Законодательство
Выдержки из законодательства РФ

Законы
Постановления
Распоряжения
Определения
Решения
Положения
Приказы
Все документы
Указы
Уставы
Протесты
Представления







ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 13.06.2002 № 67-О01-73
Приговор по делу о насильственных действиях сексуального характера, убийстве, умышленном уничтожении или повреждении имущества в отношении одного из осужденных изменен, и назначенная ему принудительная мера медицинского характера дополнена указанием о проведении амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра по поводу врожденного умственного недоразвития в форме олигофрении в степени умеренно выраженной дебильности с эмоционально-волевыми нарушениями.

Официальная публикация в СМИ:
публикаций не найдено






ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 июня 2002 г. № 67-О01-73

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - Коннова В.С.,
судей - Фроловой Л.Г. и Русакова В.В.
рассмотрела в судебном заседании от 13 июня 2002 года дело по кассационным жалобам осужденных П. и З. на приговор Новосибирского областного суда от 23 июля 2001 года, которым
П., <...>, русский, с образованием 7 классов, инвалид II группы, ранее не судимый,
осужден по п. "в" ч. 3 ст. 132 УК РФ к девяти годам лишения свободы; по п. п. "в", "д", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к четырнадцати годам лишения свободы; по ч. 2 ст. 167 УК РФ к одному году лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к шестнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с назначением на основании ст. 22, п. "в" ч. 1 ст. 97 и п. "а" ч. 1 ст. 99 УК РФ принудительной меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.
З., <...>, русский, с образованием 6 классов, не работавший, ранее не судимый,
осужден по п. "в" ч. 3 ст. 132 УК РФ к восьми годам лишения свободы; по п. п. "в", "д", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к девяти годам лишения свободы; по ч. 2 ст. 167 УК РФ к одному году лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к десяти годам лишения свободы в воспитательной колонии.
Постановлено взыскать в солидарном порядке с П. и З., в пользу: Д. - 2000 руб.; Ш. - 2197 руб.; постановлено взыскать в пользу Ш.: с П. - 12000 руб., с З. - 5000 руб.
П. и З. признаны виновными и осуждены за совершение насильственных действий сексуального характера в отношении заведомо не достигшего 14-летнего возраста К., 1990 года рождения; за убийство заведомо находившегося в беспомощном состоянии К., 1990 года рождения, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с особой жестокостью и с целью сокрытия другого преступления; за умышленное уничтожение и повреждение имущества Д. путем поджога, причинившее ему значительный ущерб.
Преступления совершены ими 29 декабря 2000 года в Искитимском районе Новосибирской области при обстоятельствах, установленных приговором.
В судебном заседании подсудимые П. и З. виновными признали себя частично.
В кассационных жалобах осужденные:
- П. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение и, не отрицая своего соучастия в убийстве, утверждает о его неверном осуждении по ст. 132 УК РФ. Считает, что ему назначено чрезмерно строгое наказание.
В возражениях осужденный З. указывает, что П. не болеет ВИЧ-инфекцией, его показания противоречивы, а явка с повинной имела целью избежать ответственности, переложив ее на него;
- З. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на то, что суд не разобрался, кто и что сделал. Утверждает, что у него не было предварительного сговора и умысла на убийство К., дачу он не поджигал.
В возражениях осужденный П. считает доводы жалобы З. несостоятельными.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Коннова В.С., объяснения осужденного З., поддержавшего свою жалобу по изложенным в ней основаниям, заключение прокурора Титова В.П. об оставлении приговора в отношении З. без изменения и об изменении приговора в отношении П., проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, судебная коллегия находит приговор в отношении З. законным и обоснованным, а в отношении П. подлежащим изменению по следующим основаниям.
Виновность П. и З. в содеянном ими установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.
Виновность П. в убийстве К. и в умышленном уничтожении и повреждении имущества Д., а также виновность З. в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении заведомо не достигшего 14-летнего возраста К. в жалобах не оспаривается.
Доводы П. о его невиновности в совершении насильственных действий сексуального характера, доводы З. о его невиновности в убийстве и поджоге дачи, аналогичные изложенным в жалобах, были предметом исследования и оценки судом первой инстанции. Они правильно признаны несостоятельными.
Виновность П. в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении заведомо не достигшего 14-летнего возраста К. подтверждается:
- приведенными в приговоре показаниями подсудимого З. о совершении П. сексуальных действий с К.;
- заключением судебно-биологической экспертизы о наличии в заднем проходе К. спермы, которая могла произойти от П.
Сам П. пояснял в ходе предварительного следствия, что они К. "изнасиловали" (л.д. 198 т. 1).
При таких данных вывод суда о доказанности вины П. в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении К. соответствует имеющимся доказательствам. Изменению показаний подсудимым П. в этой части суд дал надлежащую оценку.
Судом проверялись доводы о наличии у П. ВИЧ-инфекции, у него дважды - 22 января и 27 марта 2001 года исследовалась кровь на наличие ВИЧ, но результаты были отрицательные (т. 1 л.д. 122). Кроме того, наличие ВИЧ-инфекции само по себе не препятствует совершению тех действий, в которых П. признан виновным, и не влечет в обязательном порядке за непродолжительное время до смерти заражение ВИЧ-инфекцией другого лица. Из заключения судебно-медицинской экспертизы видно, что у П. каких-либо повреждений, патологических изменений со стороны наружных половых органов, препятствующих совершению полового акта, а также признаков половой слабости - не обнаружено (л.д. 94 т. 1).
Виновность З. в убийстве К. подтверждается:
- приведенными в приговоре показаниями подсудимого П. о наличии предварительного сговора на убийство К. в целях сокрытия совершения с ним половых актов и о действиях З. по совместному с ним убийству К.;
- показаниями З. в ходе предварительного следствия о том, что сразу после совершения с К. насильственных половых актов убить его, чтобы он не мог рассказать, что они его насиловали, предложил П. Он вместе с П. отрывал лоскут ткани от шторы и, скручивая его, изготовили веревку. Петлю от этой веревки накинули на шею К. и П. приподнимал его за веревку от земли, а затем опускал. К. задыхался, но был жив. Затем П. перекинул веревку через дверь и стал натягивать ее, чтобы задушить К. Он (З.) подошел к ним, взял конец этой веревки и также держал ее натянутой. В это время по телу К. "проходили судороги" (т. 1 л.д. 198, 57 - 58).
В судебном заседании подсудимый З., не отрицая, что он держал веревку, натягивая ее на шее К., пояснял, что когда он выпустил из рук веревку, то К. упал и у него по телу проходили последние судороги, у него билось сердце, прощупывался пульс (л.д. 47 т. 2).
Ссылка в жалобе осужденного З. на то, что когда он держал веревку, К. был уже мертв, противоречит как приведенным показаниям, так и данным судебно-медицинской экспертизы, из которой следует, что смерть К. наступила в результате механической асфиксии от сдавления органов шеи петлей при повешении, при этом - странгуляционная борозда была прижизненной (т. 1 л.д. 20 - 22).
Виновность З. в убийстве К. подтверждается также заключением судебно-криминалистической экспертизы и другими материалами дела.
Как приведенные показания П. и З., так и совместные, согласованные их действия при лишении К. жизни, наличие у обоих цели сокрытия насильственных действий сексуального характера с К., подтверждает правильность выводов суда о наличии между П. и З. предварительного сговора на убийство К.
Характер действий З., производившего удушение петлей веревки 10-летнего ребенка путем его повешения, отчего и наступила его смерть, и последующее поведение З., не принимавшего мер по приведению К. в сознание и по оказанию ему неотложной медицинской помощи, подтверждают правильность выводов суда о наличии у З. умысла на лишение К. жизни.
Виновность З. в умышленном уничтожении и повреждении имущества Д. путем поджога подтверждается:
- показаниями подсудимого П. о том, что после убийства К. они решили сжечь дачу, чтобы скрыть следы преступления. С этой целью они рядом с трупом положили куртку и он (П.) поджег ее. Когда куртка разгорелась, З. закрыл дверь комнаты, чтобы пламя не погасло и они ушли;
- показаниями З. в ходе предварительного следствия о том, что они хотели сжечь дачу, чтобы не было отпечатков их пальцев. Перед уходом П. зажег свечу и подсунул ее под куртку, находившуюся на даче и лежавшую около лестницы, ведущей на чердак. Он (З.) закрыл дверь. После этого они ушли (л.д. 36, 56 т. 1).
В судебном заседании подсудимый З. пояснял, что П. поджег куртку и когда они стали уходить, то в домике "загорелось", они не стали тушить огонь и пошли на электричку.
Суд обоснованно признал достоверными показания З. в части, соответствующей показаниям П., и дал надлежащую оценку изменению показаний З. При таких данных, с учетом наличия предварительного сговора на поджог дачи, наличия единой цели сокрытия следов путем поджога дачи, совместных действий, когда П. поджигал куртку, а З. закрывал дверь, чтобы не погасло пламя, отсутствия попыток затушить огонь, вывод суда о виновности З. в умышленном уничтожении и повреждении имущества Д. путем поджога, независимо от того, кто именно поджигал куртку - соответствует имеющимся доказательствам.
Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины П. и З. и верно квалифицировал действия каждого из них по п. "в" ч. 3 ст. 132; п. п. "в", "д", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 и ч. 2 ст. 167 УК РФ по указанным в приговоре признакам. Выводы суда в приговоре по квалификации их действий надлежащим образом мотивированы.
Наказание П. и З. назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному, каждым из них, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела.
Состояние здоровья П. учтено при назначении ему наказания. Суд правильно не усмотрел в действиях П. явки с повинной. При сообщении о месте нахождения трупа К. П. не давал правдивых, достоверных показаний об обстоятельствах происшедшего.
Неназначение судом П. пожизненного лишения свободы за умышленное лишение им жизни 10-летнего ребенка с особой жестокостью и в целях сокрытия другого совершенного в отношении этого ребенка преступления и назначение ему наказания в виде лишения свободы не на максимально возможный срок нельзя признать чрезмерно строгим наказанием, несоразмерным содеянному самим им. П. назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.
Гражданские иски разрешены судом в соответствии с требованиями закона.
Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым дополнить приговор в части назначения П. амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра указанием о проведении таких наблюдения и лечения по поводу врожденного умственного недоразвития в форме олигофрении в степени умеренно выраженной дебильности с эмоционально-волевыми нарушениями, как об этом указано в акте судебно-психиатрической экспертизы.
Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается. За исключением вносимого изменения, данное дело рассмотрено судом с учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон всесторонне, полно и объективно; действия виновных лиц судом установлены.
Поскольку следователем было прекращено уголовное преследование П. по ч. 1 ст. 150 и ч. 1 ст. 151 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления (т. 1 л.д. 192) и данное постановление не отменено и не признано незаконным суд не имел права выходить за пределы предъявленного П. обвинения и исследовать обстоятельства, относящиеся к указанным составам преступлений.
При кассационном рассмотрении дела в функции суда второй инстанции не входит решение вопроса о возбуждении уголовного дела в отношении осужденного (П.) за клевету и угрозы.
Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения жалоб, а поэтому, руководствуясь ст. ст. 332, 339 УПК РСФСР,

определила:

приговор Новосибирского областного суда от 23 июля 2001 года в отношении З. оставить без изменения.
Тот же приговор в отношении П. изменить и назначенную ему принудительную меру медицинского характера дополнить указанием о проведении амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра по поводу врожденного умственного недоразвития в форме олигофрении в степени умеренно выраженной дебильности с эмоционально-волевыми нарушениями.
В остальной части тот же приговор в отношении П. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий
В.С.КОННОВ

Судьи
Л.Г.ФРОЛОВА
В.В.РУСАКОВ


   ------------------------------------------------------------------

--------------------

Автор сайта - Сергей Комаров, scomm@mail.ru