабеж, совершенный с проникновением в "иное помещение", грабеж материальных ценностей с открытой платформы товарного вагона. Вместе с тем Верховный Суд Российской Федерации обоснованно признал в действиях лиц, сорвавших навесной замок с дверцы автофургона и похитивших ящик с водкой, признаки грабежа с проникновением в иное хранилище.
Если термины "жилище", "помещение", "иное хранилище" раскрывают содержание места, откуда совершено хищение, то термин "незаконное проникновение" отвечает на вопрос о способе совершения хищения. Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 26 апреля 1984 г. разъяснил, что "проникновение" - это тайное или открытое вторжение в помещение, иное хранилище или жилище с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. Оно может совершаться как с преодолением препятствий или сопротивления людей, так и без этого. Проникновение может быть осуществлено также с помощью приспособлений, когда виновный извлекает похищаемые предметы без входа в соответствующее помещение. Проникновение в помещение, жилище или иное хранилище с целью хищения имущества осуществляется вопреки воле и желанию потерпевшего или лиц, под охраной которых находится имущество. Оно может быть достигнуто и обманным путем, когда виновный выдает себя за представителя жилищных органов, органов милиции, курьера, инспектора соцстраха и т.д.
Судебной практике известны случаи, когда лицо, работающее в учреждении, на предприятии, в коммерческой структуре, проникает в помещение, когда рабочий день уже окончен, предъявляя соответствующее удостоверение, дающее право для прохода на территорию данного объекта, и совершает хищение. Представляется, что подобные деяния надлежит квалифицировать по п. "в" ч. 2 ст. 161 УК РФ.
Хищение с проникновением в помещение, жилище или иное хранилище будет иметь место и тогда, когда виновный использует какие-либо приспособления для изъятия чужого имущества с места его хранения. Так, например, П. пришел на территорию склада, на виду у рабочих выставил стекло из рамы окна склада и через проем при помощи металлического крючка достал ящик с 20 бутылками водки. Судебная коллегия Верховного Суда РСФСР с полным основанием усмотрела в содеянном П. грабеж с проникновением в помещение.
В тех случаях, когда виновный правомерно оказался в жилище потерпевшего, а умысел на грабеж возник уже во время нахождения в жилище, в содеянном отсутствует признак проникновения в жилище. Верховный Суд РФ в одном из определений судебной коллегии по уголовным делам специально обратил на это внимание. Если грабеж совершен из жилого помещения, в котором виновный пребывал без намерения его совершить, то он не считается грабежом с проникновением в жилище. В тех случаях, когда виновный имел свободный доступ в жилое помещение либо вошел туда на законных основаниях как гость, слесарь, электромонтер, маляр и т.д., совершение им грабежа не дает основания для квалификации его действий как грабежа, совершенного с проникновением в жилище.
Данный квалифицирующий признак грабежа будет иметь место только при наличии всех компонентов, образующих понятие "грабеж с проникновением в жилище, помещение или иное хранилище". Так, например, грабеж вещей с подоконника открытого окна без вторжения в жилое помещение не образует состава преступления, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 161 УК РФ. И наоборот, грабеж с домашнего балкона на третьем этаже с помощью кошки, спущенной на шлейке с балкона шестого этажа, когтями вцепившейся в висящую для просушки кофточку и "благополучно" доставившей ее похитителю, на глазах у хозяев образует грабеж с проникновением в жилище.
Если лицо, совершая кражу, грабеж или разбой, незаконно проникло в жилище, помещение либо иное хранилище путем взлома дверей, замков, решеток и т.п., содеянное им надлежит квалифицировать по соответствующим пунктам и частям статей 158, 161 или 162 УК РФ и дополнительной квалификации по статье 167 УК РФ не требуется, поскольку умышленное уничтожение указанного имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения хищения при отягчающих обстоятельствах.
Если в ходе совершения кражи, грабежа или разбоя было умышленно уничтожено или повреждено имущество потерпевшего, не являвшееся предметом хищения (например, мебель, бытовая техника и другие вещи), содеянное следует, при наличии к тому оснований, дополнительно квалифицировать по статье 167 УК РФ (см. п. 20 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
Пунктом "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ предусмотрена ответственность за грабеж с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшего. Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. под насилием, не опасным для жизни и здоровья, следует понимать побои и иные насильственные действия, причинившие потерпевшему физическую боль либо связанные с ограничением его свободы. Важно, чтобы указанные действия не повлекли причинения вреда здоровью потерпевшего и не создавали опасности для его жизни и здоровья. Если насилие, примененное к потерпевшему, не было соединено с опасностью для его жизни и здоровья, то содеянное следует рассматривать как грабеж, а не разбой. Одним из способов насильственного грабежа считается приведение потерпевшего в беспомощное состояние путем введения в его организм различных одурманивающих веществ, не представляющих опасности для его жизни и здоровья, с целью завладения его имуществом. Свойства и характер действия веществ, примененных при совершении указанных преступлений, могут быть установлены с помощью соответствующего специалиста или экспертным путем. Угроза применения насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшего, также является способом совершения этого преступления. Угроза при грабеже - это психическое воздействие на потерпевшего с целью завладения его имуществом. Угроза должна быть реальной и заключать в себе опасность для потерпевшего подвергнуться физическому насилию в виде побоев, ограничения свободы. Угроза может быть выражена словами, жестами, мимикой, демонстрацией каких-либо предметов. Если же сама обстановка, реальность исполнения угрозы давали основание потерпевшему полагать, что к нему будет применено физическое насилие, опасное для жизни и здоровья, содеянное следует квалифицировать как разбой.
В п. 21 Постановления Пленума ВС РФ № 29 сказано, что под насилием, не опасным для жизни и здоровья (пункт "г" части 2 ст. 161 УК РФ), следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.).
Вопрос о характере насилия, которое намеревался применить виновный к потерпевшему, должен решаться в зависимости от направленности умысла виновного и восприятия характера угрозы самим потерпевшим.
Следующим квалифицирующим признаком грабежа является совершение этого преступления с причинением ущерба потерпевшему в крупном размере (п. "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ). Это стоимость имущества, превышающая 250 тысяч рублей (примечание 4 к ст. 158 УК РФ).
Грабеж, совершенный организованной группой (п. "а" ч. 3 ст. 161 УК РФ), подразумевает особо квалифицированный состав грабежа. Понятие организованной группы раскрывается в ч. 3 ст. 35 УК РФ (см. комментарий к ч. 3 ст. 35 УК и к пункту "а" ч. 4 ст. 158 УК).
Организованная группа применительно к хищениям характеризуется, как правило, высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между участниками и т.п. Организованная группа отличается от группы лиц с предварительным сговором прежде всего тем, что в простой группе все участники выступают в качестве соисполнителей и выполняют отдельные действия, образующие объективную сторону грабежа. Что же касается организованной группы, то в ней имеет место определенное распределение ролей между участниками. Они могут не только выполнять объективную сторону грабежа, но и создавать условия, назначать подходящее время для совершения грабежа, выбирать объекты посягательства, осуществлять транспортировку похищенного. Организованная группа носит устойчивый характер, проявляющийся в продолжительности деятельности и многоэпизодности ее.
Размер грабежа, совершенного в особо крупном размере, - 1 млн. рублей (примечание 4 к ст. 158 УК РФ).

Статья 162. Разбой

Комментарий к статье 162

Разбой - это всегда двухобъектное преступление, ибо оно одновременно посягает как на отношение собственности, так и на здоровье человека.
Разбой является также наиболее опасной формой хищения. Его опасность как посягательства на собственность заключается главным образом в способе посягательства - в нападении, соединенном с реальным применением насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего, или с угрозой применения такого насилия.
Объективную сторону диспозиции ст. 162 УК условно можно "расчленить" на следующие конструктивные элементы:
1) нападение;
2) нападение с целью похищения чужого имущества;
3) нападение, соединенное с насилием, опасным для жизни и здоровья человека;
4) нападение с угрозой применения такого насилия.
Под нападением понимается открытое либо внезапное скрытое, а потому неожиданное агрессивно-насильственное воздействие на собственника, иного владельца имущества либо на другое лицо, которое может помешать завладению чужим имуществом. Нападение может носить замаскированный характер (например, удар в спину), а также выражаться в явном или тайном воздействии на потерпевшего нервно-паралитическим, токсическим или одурманивающим веществом. Практика признает нападением воздействие на потерпевшего подмешанными в алкоголь одурманивающими веществами, даже если тот добровольно употребил опасную для жизни или здоровья смесь (см.: Постановление Пленума ВС РСФСР "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" в ред. от 21 декабря 1993 г.).
Насилие при разбое представляет столь высокую опасность, что это преступление признается оконченным с момента применения насилия, когда насилие предшествует (наиболее типичная ситуация) изъятию имущества. Это непосредственно вытекает из формулировки закона "нападение с целью хищения". Во всем остальном данное преступление соответствует общим признакам хищения. Верховный Суд РФ в своем Постановлении № 29 дал много разъяснений относительно понятия "насилия" и его правильного применения. Так, под насилием, опасным для жизни или здоровья, следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.
По части первой статьи 162 УК РФ следует квалифицировать нападение с целью завладения имуществом, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья.
Применение насилия при разбойном нападении, в результате которого потерпевшему умышленно причинен легкий или средней тяжести вред здоровью, охватывается составом разбоя и дополнительной квалификации по статьям 115 или 112 УК РФ не требует. В этих случаях содеянное квалифицируется по части первой статьи 162 УК РФ, если отсутствуют отягчающие обстоятельства, предусмотренные частью второй или третьей этой статьи.
Если в ходе разбойного нападения с целью завладения чужим имуществом потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, что повлекло за собой наступление его смерти по неосторожности, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений - по пункту "в" части четвертой статьи 162 и части четвертой статьи 111 УК РФ.
В тех случаях, когда завладение имуществом соединено с угрозой применения насилия, носившей неопределенный характер, необходимо учитывать сочетание всех обстоятельств дела: места и времени совершения преступления, числа нападавших, характера предметов, которыми они угрожали потерпевшему, субъективного восприятия угрозы, совершения каких-либо конкретных демонстративных действий, свидетельствовавших о намерении нападавших применить физическое насилие, и т.п.
Если в ходе хищения чужого имущества в отношении потерпевшего применяется насильственное ограничение свободы, вопрос о признании в действиях лица грабежа или разбоя необходимо решать с учетом характера и степени опасности этих действий для жизни или здоровья, а также последствий, которые наступили или могли наступить (например, оставление связанного потерпевшего в холодном помещении, лишение его возможности обратиться за помощью).
Признание разбоя оконченным преступлением с момента нападения отвечает задаче приоритетной защиты жизни и здоровья. Однако применение насилия в процессе начавшегося изъятия имущества или даже непосредственно после изъятия в целях удержания похищенного также образует состав разбоя.
Несколько вопросов о судебной практике по признакам ст. 162 УК РФ.
Учитывая, что один из двух осужденных непосредственно не участвовал в разбойном нападении на потерпевших, не проникал в их квартиру, а лишь предоставил исполнителю оружие, транспортное средство и помощь в сокрытии похищенного и следов преступления, судебная коллегия его действия в этой части переквалифицировала с п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 162 УК на ч. 5 ст. 33 и п. "г" ч. 2 ст. 162 УК как соучастие в форме пособничества в разбойном нападении с применением оружия и исключила из осуждения исполнителя преступления (по п. "а" ч. 2 ст. 162 УК) квалифицирующий признак - группа лиц по предварительному сговору (Определение № 41-кп 098-125 по делу П. и Ч. // БВС РФ. 1999. № 10. Ст. 7).
Суд первой инстанции необоснованно квалифицировал действия осужденных по ст. 162 УК. Поскольку санкции ч. 3 ст. 146 УК РСФСР и ч. 3 ст. 162 УК одинаковы, преступление (совершенное в 1997 г.) в силу требований ст. 9 УК должно квалифицироваться по закону, действовавшему во время его совершения (Определение № 20-097-14 по делу А. и А-ва // БВС РФ. 1997. № 12. С. 10).
Обязательный признак разбоя - применение или угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья. Насилие является опасным для жизни, если способ его применения создает реальную угрозу наступления смерти, хотя бы это и не повлекло фактического причинения вреда здоровью (например, сдавливание шеи, длительное удержание головы потерпевшего под водой, сталкивание с большой высоты). Под насилием, опасным для здоровья, подразумеваются такие действия, которые причинили средней тяжести или легкий вред здоровью потерпевшего, а также насилие, которое хотя и не повлекло указанного вреда, но в момент применения создавало реальную опасность для его здоровья.
Причинение тяжкого вреда здоровью не охватывается ч. 2 ст. 162 УК и требует квалификации разбоя как совершенного при особо отягчающих обстоятельствах Обязательным признаком разбоя является и такое опасное для жизни или здоровья насилие, которое применено не к собственнику или иному владельцу имущества, а к посторонним лицам, которые, по мнению виновного, могут воспрепятствовать незаконному завладению имуществом.
Нападение может квалифицироваться как разбой лишь в случаях, когда виновный угрожал применением насилия, опасного для жизни или здоровья. О характере угрозы могут свидетельствовать высказывания виновного ("убью", "изувечу" и т.п.), его действия (например, попытка ударить тяжелым предметом по голове), а также демонстрация оружия или предметов, которыми может быть причинен серьезный вред здоровью. Если угроза насилием не носит указанного характера, то деяние должно квалифицироваться как грабеж, соединенный с насилием. Вывод о наличии нападения должен делаться с учетом всей обстановки его совершения с тем, чтобы решить, что для жизни или здоровья потерпевшего существовала реальная опасность, а также с учетом субъективного восприятия угрозы самим потерпевшим.
О наличии разбоя свидетельствует только такое насилие, которое применяется исключительно в целях хищения чужого имущества или его удержания непосредственно после изъятия. Насилие, примененное, например, из хулиганских побуждений, не может свидетельствовать о разбое, даже если после его применения имело место изъятие имущества потерпевшего (такое деяние в зависимости от обстоятельств дела должно квалифицироваться как кража или грабеж).
Разбой отличается от насильственного грабежа и от всех других форм хищения тем, что признается оконченным преступлением с момента нападения.
Ни факт изъятия имущества, ни факт причинения вреда здоровью лица, подвергшегося нападению, не являются обязательными признаками разбоя. По этой причине покушение на разбой, как правило, невозможно: до начала нападения речь может идти только о приготовлении, а с первого акта нападения разбой является оконченным преступлением (усеченный состав преступления) (см.: Комментарий к УК РФ (с постатейными материалами) / Под общ. ред. И.С. Никулина. М.: Минюст России, 2000. С. 481 - 482).
Состав разбоя отсутствует, если виновный применяет опасное для жизни и здоровья насилие не для изъятия имущества, а с единственной целью - избежать задержания (см.: БВС РФ. 1992. № 3. Ст. 13).
Подавляющее большинство признаков разбоя соответствует признакам кражи (см. комментарий к ст. 158), но в составе разбоя следует рассмотреть некоторые его специфические признаки:
- групповой разбой (по ч. 2 ст. 162);
- совершение разбоя с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (ч. 2 ст. 162).
Групповой разбой. Этот признак должен инкриминироваться тем соисполнителям, которые предварительно договорились применить к потерпевшему насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего. В том варианте, когда указанного сговора у нападавших не было, но один из участников все же применил такое насилие, выйдя за пределы сговора, действия последнего должны быть (с применением ст. 36 УК) квалифицированы как эксцесс исполнителя (ч. 2 ст. 162 УК не может вменяться) (см.: БВС РСФСР. 1989. № 5. Ст. 15).
Правоприменительной практике известны случаи "усложненного" варианта квалификации разбоя. Например, если среди участников группового нападения отсутствует предварительный сговор, то действия участников квалифицируются самостоятельно, в зависимости от умысла каждого. Так, встречается ситуация, что действия одного участника должны квалифицироваться как разбой, а другого - как грабеж (см.: БВС РФ. 1994. № 1. Ст. 15).
Между тем совершенно противоположная квалификация разбоя будет тогда, когда нападавшие имели единую цель - применить насилие к потерпевшему, опасное для его жизни и здоровья. В этом случае все участники нападения должны отвечать за содеянное как соисполнители разбоя (в том числе и тогда, когда сами такого насилия не применяли) (см.: БВС РСФСР. 1991. № 5. Ст. 4 - 5).
Применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. "г" ч. 2 ст. 162). Факт использования оружия (предметов в качестве оружия) при разбое, безусловно, более общественно опасен, ибо заметно возрастает угроза опасности здоровья и самой жизни для потерпевшего.
Зачастую оружие используется как психическое насилие: демонстрация оружия, выстрел в воздух в сторону потерпевшего, прицеливание из оружия в потерпевшего и т.д. При квалификации таких действий следует исходить из того, что по смыслу диспозиции ч. 1 ст. 162 УК состав разбоя будет и при угрозе применения насилия. Характерно, что в том случае, если виновный в нападении на потерпевшего использует только словесную угрозу и, например, не вынимает из кобуры пистолет, фактически в действиях нападавшего отсутствует такой квалифицирующий признак, как применение оружия (см.: БВС РФ. 1992. № 9. Ст. 9).
Пленум ВС РФ в своем Постановлении № 29 довольно детально прописывает квалификацию разбоя по ч. 2 ст. 162 УК РФ. Так, при квалификации действий виновного по указанному ч. 2 ст. 162 УК признаку следует в соответствии с Федеральным законом от 13 ноября 1996 года "Об оружии" и на основании экспертного заключения устанавливать, является ли при нападении предмет оружием, предназначенным для поражения живой или иной цели. При наличии к тому оснований, предусмотренных Законом, действия такого лица должны дополнительно квалифицироваться по статье 222 УК РФ.
Под предметами, используемыми в качестве оружия, следует понимать предметы, которыми потерпевшему могли быть причинены телесные повреждения, опасные для жизни или здоровья (перочинный или кухонный нож, бритва, ломик, дубинка, топор, ракетница и т.п.), а также предметы, предназначенные для временного поражения цели (например, механические распылители, аэрозольные и другие устройства, снаряженные слезоточивыми и раздражающими веществами).
Если лицо лишь демонстрировало оружие или угрожало заведомо негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия, например, макетом пистолета, игрушечным кинжалом и т.п., не намереваясь использовать эти предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни или здоровья, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств) с учетом конкретных обстоятельств дела следует квалифицировать как разбой, ответственность за который предусмотрена частью первой статьи 162 УК РФ, либо как грабеж, если потерпевший понимал, что ему угрожают негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия.
В случаях, когда в целях хищения чужого имущества в организм потерпевшего против его воли или путем обмана введено опасное для жизни или здоровья сильнодействующее, ядовитое или одурманивающее вещество с целью приведения потерпевшего в беспомощное состояние, содеянное должно квалифицироваться как разбой. Если с той же целью в организм потерпевшего введено вещество, не представляющее опасности для жизни или здоровья, содеянное надлежит квалифицировать в зависимости от последствий как грабеж, соединенный с насилием. Свойства и характер действия веществ, примененных при совершении указанных преступлений, могут быть при необходимости установлены с помощью соответствующего специалиста либо экспертным путем.
Действия лица, совершившего нападение с целью хищения чужого имущества с использованием собак или других животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека, либо с угрозой применения такого насилия, надлежит квалифицировать с учетом конкретных обстоятельств дела по части второй статьи 162 УК РФ.
Очевидно, что все случаи применения "предметов, используемых как оружие" в тексте закона не предусмотришь. Поэтому в ч. 2 ст. 162 законодатель использует терминологию "предметы, используемые в качестве оружия". Это могут быть самые разнообразные предметы: нож, топор, отвертка, металлический прут, камень и т.д. Иначе говоря, законодатель дает расширительное толкование такому оружию как предмету, используемому в качестве такового.
Редко, но бывают случаи, что посягающие используют предметы, только напоминающие оружие: макет пистолета, детский пистолет и т.д., то есть имеет место имитация оружия. Верховный Суд РФ посчитал, что угроза детским пистолетом может расцениваться как угроза насилием, опасная для жизни и здоровья потерпевшего, но не может признаваться разбоем с применением оружия, так как "фактически в руках нападавшего оружия не было" (см.: БВС РФ. 1998. № 10. Ст. 4).
Однако применение газового пистолета (баллончика) при нападении, в случае присутствия в патроне (баллончике) газа, следует рассматривать как применение оружия, опасного для здоровья и жизни человека (см.: БВС РФ. 1993. № 1. Ст. 11). В случае отсутствия газа или если не удалось установить, какое вещество было в указанных выше предметах, используемых в качестве оружия, содеянное надлежит квалифицировать только как грабеж (см.: БВС РФ. 1999. № 5. Ст. 20).
Разбой, совершенный организованной группой. Об этом достаточно подробно (ОПГ) сказано в комментарии к п. "а" ч. 4 ст. 158 и п. "а" ч. 3 ст. 161 УК РФ.
О крупном размере похищенного (похищаемого) имущества (ч. 3 ст. 162) сказано в примечании 4 к ст. 158 УК.
Причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего при разбое (п. "в" ч. 4 ст. 162) - это наиболее опасная разновидность данного деяния. При этом признаки тяжкого вреда здоровью освещены в комментарии к ст. 111 УК.
Укажем, что при причинении тяжкого вреда здоровью не требуется дополнительной квалификации по ст. 111 УК потому, что при разбое причинение вреда здоровью полностью охватывается составом данного преступления. Но если тяжкий вред причиняется здоровью человека при разбое по неосторожности, то в силу ч. 2 ст. 24 УК это не дает основания для квалификации действий виновного по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК, ибо в данной норме нет указаний на неосторожную форму вины.
В случаях, когда при разбое наступает смерть потерпевшего по неосторожности в результате причинения тяжкого вреда здоровью, то содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных п. "в" ч. 4 ст. 162 УК и п. 4 ст. 111 УК.
Если же лицо во время разбойного нападения совершает убийство потерпевшего, то содеянное им следует квалифицировать по пункту "з" части второй статьи 105 УК РФ, а также по части третьей статьи 162 УК РФ. При наличии в действиях виновного в разбойном нападении других отягчающих обстоятельств (например, разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и т.п.) эти признаки объективной стороны разбоя должны быть указаны в описательной части приговора (п. 22 Постановления Пленума ВС РФ № 29).
Последний особо квалифицирующий признак - это разбой:
а) совершенный организованной группой;
б) в целях завладения имуществом в особо крупном размере (1 млн. руб., см. примечание 4 к ст. 158 УК РФ);
в) с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, соединенное с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего.

Статья 163. Вымогательство

Комментарий к статье 163

Вымогательство - требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких.
Вымогательство относится к числу корыстных деяний против собственности, не содержащих признаков хищения, поскольку изъятие чужого имущества и обращение его в пользу виновного или других лиц находятся вне рамок данного состава преступления.
Рассматриваемое деяние посягает на один родовой, один видовой и два непосредственных объекта.
Родовым объектом являются общественные отношения в сфере экономики, видовым - собственность.
В качестве непосредственных объектов выступают:
1) тот вид собственности, в котором находится похищаемое имущество (основной объект);
2) личное благо потерпевшего, которому угрожает опасность (дополнительный объект).
Дополнительный объект обусловливается характером психического насилия, применяемого виновным. Им могут выступать: честь и достоинство личности (при угрозе распространить сведения, позорящие потерпевшего или его близких), неприкосновенность частной жизни лица (при угрозе распространить сведения, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких), здоровье личности (при угрозе применить насилие).
Действующий Уголовный кодекс Российской Федерации признает вымогательство посягательством на собственность, не относящимся к группе хищений.
Взгляд на эту проблему менялся неоднократно. Некоторые сторонники отнесения вымогательства к хищениям утверждают, что предметом последних, наряду с имуществом, может выступать, как и при вымогательстве, право на имущество и даже действия имущественного характера. Другие, например, В.И. Симонов и В.Г. Шумихин, напротив, полагают, что предметом вымогательства является только имущество, и исходят, таким образом, из наиболее распространенного определения предмета преступления, которым, как они говорят, по общему назначению всегда выступают материальные образования.
Взгляд на предмет как на вещь, в связи с которой или по поводу которой совершается преступление, является наиболее распространенным в юридической литературе. И в этом плане один из предметов вымогательства, каковым является чужое имущество (деньги, вещи, ценные бумаги), полностью совпадает с предметом хищения и вписывается в рамки приведенного определения. Говоря о праве на имущество, следует отметить, что в качестве предмета вымогательства его можно рассматривать, как нам кажется, с определенной долей условности. На самом деле предметом в данном случае является право в собственном смысле слова, а не документы, дающие право на получение имущества, которые не признаются ценными бумагами и, следовательно, не могут быть предметом хищения.
Что же касается действий имущественного характера, то их рассмотрение как возможного предмета хищения представляется неперспективным хотя бы потому, что примечание 1 к статье 158 УК РФ, формулируя его общее понятие, говорит прежде всего о завладении чужим имуществом и определяет его как материальную субстанцию, как определенный предмет материального мира, как вещь, обладающую некими натуральными физическими параметрами (числом, количеством, весом, объемом и т.д.).
Применительно к вымогательству действия имущественного характера - это действия, приносящие вымогателю имущественную выгоду, но не связанные с получением имущества или права на имущество. К таким действиям можно отнести, например, принуждение к заключению выгодной для вымогателя сделки, оформлению расписки об отказе от требования возврата долга, зачислению на высокооплачиваемую и необременительную должность, безвозмездному выполнению работ или оказанию услуг в интересах виновного или близких ему лиц.
Исходя из вышеизложенного, предметом вымогательства является чужое имущество. Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 25 апреля 1995 года "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности" дает определение чужого имущества как имущества, не находящегося в собственности или в законном владении виновного <*>.
   --------------------------------

<*> Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 7. С. 7.

Посягая прежде всего на отношения собственности как основной объект уголовно-правовой защиты, вымогательство имеет своим предметом не только имущество, но и право на него, а также действия имущественного характера. Это обстоятельство, наряду с некоторыми другими признаками, существенно отличает вымогательство от классических форм хищения имущества и позволяет выделить его из этой группы в самостоятельное насильственное преступление против собственности.
В качестве предмета вымогательства могут выступать:
а) имущество;
б) право на имущество (расписка, договор или иной документ, подтверждающий наличие долга за вымогателем, либо документ, согласно которому определенные имущественные права переходят к вымогателю);
в) действия имущественного характера (выполнение работы, предоставление услуги и т.п.).
Имущество - это предметы материального мира, которые обладают определенной физической формой и потому осязаемы. Под имуществом в составе вымогательства, по нашему мнению, следует понимать как движимое, так и недвижимое имущество. Специфика объективной стороны состава данного преступления, обязательным элементом которого является "требование передачи", не опровергает данный тезис. Под изъятием имущества понимается не только его фактическое перемещение, но и юридическое изъятие, при котором происходит переход собственности на то или иное имущество. Если вымогатель требует передать ему в собственность недвижимое имущество, тогда можно говорить о требовании передачи имущества.
Право на имущество - это юридическая категория, содержанием которой являются правомочия собственника: права владения, распоряжения и пользования. При вымогательстве виновный может требовать передачи одного либо нескольких полномочий, не требуя при этом передачи имущества в собственность. Предметом вымогательства могут выступать права как на движимое, так и на недвижимое имущество. Другими словами, требование передачи чужого имущества возникает в том случае, если оно сопряжено со сменой собственника, а требование права на имущество, по нашему мнению, следует вменять, когда вымогатель требует предоставления определенных полномочий без перехода собственности. Вымогательство отдельных видов имущества, изъятого из свободного оборота, образует специальные составы, предусмотренные статьями 221, 226 и 229 УК РФ.
Действия имущественного характера включают в себя бесплатное выполнение работ или оказание услуг, которые обычно оплачиваются (бесплатный ремонт квартиры, машины, офиса, безвозмездная постройка коттеджа, гаража, производственных или административных помещений и т.п.). Кроме того, сюда относятся любые другие действия, которые способны принести вымогателю имущественную выгоду (уничтожение завещания, отказ от наследства, от доли в общей собственности и т.п.).
Предметом вымогательства может быть только чужое имущество или право на него. В том случае, если вымогается, даже под угрозой насилия, имущество, на которое виновный имеет действительное или предполагаемое право, состав данного преступления исключается. Подобного рода действия, при наличии необходимых признаков, могут квалифицироваться как самоуправство либо как преступления против личности, но предмет вымогательства отсутствует. Например, нельзя квалифицировать как вымогательство действия А., который, будучи частным предпринимателем, с помощью нанятых охранников пытался путем применения психического насилия возвратить деньги за сданный на реализацию товар.
С объективной стороны вымогательство представляет собой сложное составное преступление, заключающееся, с одной стороны, в требовании:
а) передачи имущества;
б) передачи права на имущество;
в) совершения действий имущественного характера, -
с другой стороны, применения психического насилия.
Вымогательство заключается в том, что виновный предъявляет собственнику или иному законному владельцу имущества заведомо незаконное требование передать ему или указанным им лицам определенное имущество, право на имущество либо совершить в их пользу какие-то конкретные действия имущественного характера, и при этом психическое насилие выражается в угрозах. Требование предъявляется любым способом: устно, письменно, по телефону и т.д. Угроза применить насилие может быть адресована не только потерпевшему, но и его близким. Законодатель не делает какой-либо оговорки относительно ее интенсивности, она может быть любой - от угрозы побоев до угрозы убийством. Все они полностью охватываются составом статьи 163 УК РФ и дополнительной квалификации не требуют. Немедленная реализация угрозы превращает психическое насилие в физическое, а вымогательство - в грабеж или разбой. Если же и останется состав вымогательства, то квалифицированный, предусмотренный пунктом "в" части 2 статьи 163 УК РФ, - вымогательство, совершенное с применением насилия.
Под уничтожением имущества понимается такое воздействие на имущество, в результате которого оно либо вообще прекращает существовать, либо приводится в полную негодность. При повреждении имущество подлежит ремонту, реставрации. В качестве пробела в законе следует отметить, что диспозиция статьи 163 УК РФ не включает угрозу изъятия и хищения другого, более ценного имущества. Между тем подобного рода угрозы в практике встречаются.
Угрозы распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, называют шантажом.
Позорящие сведения - это любая информация, распространение которой способно нарушить честь и достоинство личности. Позорящими можно считать сведения о совершенном потерпевшим или его близкими правонарушении, наличии определенных болезней, супружеской измене и т.д. От субъективного восприятия потерпевшего зависит то, насколько они являются позорящими и в какой степени их разглашение способно причинить вред чести и достоинству личности. Не имеет значения, является ли такая информация истинной или ложной.
Распространение - сообщение этих сведений третьим лицам, причем необязательно посторонним. Нередко большую эффективность составляют угрозы сообщить информацию близким потерпевшего: жене, детям, родителям. Например, А. распространил информацию о том, что Б. и В. усыновили ребенка.
Независимо от вида угрозы психическое насилие при вымогательстве имеет общие признаки:
1) оно служит средством устрашения, способом воздействия на психику потерпевшего с целью побуждения его выполнить требования вымогателя;
2) только реальная угроза может выполнить свою функцию. О реальности самой угрозы и ее восприятия в качестве таковой могут свидетельствовать различные обстоятельства - характер угроз, личность угрожающего, его предшествующее поведение, способ передачи угрозы, место и время ее передачи, поведение вымогателя в этот момент;
3) адресатом угроз может быть как сам потерпевший, так и его близкие. К их числу относятся две категории лиц:
а) близкие родственники: родители, дети, супруги. Применительно к ним факт близких отношений с потерпевшими доказыванию не подлежит;
б) иные лица, состоящие и не состоящие в родственных отношениях. Это друзья, невеста, жених, любимая и т.д. В отношении этих лиц близкие отношения с потерпевшим подлежат доказыванию;
4) по общему правилу психическое насилие в составе вымогательства направлено в будущее. Вымогатели обещают реализовать свои угрозы, если их требование не будет удовлетворено. При угрозе немедленного применения физического насилия вымогательство может быть вменено лишь в том случае, если эта угроза сочетается с требованием передачи права на имущество, совершения действий имущественного характера или передачи имущества в будущем. Если же такая угроза соединена с немедленным завладением имуществом, действия виновных образуют грабеж или разбой.
Состав рассматриваемого преступления является формальным. Деяние окончено в момент предъявления названных выше требований. Все последующие действия виновного и потерпевшего лежат за рамками рассматриваемого состава преступления и подлежат самостоятельной уголовно-правовой оценке. Например, если А. распространил заведомо ложные и позорящие Б. сведения, его действия должны быть квалифицированы по совокупности статей 163 и 129 УК РФ. Если действия А. образуют состав заведомо ложного доноса, необходима дополнительная квалификация по статье 306 УК РФ. Если А. реализовал угрозу уничтожения или повреждения имущества, а содеянное содержит признаки вымогательства, его действия квалифицируются по совокупности статей 163 и 168 УК РФ. Фактическое применение насилия, которым угрожал вымогатель, не охватывается основным составом вымогательства и в зависимости от характера примененного насилия должно квалифицироваться либо по пункту "в" части 2, либо по пункту "в" части 3 статьи 163 УК РФ. В случае умышленного причинения смерти деяние во всех случаях должно квалифицироваться по совокупности пункта "в" части 3 статьи 163 и пункта "з" части 2 статьи 105 УК РФ.
Пленум Верховного суда Российской Федерации в Постановлении от 4 мая 1990 года "О судебной практике по делам о вымогательстве" с изменениями и дополнениями от 18 августа 1992 года указал, что, хотя вымогательство признается оконченным с момента объявления имущественного требования, подкрепленного соответствующей угрозой, тем не менее нельзя считать неоднократными требования передачи имущества или права на него, обращенные к одному или нескольким лицам, если эти требования объединены единым умыслом и направлены на завладение одним и тем же имуществом.
Для признания вымогательства оконченным составом преступления не имеет значения факт передачи имущества или права на имущество. Однако, если потерпевший выполнил требования вымогателя, в некоторых случаях возникает проблема уголовно-правовой оценки действий потерпевшего. При этом могут возникнуть различные ситуации:
1. Требование передачи имущества удовлетворяется собственником данного имущества. В таком случае действия потерпевшего, передавшего вымогателям имущество, не образуют состава преступления.
2. Требование передачи имущества удовлетворяется лицом, которое не является его собственником, но которому данное имущество было вверено (продавец, кассир и т.п.) либо под чьей охраной находилось (сторож, охранник). Удовлетворение требований вымогателя при этом связано с изъятием чужого имущества. В зависимости от наличия или отсутствия у лица полномочий по отношению к изъятому имуществу его действия образуют либо присвоение, растрату (если имущество вверено), либо кражу (если не вверено).
Подлежат ли в данном случае указанные лица привлечению к уголовной ответственности? Следует иметь в виду, что примененное к лицу в процессе вымогательства насилие может в соответствии со статьями 40 (физическое или психическое принуждение) и 39 (крайняя необходимость) УК РФ служить обстоятельством, исключающим преступность деяния. Во всех остальных случаях насилие не исключает ответственности лиц, совершивших изъятие чужого имущества, но рассматривается в качестве смягчающего обстоятельства. По нашему мнению, за совершение подобного лицо должно привлекаться к уголовной ответственности только в том случае, если на этом настаивает собственник имущества. Это касается всех форм собственности. Хищения не отнесены к делам частного обвинения, а игнорировать то обстоятельство, что собственник не считает необходимым привлекать к уголовной ответственности лиц, передавших вымогателям его имущество, было бы несправедливо. Аргументом в пользу высказанного мнения служит примечание 2 к статье 201 УК РФ, согласно которому лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, за злоупотребления по службе привлекается к уголовной ответственности только по заявлению собственников данного предприятия.
В качестве способов принуждения потерпевшего к выполнению требований вымогателя закон рассматривает следующие виды угрозы:
а) в отличие от редакции предыдущего Кодекса новый УК РФ подразумевает угрозу применения любого насилия;
б) уничтожения или повреждения чужого имущества, принадлежащего виновному или его близким либо вверенного им;
в) распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, об их интимной жизни, состоянии здоровья, позорных фактах биографии и т.п.;
г) распространения иных сведений, которые хотя и не являются позорящими, но в случае предания их огласке могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких. Это могут быть сведения, составляющие коммерческую тайну, тайну частной или семейной жизни и т.п.
Поскольку в новом УК РФ квалифицирующим признаком грабежа признается не только применение, но и угроза применения насилия, необходимо вымогательство, соединенное с угрозой применения насилия, отграничить от квалифицированного вида грабежа и от разбоя. Если при грабеже и разбое угроза насилием служит средством непосредственного завладения имуществом или его удержания после завладения, то при вымогательстве она подкрепляет незаконное требование передать имущество, выступает средством подавления воли потерпевшего и принуждения его к выполнению требований вымогателя. При грабеже и разбое завладение имуществом происходит одновременно с угрозой применения насилия либо сразу после ее высказывания, а при вымогательстве умысел виновного направлен на получение требуемого имущества в будущем из рук потерпевшего, который хотя и вынужденно, но сам передает его виновному или лицам, от имени которых действовал вымогатель. В случаях, когда вымогательство сопряжено с непосредственным изъятием имущества у потерпевшего, оно перерастает в насильственный грабеж либо в разбой и должно квалифицироваться соответственно по этим нормам УК РФ. А если вымогатель, не добившись угрозами согласия на передачу имущества, через некоторое время сам непосредственно завладевает им, его действия, как содержащие реальную совокупность преступлений, должны квалифицироваться и как вымогательство, и как грабеж либо разбой.
Субъективная сторона вымогательства характеризуется виной в форме прямого умысла и корыстной целью. Виновный сознает, что незаконно требует передать ему или указанным им лицам имущество, право на имущество или совершить в их пользу иные действия имущественного характера под угрозой применения насилия, уничтожения или повреждения имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, оглашение которых может причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего. При этом он руководствуется корыстными мотивами и преследует цель незаконно получить чужое имущество, право на таковое или обеспечить совершение требуемых действий имущественного характера.
Субъект преступления общий - физическое вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста. Если по прежнему Кодексу уголовная ответственность за вымогательство наступала по достижении 16-летнего возраста, то в новом УК РФ она наступает с 14-летнего возраста.
Квалифицированный вид вымогательства предусмотрен частью 2 статьи 163 УК РФ и означает его совершение при наличии любого из трех признаков:
а) группой лиц по предварительному сговору;
б) с применением насилия;
в) в крупном размере (более 250 тысяч рублей).
Группа лиц по предварительному сговору. Поскольку вымогательство является сложным преступлением, исполнителями признаются и те, кто выполнил только одну часть объективной стороны (только предъявил требования или только высказывал угрозы). Полагаем, что не могут быть признаны соисполнителями вымогательства лица, действия которых находятся за рамками состава (например, прием имущества, распространение позорящих сведений). Это касается группы лиц по предварительному сговору в элементарной форме.
Очевидно, надо сказать следующее. Неоднократное вымогательство следует отличать от продолжаемого. Таковым признаются неоднократные требования передачи, скажем, имущества, обращенные к одному или нескольким лицам, если эти требования объединены единым умыслом и направлены на завладение одним и тем же имуществом. Классическим примером продолжаемого вымогательства являются ежемесячные поборы с предпринимателей.
Применение насилия при вымогательстве как квалифицирующий признак подразумевает только физическое насилие, ибо психическое насилие является обязательным признаком основного состава. Физическое насилие при вымогательстве также является средством принудить потерпевшего к выполнению предъявленных требований. Оно может быть применено к самому потерпевшему либо к его близким. По интенсивности это насилие может быть как опасным, так и не опасным для жизни и здоровья.
Если в результате такого насилия причинен вред здоровью человека, возникает проблема соотношения вымогательства с преступлениями против личности. Поэтому побои, легкий вред, вред средней тяжести охватываются составом вымогательства и дополнительной квалификации по статьям 116, 115, 112 УК РФ не требуют.
Если в процессе вымогательства совершены изнасилование или насильственные действия сексуального характера, содеянное следует квалифицировать по совокупности статей 163 и 131, 132 УК РФ.
Насилие может выразиться и в ограничении свободы человека, которое предусмотрено статьями 126, 127, 206 УК РФ. По нашему мнению, хищение человека или незаконное лишение его свободы, соединенное с вымогательством, превращает похищенного или лишенного свободы человека в заложника. Поэтому состав вымогательства может конкурировать только со статьей 206 УК РФ (захват заложника). Вопрос о соотношении этих преступлений очень сложен. В УК РСФСР 1960 года захват заложников рассматривался как способ вымогательства, поэтому полностью охватывался этим составом. Статья 163 УК РФ такого квалифицирующего признака, как захват заложников, не предусматривает. Зато в статье 206 УК РФ, устанавливающей ответственность за захват заложников, появился такой квалифицирующий признак, как корыстные побуждения. Корыстные побуждения могут быть удовлетворены за счет предъявления требований передачи имущества, права на имущество или действий имущественного характера как условия освобождения заложника. Поэтому нам представляется, что вымогательство, соединенное с захватом заложников, следует квалифицировать только по статье 206 УК РФ.
Применение насилия к потерпевшему или его близким как месть за невыполнение требований при вымогательстве образует самостоятельное преступление.
Особо квалифицированный вид вымогательства предусмотрен частью 3 статьи 163 УК РФ и характеризуется наличием хотя бы одного из трех признаков:
а) совершение организованной группой;
б) в целях получения имущества в крупном размере;
в) с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.
Значение первого из названных признаков раскрыто в части 3 статьи 35 УК РФ. Вымогательство, совершенное организованной группой, необходимо отличать от бандитизма. Банда - это всегда вооруженная и организованная группа лиц. В том случае, если вымогательство совершается устойчивой, вооруженной организованной группой, действия виновных необходимо квалифицировать по совокупности статей 163 и 209 УК РФ.
Понятие крупного размера при вымогательстве дано в примечании 4 к статье 158 УК РФ.
Однако следует иметь в виду, что применительно к вымогательству крупный размер имущества - это вопрос не факта, т.е. не объективного содержания преступления, а цели, т.е. субъективный признак. Достигнута цель получения имущества в крупном размере или нет - это для квалификации деяния не имеет значения.
Понятие "причинение тяжкого вреда здоровью" раскрывается в части 1 статьи 111 УК РФ. Наступление тяжкого вреда в результате примененного вымогателем насилия полностью охватывается пунктом "в" части 3 статьи 163 УК РФ и не нуждается в дополнительной квалификации по ст. 111 УК РФ. Вымогательство с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего вменяется как при умышленном, так и при неосторожном его причинении. Не требуется и дополнительная квалификация по части 4 статьи 111 УК РФ, когда умышленное причинение тяжкого вреда в процессе вымогательства повлекло по неосторожности смерть потерпевшего. Как уже было сказано выше, умышленное лишение жизни потерпевшего требует самостоятельной квалификации по пункту "з" части 2 статьи 105 УК РФ как убийство, сопряженное с вымогательством.
При применении этой нормы необходимо иметь в виду, что под потерпевшим в данном случае нужно понимать не только то лицо, у которого вымогалось имущество, но и его близких, поскольку они полностью подпадают под определение потерпевшего, данное в УПК.

Статья 164. Хищение предметов, имеющих особую ценность

Комментарий к статье 164

Одной из важнейших задач любого государства является сохранение ценностей национальной культуры. Основы законодательства Российской Федерации о культуре, принятые 9 октября 1992 года, установили, что культурное достояние народов России находится на особом режиме охраны и использования. Для решения проблем защиты и сохранения культурных и исторических ценностей была принята межведомственная Программа мер по обеспечению сохранности, усилению борьбы с хищениями и контрабандным вывозом предметов культурного и природного наследия народов России. Основное внимание в ней уделялось профилактике и пресечению правонарушений, связанных с незаконным оборотом культурных ценностей, и раскрытию ранее совершенных преступлений. О чрезвычайной значимости этих проблем для нашего общества свидетельствует принятие 18 августа 1998 года очередной межведомственной Программы мер по обеспечению сохранности, усилению борьбы с хищениями и незаконным оборотом предметов исторического и культурного наследия народов России.
Наличие большого числа международно-правовых актов по рассматриваемому вопросу свидетельствует о повышенной социальной опасности хищения предметов, имеющих особую ценность, поскольку их утрата часто бывает невосполнимой.
Родовым объектом хищения предметов, имеющих особую ценность, являются общественные отношения в сфере экономики.
Видовым - собственность.
В науке уголовного права России, на наш взгляд, не уделяется должного внимания непосредственному объекту посягательства на культурные ценности, основной акцент делается на предмет данного посягательства. Между тем представляет научный и практический интерес решение вопроса о том, на какие, кроме отношений собственности, социальные отношения посягает хищение культурных ценностей.
Таким образом, основным непосредственным объектом хищения предметов, имеющих особую ценность, служит тот вид собственности (государственная, частная, общественная и др.), в котором находится похищаемое имущество.
Дополнительным непосредственным объектом хищения предметов, имеющих особую ценность, при насильственном способе их изъятия может выступать здоровье человека.
Кроме основного и дополнительного при рассматриваемом виде хищения могут быть и различного рода факультативные непосредственные объекты.
Например, при насильственном грабеже или разбое с целью хищения указанных предметов и документов обязательным становится такой факультативный объект, как здоровье человека, а при хищении этих предметов и документов из жилого помещения - право на неприкосновенность жилища.
Особым конструктивным признаком анализируемого вида хищения, который стал основанием для образования законодателем самостоятельного состава преступления, является предмет хищения.
Рассмотрим содержание предмета изучаемого вида преступления подробнее. Предметом рассматриваемого деяния являются предметы и документы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность.
Понятие культурных ценностей достаточно подробно раскрывается в международно-правовых актах, перечень которых будет приведен ниже.
Так, Гаагская конвенция "О защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта", принятая 14 мая 1954 года, относит к числу культурных ценностей движимые и недвижимые, имеющие особое значение для культурного наследия каждого народа памятники искусства, истории, религии, археологические находки, произведения искусства, рукописи, книги, научные коллекции или важные коллекции книг, архивных материалов или репродукции ценностей, музеи, крупные библиотеки, антиквариат и тому подобные вещи.
Конвенция УНИДРУА "По похищенным или незаконно вывезенным культурным ценностям", принятая в Риме 24 июня 1995 года, вступившая в законную силу для Договаривающихся Сторон в июле 1998 года, рекомендует признавать культурными те ценности, которые с религиозной либо светской точки зрения обладают важностью для археологии, антропологии, истории, литературы, искусства или науки и образуют следующие категории:
1) редкие коллекции и образцы фауны, флоры, минералов, анатомии, объекты палеонтологического интереса;
2) исторические ценности, включая историю наук и технологии, войн и социальной истории, жизни национальных лидеров, мыслителей, ученых, художников, артистов и событий национальной важности;
3) предметы археологических раскопок (регулярных или подпольных) или археологических открытий;
4) элементы художественных или исторических памятников либо археологических заповедников, которые были открыты заново;
5) древности возрастом более 100 лет, такие как: надписи, монеты, гравюры;
6) объекты этнографического интереса;
7) художественные ценности, такие как: картины, полотна и рисунки, изготовленные вручную и с применением любого материала (исключая промышленные рисунки или ремесленные изделия, украшенные вручную); оригинальные лепные работы и скульптуры из любого материала; оригинальные художественные изделия и конструкции из любых материалов;
8) редкие рукописи, старинные книги и их аналоги (инкунабулы), документы и публикации специального характера (исторические, художественные, научные, литературные и т.д.), единичные или в коллекциях;
9) почтовые, акцизные и схожие с ними марки, единичные или в коллекциях;
10) архивы, включая фоно-, фото- и киноархивы;
11) предметы мебели, созданные более 100 лет назад, старинные музыкальные инструменты <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Михайлова Н. О правовом положении регулирования охраны историко-культурного наследия // Закон и право. 2002. № 6. С. 45 - 46.

В диспозиции ст. 164 УК РФ упоминаются в качестве предмета преступления не только предметы как объекты материального мира (вещи), но и документы, то есть материальные носители важной исторической, научной, художественной или культурной информации, предназначенной для передачи новым поколениям народа.
Примерный перечень культурных ценностей, обрисованных родовыми признаками и способных быть предметом рассматриваемого преступления, содержится в Законе Российской Федерации от 15 апреля 1993 г. "О вывозе и ввозе культурных ценностей". В соответствии со статьей 7 названного Закона к ним относятся: редкие рукописи и документальные памятники; архивы, включая фото-, фоно-, кино-, видеоархивы; уникальные и редкие музыкальные инструменты; почтовые марки, иные филателистические материалы, отдельно или в коллекциях; старинные монеты, ордена, медали, печати и другие предметы коллекционирования; редкие коллекции и образцы флоры и фауны, предметы, представляющие интерес для таких отраслей науки, как минералогия, анатомия, палеонтология; другие движимые предметы, в том числе копии, взятые государством под охрану как памятники истории и культуры <*>. На основании экспертного заключения любая из перечисленных культурных ценностей может быть признана предметом хищения, предусмотренного ст. 164 УК РФ.
   --------------------------------

<*> См.: Закон Российской Федерации от 15 апреля 1993 г. "О вывозе и ввозе культурных ценностей" // Ведомости Верховного совета РФ. 1993. № 20. Ст. 718.

Как было сказано выше, предметом рассматриваемого преступления является чужое имущество. Таковым признается имущество, собственником которого является не лицо, виновное в хищении, а другой гражданин, юридическое лицо или иной собственник. Предметом хищения могут быть не только отдельные произведения или вещи, но и коллекции культурных ценностей, т.е. совокупность однородных или подобранных по определенному признаку разнородных предметов, которые, независимо от культурной ценности каждого из них в отдельности, собранные вместе, имеют историческое, художественное, научное либо иное культурное значение, например, коллекции почтовых марок, старинных монет и т.д.
Поскольку в следственно-судебной практике возникает немало вопросов, связанных с отнесением вещей и документов к предмету преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ <*>, в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 года "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности" разъясняется, что особая историческая, научная или культурная ценность похищенных предметов или документов определяется на основании экспертного заключения с учетом не только их стоимости в денежном выражении, но и значимости для истории, науки, культуры <**>.
   --------------------------------

<*> См.: Щерба С.П., Приданов С.А. Производство по делам о хищениях предметов, имеющих особую ценность // Российская юстиция. 1996. № 8. С. 51.
<**> См.: Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации (СССР, РСФСР) по уголовным делам. М.: Кодекс, 2001. С. 210.

Рассматриваемое посягательство представляет собой не форму, а особый вид хищения, выделенный законодателем в специальную норму исходя из особенностей предмета хищения. Исходя из этого, законодатель специально указал (формулируя признаки состава рассматриваемого преступления), что имеется в виду деяние в отношении указанных предметов независимо от способа хищения.
Полагаем при этом, что достаточно спорным является вопрос о том, на какой стадии следует считать изучаемое деяние оконченным, если оно совершено путем разбоя. Здесь возможны два варианта: а) на этапе нападения с целью хищения; б) в момент фактического завладения.
Мнения ученых по данному вопросу разделились. Так, некоторые авторы полагают, что разбой с целью хищения предметов, имеющих особую ценность, следует считать оконченным в момент фактического завладения соответствующими предметами или документами <*>. Вопрос квалификации хищения путем разбоя предметов, представляющих особую культурную ценность, в связи с изложенным вызывает определенную сложность в судебной практике. Объясняется это некоторой несогласованностью редакции статей 164 и 162 УК РФ. В диспозиции статьи 164 УК РФ имеется в виду хищение, которое считается оконченным при фактическом изъятии и обращении виновным в свою пользу предметов, имеющих особую культурную ценность. Согласно же статье 162 УК РФ разбой считается оконченным преступлением в момент нападения на потерпевшего, а не в момент завладения имуществом. Буквальное толкование диспозиции статьи 164 УК РФ дает основание утверждать, что хищение предметов, имеющих особую ценность, путем разбоя следует признавать оконченным не в момент нападения, а в момент фактического изъятия имущества у собственника <**>.
   --------------------------------

<*> См.: Сабитов Г.Р. Охрана культурных ценностей. Уголовно-правовые и криминологические аспекты. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Омск, 2002. С. 7.
<**> См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть. М.: Норма, 1996. С. 148 - 150.

Однако такое разъяснение, по нашему мнению, которое полностью совпадает с мнением О.Ф. Шишова, высказанным им в комментарии к УК РФ <*>, представляется неточным, поскольку оно противоречит юридической природе разбоя. Автор не поддерживает эту позицию, считая, что такая точка зрения недостаточно обоснована.
   --------------------------------

<*> См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть. М.: Новая Волна, 1998. С. 51 - 52.

Во-первых, никакого прямого предписания уголовного закона относительно признания момента окончания преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ, не существует.
Во-вторых, общепризнано, что состав разбоя не материальный, а формальный. В этой связи указанное деяние признается оконченным в момент нападения, а не в момент завладения имуществом. При разбойном нападении с целью хищения предметов или документов, имеющих особую ценность, юридическая природа разбоя не изменяется, преступление остается оконченным с момента нападения со всеми вытекающими из этого факта юридическими последствиями.
Целесообразно, чтобы Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, как выйти из сложившейся ситуации. В противном случае следование изложенной выше точке зрения может привести к парадоксальной ситуации, когда разбойное нападение на квартиру с целью хищения из нее ста рублей станет считаться оконченным в момент нападения, со всеми вытекающими из этого последствиями, а разбойное нападение на жилище с целью хищения из него картин, имеющих особую культурную ценность, будет признано оконченным только в момент завладения картинами. Чтобы этого не случилось, Пленуму Верховного Суда Российской Федерации необходимо дать разъяснение относительно момента окончания хищения предметов, имеющих особую ценность, совершаемого путем разбоя.
С объективной стороны, по мнению Ляпунова Ю.И. и Братанова В.В., рассматриваемое преступление выражается в корыстном противоправном безвозмездном изъятии и (или) обращении любым способом, в том числе путем разбоя, предметов, имеющих особую культурную ценность, в пользу виновного или других лиц. Обязательный объективный признак рассматриваемого преступления - наступление последствий в виде причинения реального ущерба собственнику <*>. Если хищение совершалось различными способами, причиненный ущерб оценивается в совокупности.
   --------------------------------

   ------------------------------------------------------------------

--> примечание.
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - М.: Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 2000.
   ------------------------------------------------------------------

<*> См.: Ляпунов Ю.И. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М.: Норма-Инфра-М, 2001. С. 378; Братанов В. В. Хищения культурных ценностей. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2002. С. 9.

С таким суждением вряд ли можно согласиться. Дело в том, что наличие признака причинения материального ущерба собственнику или иному владельцу предметов, имеющих особую ценность, зависит от выбранного виновным способа хищения этих предметов, который определяет момент окончания преступления. При хищении их путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты, грабежа преступление признается оконченным с момента завладения предметами или документами, имеющими особую ценность, и получения виновным возможности распорядиться ими. В этом случае признак причинения материального ущерба собственнику или иному владельцу этих предметов или документов действительно обязателен. Однако ситуация изменяется, если рассматриваемое преступление совершается путем разбоя. Оконченным оно признается с момента нападения, а не тогда, когда виновный завладел указанными предметами или документами. Исходя из этого, автор полагает, что признак причинения материального ущерба собственнику или иному владельцу предметов или документов, имеющих особую ценность, не является при такой ситуации необязательным.
С субъективной стороны данная разновидность хищения характеризуется виной в форме прямого умысла. При этом сознанием виновного, хотя бы в общих чертах, должен охватываться тот факт, что им похищается предмет, имеющий особую историческую, научную, художественную или культурную ценность. Если сознанием виновного не охватывался факт хищения указанных предметов и документов, содеянное не может быть квалифицировано по статье 164 УК РФ.
Обязательным признаком субъективной стороны рассматриваемого преступления является корыстная цель, то есть стремление виновного получить материальную выгоду незаконным путем.
По признакам субъективной стороны анализируемый вид хищения можно отграничивать от других преступных посягательств на культурные ценности. Указанными соображениями следует руководствоваться, отграничивая хищение предметов и документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, от совершения действий, направленных на уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ). При разграничении рассматриваемых составов преступлений по признакам субъективной стороны основное внимание следует уделять целям и мотивам содеянного. Хищения предметов и документов, имеющим особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, совершаются с корыстной целью (мотивом). В то время как действия, направленные на уничтожение или повреждение памятников истории и культуры, совершаются не по корыстным, а по хулиганским и иным побуждениям <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Щерба С.П., Приданов С.А. Производство по делам о хищениях предметов, имеющих особую ценность // Российская юстиция. 1996. № 8. С. 51.

Субъектом рассматриваемого преступления является вменяемое физическое лицо, совершившее это деяние и способное нести за него уголовную ответственность, т.е. достигшее 16 лет. Система признаков, характеризующих субъект хищения предметов, имеющих особую ценность, образует соответствующий элемент состава преступления.
Общим условием уголовной ответственности по ст. 164 УК РФ является наличие трех обязательных признаков, характеризующих лицо как субъект преступления: физическое лицо; вменяемое лицо; лицо, достигшее возраста уголовной ответственности за соответствующую форму хищения, которой воспользовался виновный.
Перечисляя обязательные признаки субъекта преступления, законодатель не упоминает о факультативных признаках, характеризующих специального субъекта (должностное положение, отношение к воинской обязанности и т.п.), которые применительно к конкретному составу преступления могут быть обязательными, если включаются в них. Субъект хищения предметов, имеющих особую ценность, - общий, следовательно, необходимо рассмотреть, какое содержание вкладывает законодатель в понятие общего субъекта применительно к данному составу преступления.
Под вменяемостью понимается способность лица во время совершения хищения осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими <*>.
   --------------------------------

<*> См. Павлов В.Г. Субъект преступления в уголовном праве. М.: Герда, 1998. С. 74.

При хищении возможна так называемая возрастная невменяемость. Например, органами следствия гражданину Н. было предъявлено обвинение в совершении хищения предметов, имеющих особую ценность, которое квалифицировано по части 1 ст. 164 УК РФ. Судебной коллегией по уголовным делам Смоленского областного суда установлено совершение Н. деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 164 УК РФ, однако от уголовной ответственности он освобожден на основании ч. 3 ст. 20 УК РФ. Государственный обвинитель в протесте поставил вопрос о необоснованном освобождении от уголовной ответственности гражданина Н. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации протест оставила без удовлетворения, указав следующее. Из исследованных судом материалов дела стало видно, что Н. по умственному развитию отстает от своих сверстников. Обучаясь в школе, он не научился читать и писать. По заключению экспертов, проводивших медико-психологическую экспертизу, у Н. имеются признаки врожденного умственного недоразвития в форме легкой степени дебильности с эмоционально-волевыми нарушениями. С учетом его личностных особенностей развития и поведения Н. не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность совершаемых им противоправных действий, а также в полной мере руководить ими.
В истории развития уголовного законодательства России возраст, по достижении которого субъект мог быть привлечен к уголовной ответственности за хищение предметов, имеющих особую ценность, определялся по-разному. Указание законодателя на необходимость достижения определенного возраста, с которого наступает уголовная ответственность, означает, что субъектом преступления может быть только лицо, находящееся на такой ступени интеллектуального возрастного развития, которая дает ему возможность осознавать характер и общественную опасность своих поступков и наступающих вредных последствий и руководить своим поведением, имея при этом возможность выбора. Несмотря на то что к настоящему времени наблюдается феномен ускоренного развития молодежи, законодатель установил возраст, по достижении которого наступает уголовная ответственность за совершение рассматриваемого преступления, - 16 лет. В данном случае имелось в виду, что у подростков более раннего возраста интеллект еще недостаточно развит для осознания совершенного деяния.
В то же время надо отметить следующее. На наш взгляд, общественная опасность хищения предметов, имеющих особую ценность, вполне очевидна для современного подростка, так как при совершении этого преступления виновные понимают, что посягают на достояние России. Это дает основание признать, что лица, совершающие хищения предметов, имеющих особую ценность, в 14-летнем возрасте, сознают, в чем состоит опасность совершаемых ими действий, и могут руководить ими <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Приданов С.П., Щерба С.П. Преступления, посягающие на культурные ценности России: квалификация и расследование. М.: ЮрЛитИнфор, 2002. С. 309 - 312.

Совершение такого преступления, как хищение предметов, имеющих особую ценность, само по себе достаточно убедительно характеризует общественную опасность содеянного и личность виновного. Однако это не исключает необходимости тщательно исследовать особенности личности преступника. Всестороннее изучение личности субъекта хищения предметов, имеющих особую ценность, необходимо для назначения справедливого наказания виновному. Имеет оно определенное значение также для выявления причин и условий, способствующих совершению преступления.
Квалифицирующие признаки хищения предметов, имеющих особую ценность (ч. 2 ст. 164 УК РФ), предусматривают повышенную ответственность за данное деяние, если оно совершено:
а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. "а" ч. 2 ст. 164 УК РФ) (эти понятия разъяснены применительно к краже);
б) в крупном размере (п. "б" ч. 2 ст. 164 УК РФ) (неоднократность разъяснена применительно к краже);
в) повлекло уничтожение, порчу или разрушение указанных в ч. 1 ст. 164 УК предметов и документов. Уничтожение предметов или документов - приведение их в полную негодность, когда они полностью утрачивают свою ценность. Разрушение - синоним уничтожения. Порча - причинение такого вреда предметам, который не исключает возможности их применения по прямому назначению, не уничтожает их особую ценность, но понижает ее. Отношение виновного к уничтожению, порче, разрушению предметов может быть как умышленным, так и неосторожным. При этом дополнительной квалификации по статьям 167 и 168 УК РФ не требуется.

Статья 165. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием

Комментарий к статье 165

Нельзя недооценивать состав ст. 165 УК РФ, ибо начиная с 1997 года количество зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 165 УК РФ, неуклонно растет. И растет довольно-таки быстрыми темпами: в 1997 г. в целом по России зарегистрировано 16811 таких правонарушений, в 1998 г. - 25226 и в 1999 г. - 29702 (по сравнению с 1997 годом рост на 76,7%). С 1997 по 1999 гг. увеличилось и количество рассматриваемых преступлений, уголовные дела о которых окончены производством. Так, если в 1997 году таких правонарушений насчитывалось 15799, в 1998 г. - 24707, то в 1999 г. - 29610 (рост на 53,3%). Также возросло число выявленных лиц, их совершивших (с 12129 человек в 1997 г. до 25242 - в 1999 г., т.е. на 52% больше).
Диспозиция ст. 165 УК РФ разбита на три части и несколько схожа с составом ст. 159 УК. Часть 1 ст. 165 УК гласит: "Причинение имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения". Объектом данного преступления, как и при хищении, являются отношения собственности.
В вышеуказанной диспозиции мы еще раз, не боясь повторения, напомним читателю о понятиях "обмана" или "злоупотребления доверием". Как уже отмечено нами и правоведами, данные понятия не введены в "обращение" ни в УК, ни в ГК РФ. Иначе говоря, законодатель не дает легальных определений указанных понятий, что, безусловно, затрудняет правоприменение.
   ------------------------------------------------------------------

--> примечание.
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - М.: Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 2000.
   ------------------------------------------------------------------

Обман - это прежде всего умышленное искажение действительного положения вещей, сознательная дезинформация контрагента, преднамеренное введение его в заблуждение относительно определенных фактов, обстоятельств, событий в целях побудить его по собственной воле, фальсифицированной, однако, ложными сведениями или умолчанием об истине, передать имущество мошеннику (см.: Комментарий к УК РФ / Под общ. ред. Скуратова Ю.М. и Лебедева В.М. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1996. С. 351). Судебные органы дают примерно такое же определение "обману", но несколько укороченное (см.: Бюллетень ВС РСФСР. 1982. № 2. С. 14).
Злоупотребление доверием заключается в использовании преступником особых, доверительных отношений, сложившихся между ним и собственником или владельцем имущества, в основе которых лежат, как правило, гражданско-правовые (либо трудовые) отношения, вытекающие из договора, соглашения. Например, лицо, приобретая по договору под реализацию товар, в сущности получает товарный кредит (отсрочку платежа на короткое время), имеет намерение безвозмездно, без фактического выполнения принятых на себя обязательств, обратить этот товар (имущество) в свою пользу либо в пользу других лиц.
Итак, мы видим, что как "обман", так и "злоупотребление доверием" характерны как для мошенничества (ст. 159 УК), так и для причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК), что свидетельствует не столько о близости, сколько о схожести в этом смысле составов преступлений, предусмотренных ст. 159 и ст. 165 УК.
Способ совершения этого преступления такой же, как при мошенничестве, а именно: обман или злоупотребление доверием. Отличие его от мошенничества определяется отсутствием хотя бы одного из признаков хищения.
При совершении данного преступления обычно отсутствует признак изъятия имущества из обладания (из фондов) собственника. Имущественную выгоду преступник извлекает не путем завладения чужим имуществом, а путем непередачи должного. Например, в результате обмана или злоупотребления доверием виновный уклоняется от уплаты различных платежей, предусмотренных законодательным актом. Следует иметь в виду, что уголовная ответственность за уклонение от уплаты налогов и таможенных платежей регулируется специальными нормами (ст. ст. 194, 198, 199 УК) (см.: Уголовное право Российской Федерации: Учебник. Особенная часть / Под ред. Борзенкова Г.Н. и Комиссаровой В.С. М.: Олимп-АСТ, 1997. С. 237).
Говоря иначе, ущерб собственнику причиняется путем непередачи ему имущества, которое он должен был получить (см.: Комментарий к УК РФ / Отв. ред. Наумов А.В. М.: Юристъ, 1996. С. 426).
Однако вернемся к понятию "собственник или иной владелец имущества". Новый УК расширил понятие "собственник", присовокупив к нему "иного владельца имущества". В этом случае следует обратиться к ст. 305 ГК РФ, в которой в качестве иных законных владельцев могут выступать лица, хотя и не являющиеся собственниками, но владеющие имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это как юридические, так и физические лица.
Предметом преступления может быть любое имущество (см. комментарий к ст. 158 УК).
Объективная сторона характеризуется действиями, состоящими в обмане или злоупотреблении доверием, в результате чего собственнику или иному законному владельцу причиняется ущерб, однако, как указывает законодатель, при этом "отсутствуют признаки хищения". Например, обман будет иметь место тогда, когда виновный, используя электроэнергию, не производит соответствующей оплаты, изменив при этом показания счетчика.
Злоупотребление доверием будет в случаях, когда проводник поезда провозит без билета пассажира, получив от него плату за проезд.
Данное преступление не должно содержать конструктивных признаков хищения. Определяющим признаком хищения является переход имущества из владения собственника во владение виновного. Таким образом, происходит уменьшение имущественной массы собственника или законного владельца и соответственно увеличение имущественного достояния виновного или иных лиц, которым может быть передано имущество (см.: Уголовное право: Учебник. Т. 2. Особенная часть / Под ред. Игнатова А.Н. и Красикова Ю.А. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1998. С. 215).
Еще раз подчеркнем, что уменьшения имущественного положения потерпевшего не происходит, а ущерб причиняется за счет недополученного дохода (упущенной выгоды), который потерпевший должен получить, если бы уполномоченное лицо выполнило свои обязательства надлежащим образом (см. ст. 309 ГК РФ).
   ------------------------------------------------------------------

--> примечание.
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - М.: Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 2000.
   ------------------------------------------------------------------

С фактической стороны причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием может выражаться в различных формах (см.: Комментарий к УК РФ / Под ред. Скуратова Ю.И. и Лебедева В.М. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. С. 367).
Прежде всего оно может состоять в неуплате пошлин (либо занижении их размера), а равно иных обязательных платежей в федеральный или местный бюджет путем заключения, к примеру, договора безвозмездного пользования имуществом с целью прикрыть фактическую сделку купли-продажи; путем занижения фактической стоимости земельного участка или недвижимого имущества при совершении сделки по их приобретению.
В этой связи следует учитывать и такое обстоятельство. Лицо предоставляет подложные документы с целью уменьшения налогооблагаемой базы и снижения размера подоходного налога. Как квалифицировать такие действия? Очевидно, что как противоправное деяние по ст. 165 УК, если при этом отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ст. 198 УК РФ ("Уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица"). Однако при этом возможен и другой вариант. Лицо, совершая преступление, предусмотренное ст. 165 УК, представляет поддельный документ, но при этом это же лицо и подделывает такой документ. Тогда его действия должны квалифицироваться по совокупности ст. 165 и ч. 1 либо ч. 2 ст. 327 УК РФ.
По ст. 165 УК РФ должно квалифицироваться также корыстное завладение имуществом, которое должно было поступить в доход государства, но еще не стало государственной собственностью. Так, Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении по делу В. признал, что совершение осужденными действий, направленных на то, чтобы путем обмана, выдавая себя за законных наследников, получить вклад, принадлежащий умершей А., не является хищением денежных средств из государственных фондов, а представляет собой причинение имущественного ущерба путем обмана при отсутствии признаков хищения (см.: Вестник Верховного Суда СССР. 1991. № 12. С. 5 - 6).
Разновидностью данного преступления является причинение имущественного ущерба собственнику без завладения имуществом путем его незаконной эксплуатации лицом, которому это имущество было вверено по работе (например, использование в личных целях транспортного средства или механизма государственного предприятия).
По ст. 165 может квалифицироваться также уклонение путем обмана или злоупотребления доверием от оплаты полученной услуги материального характера, например, от платы за пользование электрической энергией или газом, за длительную поездку на такси и т.п.
Некой спецификой обладает присвоение поступающей от граждан оплаты определенных услуг, осуществляемой тем или иным лицом в обход установленного порядка (например, получение проводником вагона платы за безбилетный провоз пассажиров или грузов; получение дополнительной платы слесарем станции техобслуживания автомобилей за не указанную в наряде работу; присвоение работником типографии платы за неучтенную часть тиража заказанного издания и т.п.).
При этом необходимо иметь в виду, что использование при выполнении "левого" заказа материалов, принадлежащих собственнику-предприятию, не охватывается составом рассматриваемого преступления и должно дополнительно квалифицироваться как хищение чужого имущества в соответствующей форме (растрата или кража).
   ------------------------------------------------------------------

--> примечание.
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - М.: Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 2000.
   ------------------------------------------------------------------

В последние годы широкое распространение получила и такая форма причинения имущественного ущерба путем обмана, как пользование поддельными проездными билетами, абонементами и т.п. По ст. 165 УК эти действия квалифицируются лишь при условии, что эти документы приобретены, но не изготовлены пользователями (см.: Комментарий к УК РФ / Под ред. Скуратова Ю.И. и Лебедева В.М. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. С. 368).
Самовольное использование чужих транспортных средств и механизмов, находящихся под контролем лица (шофера, экскаваторщика, бульдозериста и др.), в целях извлечения материальной выгоды подпадает под признаки данного состава преступления, ибо происходит амортизация технических средств, отвлечение их от производства требуемых по графику работ и т.д. (см.: Уголовное право России: Учебник. Т. 2 / Под ред. Игнатова А.Н. и Красикова Ю.Н. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1998. С. 215).
Законодатель не указывает размер "причиненного имущественного ущерба" собственнику или иному владельцу. Следует полагать, что "причинение имущественного ущерба" - это оценочное понятие. Следователь (лицо, производящее дознание), а равно суд должны в каждом конкретном случае решать вопрос о размере ущерба. Естественно, если имущественный ущерб потерпевшему оценен в 100, 200 или даже 500 рублей, то это малозначительное правонарушение, за которое лицо не подлежит уголовной ответственности по ст. 165 УК РФ (см. ч. 2 ст. 14 УК РФ).
Субъектом преступления может быть любое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста, как частное, так и работник, служащий учреждения или предприятия. Должностные лица, совершающие такого рода действия, должны отвечать за должностное преступление по ст. ст. 201, 285 УК либо как за получение взятки (ст. 290 УК РФ).
Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом на извлечение материальной выгоды за чужой счет. Сознанием виновного должно охватываться причинение имущественного ущерба собственнику или законному владельцу имущества. Виновный руководствуется корыстными мотивами и преследует цель незаконного получения имущественной выгоды.
Рассмотрим квалифицирующие признаки причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, предусмотренные в анализируемой нами правовой норме.
Часть 2 статьи 165 УК РФ предусматривает ответственность за совершение указанного противоправного деяния:
группой лиц по предварительному сговору;
либо в крупном размере (превышает 250 тысяч рублей - примечание 4 к ст. 158 УК РФ).
Напомним читателю, что преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления (ч. 2 ст. 35 УК РФ).
В части 3 ст. 165 УК РФ содержатся следующие квалифицирующие признаки:
совершение преступления организованной группой (п. "а");
причинившее особо крупный ущерб (п. "б") - 1 млн. рублей.
Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершение одного или нескольких преступлений (ч. 3 ст. 35 УК РФ).
Правоведы указывают и на следующую особенность анализируемого преступления. Так, для признания его оконченным не всегда требуется, чтобы виновный обязательно успел получить спланированную им имущественную выгоду.
Например, "лицо, производившее работы на вверенном ему бульдозере и не успевшее получить от заказчика обусловленную плату, несет ответственность за оконченное преступление, поскольку имущественный ущерб организации, которой принадлежит бульдозер, уже причинен (непродуктивно использовано затраченное на "левую" работу время, не возмещены амортизационные расходы и проч.)".
Говоря об эффективности уголовно-правовой борьбы с рассматриваемым видом преступлений, следует отметить, что с момента введения в действия нового Уголовного кодекса Российской Федерации число осужденных лиц по ст. 165 УК РФ имеет устойчивую тенденцию к росту и в 1999 году увеличилось почти на 60% (по сравнению с 1997 г.). Так, по данным Министерства юстиции Российской Федерации в 1997, 1998 и 1999 годах по данной статье УК РФ в целом по России осуждено соответственно 6400, 12542 и 15350 человек.

Статья 166. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения

Комментарий к статье 166

Объектом преступления является автомобиль или иное транспортное средство (ТС).
Объективная сторона состоит в неправомерном завладении автомобилем (ТС) без цели хищения (угон).
Зачастую ущерб может заключаться в так называемой "упущенной выгоде", то есть в неполучении ожидаемого дохода собственником от эксплуатации ТС. Помимо всего, угонщик, как правило, не проявляет заботливости при неправомерном завладении ТС, в т.ч. о его сохранности, ибо считает, что пользуется автомобилем временно, к тому же не своим транспортом, а чужим.
Следующий момент. Неправомерное завладения ТС считается оконченным преступлением с того момента, когда автомобиль (транспорт) приведен в движение или угнан с места стоянки иным (любым) способом.
Субъект преступления - лицо, достигшее 14 лет (ч. 2 ст. 20 УК РФ).
Субъективную сторону преступления составляет вина в форме прямого умысла. Отсутствие цели хищения ТС является обязательным. Однако если виновный угоняет автомобиль с целью хищения и (или) для дальнейшего его разукомплектования и последующей продажи его деталей как запчастей, то содеянное должно инкриминироваться как хищение.
В диспозиции ч. 1 ст. 166 УК однозначно указано, что ответственность виновного лица за неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством наступает даже в том случае, если умысел правонарушителя и не был направлен на хищение (угон) ТС.
Однако и в вышеуказанном случае, при отсутствии у угонщика цели хищения, собственнику ТС все-таки причиняется ущерб. Этот ущерб выражается в амортизации ТС и лишении его возможности, иногда на длительное время, пользоваться ТС по своему усмотрению.
Статья 148.1 УК 1960 г. (в ред. Федерального закона от 1 июля 1994 г.) объединила в одной норме ответственность за угон транспортного средства и за неправомерное завладение лошадью и иным ценным имуществом. Такая конструкция нормы создавала трудности для судебной практики и вызвала обоснованную критику. В настоящей редакции угон выделен в особый состав. Что касается временного пользования иным имуществом, то оно влечет гражданскую ответственность либо может быть квалифицированно по ст. 165 настоящего Кодекса при наличии признаков предусмотренного в нем деяния.
"Проникновение лица в кабину ТС, попытка запустить двигатель должны квалифицироваться как покушение на угон..." (см.: Комментарий к УК РФ (с постатейными материалами). Минюст РФ / Под общ. ред. С.И. Никулина. М.: Изд-во "Менеджер" сов. с изд-вом "Юристъ", 2000. С. 491).
Все квалифицирующие признаки, указанные в ч. ч. 2, 3 и 4 данной статьи, соответствуют признакам кражи, грабежа, разбоя, что описано нами выше (см. комментарий к ст. ст. 158, 161 и 162 УК РФ).
Судебная практика придерживается следующей позиции. Шофер, отстраненный от работы на автомашине и совершивший ее угон в личных целях, обоснованно признан виновным в преступлении, предусмотренном ст. 212.1 УК РСФСР (ст. 166 УК РФ) (Постановление Президиума Кемеровского областного суда по делу К. // БВС РСФСР. 1976. № 10. Ст. 16).
И последнее. Следует не забывать, что к ТС как к предмету данного преступления относятся автомобиль или иное транспортное средство. В соответствии с примечанием к ст. 264 УК, к ТС относятся троллейбусы, различные трактора и иные самоходные машины, а также мотоциклы и иные механические транспортные средства. Согласно Правилам дорожного движения, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 г., предметом угона могут выступать автомобили всех типов и моделей, любые механические транспортные средства, снабженные автономным двигателем с рабочим объемом более 50 куб. см и имеющие конструктивную скорость более 40 км/час.
"Иные механические транспортные средства" согласно Правилам дорожного движения - это машины, выполняющие не транспортные, а иные функции (грейдеры, скреперы, асфальтоукладчики, комбайны и проч.), но способные самоходом передвигаться по дорогам, водители которых при этом обязаны руководствоваться названными Правилами. Не относятся к механическим транспортным средствам, а потому не могут быть предметом данного преступления мотоколяски, мопеды, мотики, мокики, велосипеды с подвесным мотором и другие средства передвижения с двигателем, рабочий объем которого не превышает 50 куб. см.
Не являются предметом комментируемого преступления суда воздушного и водного транспорта, а также железнодорожный подвижной состав. Их угон или захват в целях угона квалифицируются по ст. 211.
По делам о неправомерном завладении автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения размер причиненного ущерба определяется исходя из понесенных владельцем фактических убытков.

Статья 167. Умышленные уничтожение или повреждение имущества

Комментарий к статье 167

Общественная опасность рассматриваемого преступления обусловлена тем обстоятельством, что в результате действий виновного нередко причиняется материальный вред, который впоследствии устранить невозможно, особенно в случаях, когда уничтожаются или повреждаются культурные ценности.
Общим объектом рассматриваемого преступления является собственность. Однако факультативным объектом могут быть жизнь и здоровье людей, отношения, связанные с культурой страны.
Непосредственным объектом выступает жизнь и здоровье личности, чужое имущество.
Предметом анализируемого преступления может быть любое имущество, представляющее материальную ценность. В отличие от хищения в качестве предмета преступного посягательства могут выступать и такие ценности, которые не могут быть похищены (здания, сооружения и иная недвижимость), уголовная ответственность за уничтожение и повреждение которых предусмотрена другими статьями УК (см. ст. ст. 243, 244, 267, 325, 346).
Объективная сторона преступления выражается в уничтожении или повреждении чужого имущества. Уничтожение или повреждение имущества различается в зависимости от характера и тяжести причиненного ущерба. Если в результате поведения виновного имущество стало негодным временно или частично и после затраты средств и труда на восстановление его прежнего качества может быть использовано по целевому назначению, налицо повреждение имущества; имущество признается уничтоженным при постоянной или полной утрате им своего качества и ценности, т.е. при полной невозможности использовать имущество по его хозяйственному или иному целевому назначению (например, невозможность оставить в экспозиции музея полностью поврежденное произведение искусства).
В отличие от хищения чужого имущества виновный в его уничтожении или повреждении не преследует корыстной цели. Поэтому если уничтожение или повреждение имущества являлось составной частью хищения, то квалифицировать как хищение содеянное по ст. 167 УК было бы, по нашему мнению, неправильно. Такие случаи могут иметь место, когда, например, имущество повреждается для того, чтобы устранить препятствие для совершения хищения (взламывается входная дверь в помещение, где хранятся ценности, и т.п.).
В случае если уничтожается или повреждается имущество хотя и в связи с хищением, но это уничтожение или повреждение образуют самостоятельное преступление, содеянное квалифицируется по совокупности (например, если с целью сокрытия следов совершенного хищения имущества из склада совершается его поджог, то действия виновного квалифицируются по ст. 158 и ч. 2 ст. 167 УК РФ).
Кроме того, уничтожение и повреждение чужого имущества может выступать в качестве последствия таких преступлений, как терроризм (ст. 205), угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава (ст. 211), массовые беспорядки (ст. 212), хулиганство (ст. 213), вандализм (ст. 214), жестокое обращение с животными (ст. 245), диверсия (ст. 281), а также преступления в сфере компьютерной информации (ст. ст. 272, 273).
С объективной стороны состав преступления предполагает наличие: а) деяния; б) последствий и в) причинной связи между деянием и последствиями.
Деяние выражается в действиях или бездействии (например, непринятие мер по тушению возгорания).
Результатом действия или бездействия должно быть уничтожение или повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба.
Уничтожение - это приведение материальных ценностей в состояние, когда они полностью утрачивают свою экономическую ценность и не могут быть использованы по своему назначению.
При повреждении имущества причиняется вред, который существенно снижает его экономическую ценность и влечет частичную утрату его потребительских свойств. Однако поврежденные предметы могут быть восстановлены и вновь использоваться по назначению. При этом, естественно, снижается ценность и качество имущества.
Ущерб оценивается как значительный исходя из конкретных обстоятельств. При этом учитывается не только стоимость, но и материальное положение потерпевшего, значение уничтоженного или поврежденного имущества для потерпевшего, возможность его восстановления. При отсутствии значительности ущерба деяние не является преступным.
Данное преступление может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Мотивы не имеют квалифицирующего значения, однако позволяют отграничить анализируемое деяние от смежных преступлений (терроризм, хулиганство и др.).
По ч. 1 анализируемой статьи УК субъектами преступления являются лица, достигшие 16-летнего возраста.
Часть 2 ст. 167 УК РФ предусматривает ответственность за уничтожение или повреждение чужого имущества из хулиганских побуждений путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом (например, затопление, организация аварии транспорта и т.д.).
Прежде чем комментировать данный состав преступления, следует отметить, что нормы права, регламентирующие ответственность за возникновение пожаров (с момента принятия УК РСФСР 1961 года), впервые были существенно реформированы Законом Российской Федерации от 1 июля 1994 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" <*>. В частности, ранее действовавшие правовые нормы, предусматривающие ответственность за умышленное уничтожение или повреждение государственного или общественного имущества (ч. 2 ст. 98 УК РСФСР), а также личного имущества граждан (ч. 2 ст. 149 УК РСФСР), совершенные путем поджога, были объединены в одну часть - ч. 2 статьи 149 УК РСФСР ("Умышленное уничтожение или повреждение имущества"), которая охватывала действия, предусмотренные частью первой настоящей статьи (умышленное уничтожение или повреждение имущества, причинившее значительный ущерб), совершенные путем поджога или иным общественно опасным способом либо повлекшие человеческие жертвы или иные тяжкие последствия, либо умышленное существенное повреждение или уничтожение лесных массивов путем поджога.
   --------------------------------

<*> О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР: Закон Российской Федерации от 1 июля 1994 г. // Сборник законодательных актов Российской Федерации. 1994. № 10. Ст. 1109.

Анализ ранее действовавшей (до 1 января 1997 г.) части 2 ст. 149 УК РСФСР и ч. 2 статьи 167 нового УК РФ показывает, что в ней не предусмотрена уголовная ответственность за нанесение вреда экологии, в том числе связанного с лесными пожарами, возникшими в результате поджога. Они перенесены в главу "Экологические преступления". Сравнение редакций указанных статей УК показывает, что объективная сторона преступления (действия), описанная в их диспозициях, не изменилась, и состоит она в "умышленном уничтожении или повреждении чужого имущества".
Касаясь последствий, указанных в ч. 2 ст. 167 УК РФ, следует отметить, что они также практически не изменились, если не брать во внимание применяемую законодателем терминологию.
Поджог - один из общеопасных способов уничтожения или повреждения имущества. К другим общеопасным способам можно отнести взрыв, затопление и иные способы, посредством которых вызываются большие стихийные разрушительные силы.
Уголовная ответственность за неоконченное преступление (покушение на поджог) наступает независимо от характера его последствий, в силу одной только опасности способа действия виновного (при наличии признаков состава преступления).
Если в результате поджога или иных действий, направленных на его совершение, имущество не было повреждено по причинам, не зависящим от воли виновного, содеянное должно рассматриваться в зависимости от направленности его умысла как покушение на уничтожение или повреждение имущества путем поджога.
Как показал анализ следственной практики, в ряде случаев у следователей возникали сложности при квалификации указанных деяний, сопряженных с применением такого общеопасного способа, как поджог, когда отсутствовали указанные в законе последствия.
Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога влечет уголовную ответственность по части второй статьи 167 УК РФ только в случае реального причинения потерпевшему значительного ущерба. Если в результате указанных действий, непосредственно направленных на поджог чужого имущества, предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то содеянное при наличии у него умысла на причинение значительного ущерба должно рассматриваться как покушение на умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога.
Умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, надлежит квалифицировать по части первой статьи 167 УК РФ, если потерпевшему причинен значительный ущерб.
При решении вопроса о том, причинен ли значительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, например, в зависимости от рода его деятельности и материального положения либо финансово-экономического состояния юридического лица, являющегося собственником или иным владельцем уничтоженного либо поврежденного имущества.
Возникает вопрос, что подразумевается под "теми же деяниями", о которых говорится в ч. 1 ст. 167, - только лишь умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества или необходимо, чтобы эти деяния повлекли причинение значительного ущерба.
На тот момент, когда проходил указанный выше Пленум Верховного Суда СССР от 2 марта 1989 г. <*>, действовали статьи о поджогах (ч. 2 ст. 98 УК и ч. 2 ст. 149 УК), в которых полностью описывались деяния, предусмотренные первыми частями соответствующих статей УК. Например, ч. 2 ст. 149 УК РСФСР была сформулирована следующим образом: "Умышленное уничтожение или повреждение личного имущества граждан, совершенные путем поджога или иным общественно опасным способом либо повлекшие человеческие жертвы или иные тяжкие последствия", хотя в первой части речь шла об умышленном уничтожении или повреждении имущества, причинившем "значительный ущерб потерпевшему". То есть тогда законодатель не связывал часть вторую ст. 149 УК РСФСР с причинением значительного ущерба потерпевшему, поэтому в части второй не употребил выражение "те же деяния" или "действия, предусмотренные частью первой". И в данном случае было совершенно очевидно, что указанные последствия для поджога не должны быть в качестве обязательного признака объективной стороны преступления.
   --------------------------------

<*> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 2 марта 1989 г. утратило силу (см. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 г. № 141 (РГ. 2002. 19 июня)).

В части же второй новой статьи 167 УК РФ законодатель, характеризуя объективную сторону данного преступления, отсылает нас к диспозиции части первой названной статьи, употребляя словосочетание "те же деяния". А уголовно наказуемыми деяниями, предусмотренными ч. 1 ст. 167 УК РФ, могут быть лишь те, которые повлекли причинение значительного ущерба. Следовательно, для оконченного преступления, описанного в ч. 2 ст. 167 УК РФ, также требуется наличие таких последствий (значительного ущерба) (не менее 2500 рублей - см. примечание 2 к ст. 158 УК РФ).
Квалифицирующими признаками в ч. 2 ст. 167 УК РФ являются "те же деяния", совершенные из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия.
Если при уничтожении или повреждении чужого имущества путем поджога или иным общеопасным способом виновный предвидел и желал либо не желал, но сознательно допускал наступление таких последствий своего деяния, как смерть человека либо причинение вреда здоровью потерпевшего, содеянное представляет собой совокупность преступлений, предусмотренных частью второй статьи 167 УК РФ и, в зависимости от умысла и наступивших последствий, - пунктом "е" части второй статьи 105 или пунктом "в" части второй статьи 111 либо статьями 112, 115 УК РФ.
К тяжким последствиям умышленного уничтожения или повреждения имущества (часть вторая статьи 167 УК РФ) либо уничтожения или повреждения имущества по неосторожности (статьи 168 УК РФ) относятся, в частности, причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью хотя бы одному человеку либо причинение средней тяжести вреда здоровью двум и более лицам; оставление потерпевших без жилья или средств к существованию; длительная приостановка или дезорганизация работы предприятия, учреждения или организации; отключение потребителей от источников жизнеобеспечения - электроэнергии, газа, тепла, водоснабжения и т.п.
Галичским РОВД Костромской области было направлено в суд с обвинительным заключением уголовное дело в отношении Ч., которая, работая главным бухгалтером Галичского ГПТУ-11, совершила присвоение денежных средств и с целью сокрытия от ревизии допущенных ею финансовых нарушений подожгла находившиеся в шкафу бухгалтерии документы. В результате пожара часть документов была уничтожена, училищу причинен ущерб на сумму 707 тысяч рублей. Учитывая, что материальный ущерб не был значительным и умысел Ч. направлен только на уничтожение документов, следователем уголовное дело в части поджога в стадии предварительного следствия было прекращено за отсутствием состава преступления. Однако суд возвратил его на дополнительное расследование, указав в определении, что следствием не исследовался вопрос о наличии в действиях Ч. покушения на умышленное уничтожение чужого имущества. Из материалов дела усматривалось, что в тушении пожара принимали участие пожарные, его ликвидация продолжалась в течение часа, огнем были повреждены шкаф, столы, горела стена смежного кабинета. В случае задержки с ликвидацией пожара училищу мог быть причинен значительный материальный ущерб. Несмотря на то что действия Ч. были направлен только на уничтожение документов, она, совершив поджог в помещении бухгалтерии, из училища ушла, безразлично относясь к содеянному, хотя не могла не осознавать общественно опасный характер своих действий и не предвидеть возможных общественно опасных последствий от них, т.е. совершила данное преступление с косвенным умыслом. По данному факту ей было предъявлено обвинение в покушении на поджог, за что судом она и была осуждена. При этом суд в своем приговоре указал, что в данном случае материальный ущерб в значительном размере не наступил по не зависящим от воли Ч. причинам, так как пожар был своевременно ликвидирован пожарными, и ее действия квалифицированы как покушение на умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога, которое могло повлечь причинение значительного материального ущерба <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Архивное дело № 1-209 Галичского районного суда Костромской области.

В ночь с 4 на 5 февраля 1995 г. ранее судимый Л. на почве мести, подложив под входную дверь жилого дома Д., расположенного в селе Ст. Николаевка Подгоренского района Воронежской области, облитый дизельным топливом древесностружечный материал, с целью уничтожения жилища поджег его. Однако в связи с дождливой погодой огонь, незначительно повредив часть входной двери, далее не распространился, и горение прекратилось. Действия Л. были квалифицированы по ч. 2 ст. 149 УК РСФСР, и по приговору Подгоренского районного суда от 15 мая 1995 г. он был осужден к 5 годам лишения свободы. Данный приговор 20 августа 1995 г. в кассационном порядке Воронежским областным судом был изменен, и действия Л. им переквалифицированы на ст. 15 с ч. 2 ст. 149 УК РСФСР, поскольку не наступили уголовно наказуемые последствия, предусмотренные частью первой названной статьи УК <*>.
   --------------------------------

<*> См.: Архивное дело № 21-132 Подгоренского районного суда Воронежской области.

Сожжение отдельных вещей и предметов, не создавшее угрозы причинения вреда гражданам, а равно уничтожения или повреждения другого имущества, следует квалифицировать исходя из характера и тяжести последствий, указанных в статье УК об ответственности за умышленное уничтожение или повреждение имущества.
В соответствии с законом умышленное уничтожение или повреждение путем поджога собственного имущества не образует состава преступления. Однако если в результате такого поджога причинен вред чужому имуществу (в том числе членов семьи и т.д.), то действия виновного, желавшего или допускавшего наступление таких последствий, должны квалифицироваться как умышленное уничтожение или повреждение имущества, совершенное путем поджога. При неосторожном отношении лица, совершившего поджог своего личного имущества, к указанным последствиям содеянное, в случае гибели людей или наступления иных тяжких последствий, должно квалифицироваться по статье УК об ответственности за неосторожное уничтожение или повреждение имущества.
При поджоге своего собственного имущества уголовная ответственность наступает и тогда, когда поджог производится общеопасным способом и имелась угроза распространения пожара на близко расположенные строения. Но если поджог личного имущества совершается с целью получения страхового возмещения, такие действия рассматриваются как мошенничество и квалифицируются по совокупности ч. 2 ст. 167 и ст. 159 УК РФ.
В тех случаях, когда при умышленном уничтожении или повреждении имущества путем поджога потерпевшему по неосторожности были причинены смерть или тяжкие телесные повреждения, содеянное следует квалифицировать только по ч. 2 ст. 167 УК РФ. Если же виновный предвидел и желал либо сознательно допускал наступление этих последствий, содеянное должно квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 167 УК РФ и соответственно ст. ст. 105, 111 УК РФ.
Уголовная ответственность по ч. 2 ст. 167 УК РФ наступает с 14 лет (ст. 20 УК РФ).
Субъективная сторона рассматриваемого преступления - умысел. Умышленным уничтожением или повреждением чужого имущества следует признавать такие действия, при совершении которых лицо сознавало их общественно опасный характер, предвидело общественно опасные последствия этих действий и желало либо сознательно допускало наступление последствий.
Статья 167 УК РФ не содержит указания на цель уничтожения или повреждения имущества, поэтому ответственность по данной статье наступает как при совершении преступления с прямым, так и при совершении преступления с косвенным умыслом.
Особенно важен точный анализ субъективной стороны поджога, повлекшего человеческие жертвы или иные тяжкие последствия. Специфика субъективной стороны такого поджога состоит в том, что при умышленных действиях по уничтожению имущества путем поджога по отношению к вышеуказанным последствиям вина поджигателя может быть только неосторожной. Как правило, виновный не предвидит наступления таких последствий, хотя по обстоятельствам дела и своим личным качествам должен был и мог предвидеть.
Например, поджигая строение, виновный может и не предвидеть, что в нем находится человек и что граждане или пожарные при ликвидации пожара могут получить сильные ожоги. Однако, вызывая к действию силу огня, виновный имеет полную возможность предвидеть последствия своих действий.
Вина поджигателя по отношению к последствиям в виде человеческих жертв может выразиться в преступной самонадеянности: виновный хотя и предвидит возможность таких последствий, но легкомысленно рассчитывает на их предотвращение либо собственными силами, либо в результате вмешательства третьих лиц или действий самого потерпевшего. В этих случаях его действия полностью охватываются признаками состава умышленного уничтожения или повреждения имущества при отягчающих обстоятельствах и не требуют дополнительной квалификации по статьям УК, предусматривающим ответственность за преступления против личности.

Статья 168. Уничтожение или повреждение имущества по неосторожности

Комментарий к статье 168

Законодатель сконструировал ст. 168 УК РФ в виде одной (единой) части данной уголовно-правовой нормы. Уголовная ответственность в новой редакции ст. 168 УК РФ наступает за уничтожение или повреждение чужого имущества по неосторожности в случае:
а) уничтожения (повреждения) указанного имущества в крупном размере (более 250 тыс. рублей - примечание 4 к ст. 158 УК РФ);
б) совершения вышеобозначенных действий по уничтожению (повреждению) чужого имущества путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности.
Огонь - сила стихийная. Поэтому неосторожное обращение с ним, т.е. несоблюдение специально установленных или хотя бы заурядных житейских правил предосторожности по меньшей мере создает для виновного обязанность предвидеть любые вредные результаты своего поведения. Лицо, допустившее неосторожное обращение с огнем, по общему правилу не может ссылаться на то, что оно не должно было и не могло предвидеть тех или иных вредных последствий такой неосторожности. Установление того или иного психического отношения виновного к дальнейшим последствиям своих действий, как правило, может иметь значение лишь для определения степени вины, вида и меры наказания.
Общим объектом уничтожения или повреждения имущества является собственность. В качестве непосредственного объекта могут выступать жизнь и здоровье личности, чужое имущество. Предметом анализируемого преступления может быть любое чужое имущество, представляющее материальную ценность.
Объективная сторона преступления выражается в уничтожении или повреждении чужого имущества. О понятиях "уничтожение" и "повреждение" см. комментарий к рассмотренной выше ч. 2 ст. 167 УК РФ).
Неосторожное обращение с огнем может выразиться в любом несоблюдении противопожарных правил: разведении костров, оставлении непогашенного огня, курении в запрещенных местах и т.д., - если в результате этого возник пожар, которым было уничтожено или повреждено чужое имущество. Оно может выразиться и в таких действиях, как оставление без присмотра печей, электронагревательных приборов, неосторожное обращение с газом и т.п.
Для признания лица виновным в преступлении, предусмотренном ст. 168 УК РФ, необходимо установить совокупность следующих связанных событий:
1) неосторожное обращение с огнем или иными источниками повышенной опасности;
2) уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере.
Если такая совокупность не установлена, ответственность по указанной статье УК невозможна. Закон не ограничивает состав преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ, лишь случаями, когда действия виновного выразились в нарушении правил обращения непосредственно с открытым огнем: костром, паяльной лампой и т.д. Закон имеет в виду и нарушение правил предосторожности при пользовании любыми огнеопасными веществами и предметами, способными при неправильном обращении привести к загоранию и распространению пожара. Пожар может, например, возникнуть в результате неосторожного обращения с линией электропроводки, стрельбы в огнеопасных местах и т.п. Не исключена возможность воспламенения горючих материалов и в результате неправильной эксплуатации автомашины, трактора или иного двигателя внутреннего сгорания (например, от искры из выхлопной трубы).
По ст. 168 УК РФ квалифицируется, конечно, не само неосторожное обращение с огнем, а уничтожение или повреждение чужого имущества в результате несоблюдения правил предосторожности с огнеопасными источниками. Поэтому возникновение пожара даже в результате грубой неосторожности лица, не повлекшего реального повреждения имущества, состава преступления не содержит. Более того, закон подчеркивает: уничтожение или повреждение имущества в результате неосторожного обращения с огнем влечет уголовную ответственность лишь при условии, что пожар повлек уничтожение или повреждение имущества в крупном размере.
Под неосторожным обращением с источниками повышенной опасности понимается непринятие должных мер предосторожности во время осуществления деятельности, связанной с повышенной опасностью причинения вреда людям и имуществу (например, при использовании различных видов энергии: пара, электричества, сжатого газа, взрывчатых и реактивных веществ).
Субъектом преступления может быть лицо, достигшее 16 лет. Специфическую особенность рассматриваемого состава преступления составляет даже то, что с субъективной стороны действия виновного характеризуются неосторожной виной. Как по отношению к действию или бездействию (неосторожному обращению с огнем, иными источниками повышенной опасности), так и к последствиям (уничтожению или повреждению чужого имущества, сопровождающемуся тяжкими последствиями) психическое отношение виновного может выразиться или в преступной самонадеянности, или в преступной небрежности.
Если, нарушая правила обращения с огнем, огнеопасными приборами или веществами, виновный предвидит возможность возникновения пожара с его вероятными последствиями, но легкомысленно рассчитывает не допустить этого (например, полагает, что сумеет своевременно погасить огонь с помощью находящегося рядом огнетушителя), вина его состоит в преступной самонадеянности, коль скоро ему не удалось предотвратить пожар и наступление тяжких последствий.
При преступной небрежности виновный хотя и не предвидит возможности возникновения пожара с его тяжкими последствиями, однако должен был и мог их предвидеть.


   ------------------------------------------------------------------

--------------------

Автор сайта - Сергей Комаров, scomm@mail.ru