Законодательство
Выдержки из законодательства РФ

Законы
Постановления
Распоряжения
Определения
Решения
Положения
Приказы
Все документы
Указы
Уставы
Протесты
Представления







Статья: Банки России и Ближнего Востока: на трудном пути к сотрудничеству
("Управление в кредитной организации", 2008, № 4)

Официальная публикация в СМИ:
"Управление в кредитной организации", 2008, № 4



"Управление в кредитной организации", 2008, № 4

БАНКИ РОССИИ И БЛИЖНЕГО ВОСТОКА: НА ТРУДНОМ ПУТИ
К СОТРУДНИЧЕСТВУ

Кризис на мировых финансовых рынках настойчиво побуждает российский банковский бизнес искать партнеров в странах исламского мира, не затронутых пока кризисной турбулентностью. Это тем более актуально, если учесть, что исламским инвесторам принадлежат порядка 3 трлн долл. Исламские инвестиционные фонды совокупно управляют примерно 1 трлн долл. Объемы исламского рынка капиталов растут на 15 - 20% в год (включая депозиты на счетах в исламских банках, оцениваемые в 560 млрд долл.). Насколько возможно для российского финансового рынка привлечение средств от банков стран Персидского залива?

На недавнем заседании Круглого стола "Исламский банкинг: сущность и возможности для российского финансового рынка", проведенном Международным банковским клубом "Аналитика без границ" и Национальной валютной ассоциацией (23 апреля 2008 г., Москва, конференц-зал ММВБ), были высказаны весьма существенные аргументы в пользу того, что существует взаимная заинтересованность финансовых институтов России и Ближнего Востока, которая неизбежно приведет к сотрудничеству.
Собственно говоря, иначе и не может быть. Несмотря на свою экзотичность, исламский банкинг спокойно идет по всему миру. Все крупнейшие западные банки имеют "исламские окна". Сам центр исламского банкинга обосновался не где-нибудь на периферии цивилизации, а в респектабельном Лондоне. Почему бы и банкам России, в которой около 10% населения составляют мусульмане, не наладить сотрудничество с банками исламских стран? Тем более что наши соседи по СНГ такое сотрудничество уже начали.
Как отмечает в одной из своих публикаций казахстанская журналистка Амина Джалилова, в условиях продолжающейся турбулентности на мировых рынках исламское финансирование может стать для казахстанских банков альтернативным источником средств. Во всяком случае, полагает она, вскоре возможно появление в банках окошек, через которые будут выдавать деньги по законам шариата.
Исламское финансирование - явление уникальное, продолжает Амина Джалилова. "Бизнес по законам морали - вот уж действительно редкость! Закон спроса и предложения, закон получения максимальной прибыли вторичны, когда речь идет об исламском банкинге. Возможно, для казахстанских финансовых структур исламские инструменты в новинку. Однако сейчас, когда привлекать ресурсы с мировых рынков стало не так-то просто, наша страна обратила свой взор на Ближний Восток".
Как объяснял публично в одном из своих интервью управляющий директор Нурбанка Асаин Байханов, пророк Мухаммад, основатель религии ислам, согласно одному из хадисов считал взимание процентов явлением в 36 раз худшим, чем супружеская измена. Поэтому исламские кредиты принципиально отличаются от тех, к которым мы привыкли. Исламские банки, инвестируя в какое-либо предприятие или проект, требуют стопроцентной прозрачности сделки и равноправного участия как в прибылях, так и в убытках общего дела. Одним словом, шариат уравнивает роль и шансы финансируемой стороны и владельца бизнеса.
При этом существует список отраслей, в которые исламские банки не инвестируют: производство алкоголя, табака, выращивание свиней. Также нельзя инвестировать в проекты, наносящие урон экологии или причиняющие вред здоровью человека.
Как ни удивительно, при всех ограничениях исламские банки имеют большую прибыль. По данным Асаина Байханова, на конец 2003 г. в мире насчитывалось порядка 300 исламских банков и финансовых институтов, оперирующих в 38 странах, и не только в мусульманских, но и в Европе, США, Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке. Исключая исламские страховые компании (такафул-компании), инвестиционные фонды и так называемые исламские окна в традиционных коммерческих банках, совокупные капиталы исламских банков за период 1993 - 2003 гг. возросли с 53,3 млрд долл. до 175 млрд долл. с ежегодным приростом около 23%. При этом официальные потери составляют менее 1%.
По прогнозам аналитиков, объем мусульманского банкинга через пять лет составит около 1 трлн долл. Сейчас центром исламского финансирования стремится стать даже фондовая столица Европы Лондон.
Есть еще один секрет, почему исламские банки столь прибыльны.
Согласно мусульманской вере оставлять долги - недостойно. Финансовый долг умершего перекладывается на родственников. Поэтому правоверные стараются аккуратно отдавать все долги. Таким образом, процент невозврата в исламских банках очень невысок.
Также исламские банки помогают продавать товары в рассрочку, выдают на это деньги продавцу, укрепляя отношения между продавцом и покупателем, что и является целью подобного финансирования.
По информации Амины Джалиловой, банки Ближнего Востока заинтересованы в работе с бизнесом Казахстана. Не только потому, что финансовый сектор этого государства динамично развивается, но и потому, что между странами имеются культурные связи. Для исламского банкинга, как говорит Асаин Байханов, продвижение мусульманских ценностей первично, а прибыль вторична.
Да и сами казахстанские банки очень заинтересованы в подобном сотрудничестве. В Казахстане уже есть (пусть пока и небогатый) опыт заимствования от исламских финансовых институтов. К примеру, Исламский банк развития открыл кредитные линии для двух казахстанских банков - БТА и Народного банка Казахстана, каждый из которых получил по 50 млн долл. БТА это позволило, в частности, выдавать своим клиентам, представляющим малый и средний бизнес, кредиты на достаточно длительный срок - до 10 лет.

Доступ к "длинным" деньгам Персидского залива
не может быть мгновенным

Существуют несколько источников статистических данных о состоянии исламского банковского сектора, которые далеко неоднозначны в своих подсчетах. Например, "Бэнкер", который осенью 2007 г. запустил свой ренкинг 500 крупнейших исламских банков, или Euromoney.
Независимый эксперт Андрей Журавлев пользуется информацией, которую собирает Всеобщий совет исламских банков и финансовых институтов (СИБФИ), находящийся в Бахрейне <1>. Он обратил внимание участников конференции на то, что наиболее бурное развитие исламские финансовые институты получили лет 15 назад, хотя возникли они еще в 1963 г. По оценкам СИБФИ, число исламских финансовых институтов в 2007 г. стало почти 600.

   --------------------------------

<1> СИБФИ, в частности, собирает и публикует ту информацию, которую ей предоставляют входящие в нее банки. Хотя, конечно, это делают далеко не все из них.

Никто точно не знает, в каком числе стран исламские институты функционируют сегодня. Кое-кто полагает, что таких государств 40, а некоторые считают, что их уже 75.
В 1990-х годах часто говорили о том, что активы исламских банков растут со скоростью 15% в год. Но вот с середины текущего десятилетия стали говорить о 20%.
По данным Андрея Журавлева, по итогам 2005 г. состояние финансовых показателей исламских банков было таким: активов - до 321 млрд долл.; капитала - до 37,2 млрд долл.; портфель - до 240 млрд долл.; депозитов - до 218,6 млрд долл.
Безусловно, российским банкам имеет смысл воспользоваться таким богатым финансовым источником. Однако следует иметь в виду, что есть проблемы, ставящие определенную стену между исламским банкингом и остальным финансовым миром.
Во-первых, это то, что называют терминологической автономией. В исламском банкинге обилие совершенно непонятных для нас и, возможно, вызывающих даже отторжение терминов, за которыми в большинстве ситуаций стоят те же самые транзакции, к которым мы все привыкли. Но, с другой стороны, исламские финансисты привыкли называть их на арабский манер. И с этим должны считаться все, кто хочет с ними сотрудничать.
Другая проблема - отсутствие общепонятных нам стандартов. Дело в том, что исламская экономическая теория признает право авторитетного специалиста иметь свою точку зрения, давать свое толкование некоему принципу, не отступая от него, но внося свои нюансы в его понимание. Именно поэтому в каждом исламском банке есть свой шариатский совет либо шариатский консультант, который вступает в дело, когда возникают разногласия. В результате потенциальные партнеры извне далеко не всегда понимают, о чем, собственно, будет идти речь в рамках той или иной вероятной операции.
Нельзя забывать и о соперничестве между исламскими странами, которое выражается не только в расхождениях теоретического свойства. В частности, существует соперничество за главенство в качестве основного исламского финансового центра, допустим, между Бахрейном и Малайзией, что также следует учитывать.
Более частные, но не менее острые проблемы исламских банков - это высокие издержки. Они возникают у всех банков, несмотря на то что некоторые банки зачастую, особенно банки в арабских странах, в том числе в Заливе, фондируются значительно дешевле, чем, например, банки в Малайзии.
Издержки связаны и с тем, что следование предписанным формам контракта вызывает необходимость привлечения дополнительных сторон в контракт, а это стоит определенных денег. Причем, в силу того что исламские банки относительно невелики (за редким исключением) и как отдельные институты, и как сектор в целом, это не позволяет существенно экономить на издержках за счет масштаба и в рамках одной организации, и даже если вести речь о неких слияниях.
Еще более серьезной проблемой для исламских банков является управление краткосрочной ликвидностью, так как использовать для этого общеизвестные инструменты, в том числе деривативы, опционы, свопы, нельзя, ибо исламская юриспруденция (шариат в широком смысле слова) запрещает сделки с несуществующим активом.
И это при том, что объем исламских облигаций на сегодняшний день крайне невелик относительно всего объема активов, которыми исламские банки располагают. Но дело даже не в размере совокупного выпуска исламских облигаций, а в том, что инвестор их чаще всего приобретает для того, чтобы держать. Вторичный рынок, по сути, не существует.
По словам Андрея Журавлева, в Бахрейне даже возникла организация Liquidity Management Center, в задачу которой входило создание вторичного рынка, но в последнее время мандат центра изменился, он превратился в обычный инвестиционный банк.
Изменение мандата организации состоит в том, что она не предпринимает более попыток развивать вторичный рынок, в принципе - за отсутствием наполнения этого рынка. В настоящее время этот инвестиционный банк поощряет потенциальных эмитентов к выпуску своих обязательств на рынок в форме исламских облигаций.
В 1989 г. Мохаммед Тантауи (бывший Верховный Муфтий Египта, в настоящее время возглавляющий самый авторитетный центр суннитской мысли университет Аль-Азхар в Каире и одновременно являющийся имамом мечети Аль-Азхар) издал фетву, из которой следовало, что современный банковский процент не является формой рибы, то есть запрещенного ссудного процента с долга. Тем самым он породил бурю эмоций во всем исламском финансовом мире. В основном его не поддержали. Но сам факт весьма показателен, и дискуссия на самом деле на этот счет не закончена.
Хотя на практике, конечно, шариатские советы и исламские банки руководствуются тем, что риба запрещена.
В настоящее время в уже упомянутом Liquidity Management Center (Центре управления ликвидностью, или Организации по бухгалтерскому учету и аудиту для исламских финансовых институтов) идет работа по созданию стандартов исламской финансовой деятельности. Уже издано несколько десятков стандартов, хотя в качестве обязательных они приняты отнюдь не везде.
В феврале заседал шариатский совет этой организации, на котором прозвучали весьма критические замечания в адрес исламских облигаций. Один из членов совета заявил, что 80% облигаций не являются исламскими. Были приняты соответствующие рекомендации, которые могут оказать влияние на данный рынок. По крайней мере разумеется, на тех, кто захочет к этим рекомендациям прислушаться.
Достаточно проблематичными являются такие вещи, как финансовые инновации. Да, исламские хедж-фонды выходят потихоньку на рынок, но по большому счету в них достаточно много лукавства.
Как подчеркнул Андрей Журавлев, в исламском финансовом мире исходят из того, что продажа актива, которого у тебя нет, запрещена. Тем не менее эти инструменты все же в настоящее время начинают находить дорогу на рынок.
Суть перемен состоит в том, что внешняя среда, в которой оперируют исламские банки, все-таки в основном настроена на обычные банковские операции. Это факт. С ним невозможно бороться. В то же время исламский банк или исламская финансовая компания могут нормально функционировать только в рамках исламской экономики.
Чтобы бизнес жил, нужно, разумеется, приноравливаться к среде обитания. Это базовое правило любого делового предприятия. И поэтому очень часто бизнесом выбираются формы, более привычные по своей конструкции к тому, что культивировалось много десятков или сотен лет в данном регионе мира. Например, более популярным видом контракта для исламского мира на самом деле является не лизинг или аренда, хотя она набирает определенный вес, а сделка торгового финансирования по принципу "цена + наценка".
По мнению Андрея Журавлева, обратиться к исламскому рынку за финансированием разумно и возможно, но это не удастся сделать быстро. Доступ к долгосрочной ликвидности не может быть моментальным. В интересах этого придется проводить довольно серьезную подготовительную работу.

Требования шариата гибкому бизнесу вполне по силам

Да, до исламских денег еще надо дотянуться. Но готовы ли мы к этому? Как отмечалось на конференции, исламское право содержит ряд запретов в области экономики.
Риба (букв. "лихва") - запрет на ссудный процент с долга (т.е. любая выплата, превышающая предоставленный заем). В связи с этим деньги не воспринимаются как самостоятельный товар, но лишь как мерило стоимости товаров. Среди современных исследований ссудного процента особо выделяется решение Верховного суда Пакистана от 23 декабря 1999 г. (Supreme Court of Pakistan), занимающее более 1100 страниц.
Гарар (букв. "опасность", "вводить в заблуждение", "совращать", "подвергать риску") - запрет на намеренный риск, выходящий за пределы необходимого. Запрет гарар не означает запрет на любые экономические риски. Современные исследователи гарара объясняют его через запрет участия в игре с нулевым результатом.
Майсир (азартная игра) - получение прибыли в результате случайного стечения обстоятельств.
Сделки с запрещенными товарами, услугами (классическое страхование, алкоголь, свинина, азартные игры, секс-индустрия и т.д.). При этом, как правило, разрешенными являются сделки с имущественными комплексами, незначительную часть которых может составлять запрещенная продукция. Например, разрешается участие в строительстве и эксплуатации отелей, несмотря на то что в ресторанах при этих отелях может продаваться алкоголь.
Бай ал-кали би ал-кали - продажа долга за долг. Например, продажа форвардного контракта с отсрочкой платежа за него.
И тем не менее исламский финансовый мир обладает достаточно развитым инструментарием, работающим на всех уровнях экономики.
Некоторые ученые в качестве базового принципа исламских финансов выделяют прямую связь финансовой сделки с фондированием торговли или реальным производством.
Что касается конкретных финансовых инструментов <1>, то, по мнению выступившего на конференции директора Департамента структурного и синдицированного финансирования и корпоративных решений ОАО "Газпромбанк" Александра Казакова, их можно использовать для рефинансирования российских активов. Но проблема рефинансирования российских активов состоит в том, что большинство их носит процентный характер.
   --------------------------------

<1> Более подробно о финансовых инструментах см.: Петров Г.Б. Банковский бизнес по исламским правилам // Управление в кредитной организации. 2008. № 3. С. 48 - 69; № 4. С. 60 - 69.

С точки зрения соответствия принципам шариата российские активы можно разделить на три следующие группы:
1) явно не соответствующие (например, все виды процентных кредитов);
2) переходный тип (например, платежи по договорам факторинга);
3) скорее соответствующие (например, акции большинства российских компаний, жилищные облигации, облигации с имущественным предоставлением, платежи по длящимся договорам поставки, арендные платежи и т.д.).
В настоящее время сукук уже могут быть использованы как для рефинансирования имеющихся активов, так и для фондирования бизнеса компании (в случае если компания обладает активами, которые можно передать в обеспечение).
По поводу особенностей финансового инструмента сукук свое мнение высказала бизнес-аналитик "Делойт и Туш" Ольга Пехтерева. Это долгосрочные и среднесрочные ценные бумаги, обеспеченные материальными активами, выпущенные по законам шариата. Во всяком случае, так звучит формальное определение.
Основной смысл этих ценных бумаг заключается в том, что они дают возможность мусульманам инвестировать средства с прибылью, не нарушая при этом закон ислама, запрещающий взимание и получение ссудного процента. Следовательно, эти ценные бумаги позволяют привлекать средства исламских инвесторов, которые в силу религиозных убеждений не могут инвестировать в обычные долговые финансовые инструменты. Но при этом эмитентами сукук могут быть как исламские, так и неисламские организации, что и подтверждает сегодняшняя практика.
В последние годы наблюдается огромный рост выпуска сукук. Это обусловлено тем, что большинство исламских стран расположены в богатых нефтью регионах: Саудовская Аравия, Арабские Эмираты, Катар, Бахрейн. Огромный приток нефтедолларов в этих странах обеспечивает большое количество свободной ликвидности, которую нужно куда-то вкладывать. Задействовать эту свободную ликвидность можно только с помощью финансовых инструментов, отвечающих требованиям исламских законов.
Другая важная причина такого бурного роста выпуска сукук - это интенсивное развитие самих нефтяных исламских стран, в частности растут производство, строительство. Под все эти проекты необходимо привлечение дополнительных финансовых ресурсов. Но финансирование должно осуществляться, конечно, тоже в соответствии с законами шариата.
Нельзя также не отметить и в целом растущую активность мусульман в бизнесе по всему миру вследствие их миграции в европейские страны и за счет высокой рождаемости среди европейских мусульман. Очень много мусульман в Великобритании, Франции, Германии. В Европейском союзе сейчас проживают 16 млн последователей ислама, и нельзя не считаться с этой существенной категорией людей, которые тоже хотят осуществлять финансовые операции, привлекать деньги и как-то их размещать. Они хотят заниматься бизнесом, и им для этого требуются финансовые ресурсы. Но они хотят использовать финансовые инструменты, приемлемые с религиозной точки зрения. (Заметим, что ислам на данный момент - самая быстрорастущая из мировых религий. В настоящее время исповедуют ислам уже свыше 1,5 млрд человек.)
Почему стал популярен такой финансовый инструмент, как сукук, и почему его выпуск так активно растет? Сукук - это инвестиции в реальные активы, а не в репутацию заемщика (хотя они иногда и называются облигациями). Спрос на сукук формируется на конкретной основе, по сути, исключены какие-то спекуляции с этим финансовым инструментом, потому что за ним стоят совершенно реальные проекты. Эти ценные бумаги представляются инвесторам достаточно надежными, они не подвержены "пузырям", и инвесторы считают их инструментами защиты, которые смягчают рыночные риски.
Следует также отметить, что за последние два года именно по этой причине в два раза увеличилось число инвесторов - неносителей ислама, которые для своих портфелей выбрали эти бумаги.
Говоря об основных уже состоявшихся выпусках сукук, Ольга Пехтерева отметила, что существует совершенно определенная купонная ставка по всем выпускам, хотя вроде бы ссудный процент запрещен. Основные площадки выпуска - Дубайская международная финансовая биржа, Лавуанская биржа в Малайзии, третий рынок находится в Вене.
Естественно, при выпуске учитывались правила шариата: деньги не являются товаром, они - лишь мерило стоимости, и поэтому считается, что невозможно честно заработать доход только путем использования денег, получить доход можно только участвуя в каких-то рисках и в ходе торговли. На этих правилах и зиждятся две основные модели для сукук - сукук аль-иджара и сукук аль-мушарака.
Сукук аль-иджара - это, по сути, лизинговая схема, то есть оригинатор (тот, кому нужно финансирование) продает определенный актив специально созданному агенту, который покупает этот актив на средства, полученные от выпуска сукук, затем этот актив передается обратно в аренду оригинатору. При этом обязательно учреждение траста между инвесторами и SPV, то есть инвесторы получают сертификаты участия в трасте, и сукук являются именно этими сертификатами.
Как объяснила Ольга Пехтерева, в случае дефолта по активу, который является основным активом по данному финансовому инструменту, и в случае невозможности продолжать выплачивать арендные платежи оригинаторы иногда (и даже чаще всего) обязуются выкупить актив у SPV по фиксированной цене, равной номиналу по сукук. Именно на основе этого обязательства рейтинговые агентства в итоге присваивают рейтинги выпускам сукук. То есть это не что иное, как кредитоспособность оригинатора, который должен быть способен при необходимости выкупить основной актив по номиналу. Поэтому на самом деле все равно риск есть, но в основном это риск способности оригинатора выкупить актив, а не риск самого актива. По своей сути это обычная залоговая облигация. По сути, но не по форме.
Другая довольно-таки распространенная модель сукук - это сукук аль-мушарака: не в форме лизинга, а в форме партнерства. В данном случае оригинатор и SPV заключают партнерство, при котором оригинатор вносит актив, а SPV вносит средства, привлеченные с помощью сукук. Оригинатор назначается управляющим партнером, который осуществляет собственно управление основным активом, с тем чтобы этот актив генерировал достаточные прибыли, часть из которых достается SPV, а часть - оригинатору.
Эта схема более гибкая. Ведь по предыдущей схеме размер привлекаемых средств строго ограничен стоимостью основного актива, что ограничивает возможности как для привлечения средств, так и для выплаты по сертификатам.
Схема партнерства дает возможность смоделировать потоки платежей по сукук в той форме, которая удобна и оригинатору, и самим инвесторам: когда между оригинатором и SPV заключается договор о партнерстве, в этом договоре прописывается, какая доля от прибылей достается оригинатору, какая - SPV. Доли могут быть любыми, и это не будет являться нарушением правил. И здесь почти всегда заключается обязательство выкупа основного актива в случае дефолта. Кроме того, всем таким облигациям присваивается рейтинг на основе кредитоспособности того, кто обязуется выкупить этот актив. В основном это оригинатор.
Примером сукук аль-мушарака был выпуск ценных бумаг компанией East Cameron Gas Company. В данном случае с помощью сукук были привлечены средства для выкупа акций East Cameron Gas Company у Магвайр Банк. Это был очень интересный кейс.
Некоторым духовным экспертам и богословам кажется, что, поскольку по сукук назначаются фиксированные ставки, он не является в строгом смысле действительно исламским финансовым инструментом. Но на самом деле закон ислама здесь не нарушается. Просто дается такое объяснение, что средства, полученные от выпуска сукук, не вкладываются в валюту, а инвестируются в реальные активы, по которым просто идут равномерные денежные потоки и по которым платятся равномерные арендные платежи.
Если сукук - это сертификат участия, то по нему должен предполагаться варьированный доход, потому что инвесторы, которые приобретают сукук, все-таки участвуют в риске. Именно в этом заключается основной смысл: чтобы избежать ссудного процента, нужно для этого участвовать в рисках. В итоге инвесторы получают не что иное, как фиксированный доход, который назначается либо как просто фиксированная купонная ставка, либо как ставка, привязанная к лондонской межбанковской ставке. Таким образом, появляется совершенно нормальный, приемлемый и для западных, и для исламских инвесторов финансовый инструмент, который очень похож на обычную залоговую облигацию.
Ольга Пехтерева также коснулась вопроса о возможности выпуска сукук на российском рынке. Хотя Россия занимает первое место в Европе по численности мусульманского населения, уровень религиозного фундаментализма у российских номинальных носителей ислама гораздо ниже, чем в странах Ближнего Востока, и у них нет такого стремления инвестировать именно в исламские ценные бумаги. Большинство из них вполне готовы смириться с тем, что на этом рынке пока только обычные облигации, и их вполне можно использовать.

В Татарстане уже ищут приемлемые варианты

Весьма обнадеживающие шаги на пути сотрудничества с исламским финансовым миром, похоже, делаются в настоящее время в Татарстане, о чем рассказал на конференции Линар Якубов, генеральный директор инновационной финансовой компании "Линова", которая была учреждена специально для того, чтобы продвигать идею применения исламских банковских инструментов и продуктов на территории Российской Федерации.
Республика Татарстан - неотъемлемая часть Российской Федерации. И при всем желании ввести какие-то исламские финансовые продукты, следует исходить из того, что жизнь финансового сектора Татарстана регламентируется российским законодательством. И в этом, по словам Линара Якубова, есть даже определенный плюс. Ведь если действует фундаментальное законодательство, то в него можно внести изменения, учитывающие и возникающие реалии, и интересы всех сторон.
В 2006 г. финансисты Татарстана совместно с двумя малазийскими институтами (международным образовательным центром по исламским финансам и бизнес-школой) приступили к исследованию: может ли российский рынок принять исламские финансовые продукты.
Исследование еще не закончено, но многое уже прояснилось. В частности, стало ясно, что в рамках действующего российского законодательства ни один исламский банк, ни одна исламская финансовая структура действовать не смогут. То есть требуются определенные корректировки как банковского, так и налогового законодательства.
Начиная с текущего года в Татарстане проводится исследование, задача которого - выяснить, какие именно исламские продукты могут функционировать в рамках российского законодательства. В течение последних полутора лет компания "Линова" очень активно сотрудничает с Исламским банком развития, является в республике Татарстан консультантом по взаимодействию с этим международным институтом, и ей удается успешно решать многие практические вопросы. В частности, сейчас готовится технико-экономическое обоснование по созданию определенной структуры, которая сможет представить рынку исламский финансовый продукт, в сущности которого не придется сомневаться. Но следует оговориться, что изначально продукт не будет нацелен на ритейл. Это будет чистый инвестиционный механизм, нацеленный на бизнес, на частно-государственное партнерство и т.д. Федеральные власти России поддержали это начинание финансистов Татарстана.
Основными клиентами исламских банков, по мнению Линара Якубова, могут стать малый и средний бизнес. Это как раз соответствует той политике, которую начал Владимир Путин и которую подхватил Дмитрий Медведев. На практике это означает, что на нашем рынке должны функционировать продукты, которые, удовлетворяя конфессиональным потребностям людей исламской веры, одновременно могли бы также использоваться для экономического развития в целом всей страны. Это немаловажный фактор.

Е.Е.Смирнов
Подписано в печать
26.06.2008


   ------------------------------------------------------------------

--------------------

Автор сайта - Сергей Комаров, scomm@mail.ru